Рассказы

Рассказы

Данмерский салат или Истинная история «Оливье»

Выдержки из доклада, прочитанного на заседании Храмового Археологического Общества любителей древностей

Ваше Преподобие Лорд Толер Сариони, Высший Архиканоник и Советник Вивека, Архиканоник Каноничества Вварденфелла, Первосвященник Высшего Храма!
Досточтимые учёные мужи!
Позвольте поблагодарить вас за приглашение вступить в члены Храмового Археологического Общества любителей Древностей; Общества, имеющего целью розыскание, собирание и хранение различных Древностей, преумножения славы и величия нашего народа для.
Для меня, маленького провинциального кулинара, ваше приглашение было большой неожиданностью и я никак не думал, что на склоне лет удостоюсь такой чести. Конешно же, я кое-чего достиг в этой жизни, но все мои достижения до сих пор немилосердно поглощались бездонными утробами; и я с удовлетворением и даже с чувством затаённой гордости наблюдал как ваши немилосердные зубы сокрушают скромные плоды моих рук. Сегодня я хочу предложить вашему вниманию творение столь же скромное, как и прежде; но, надеюсь, уже неподверженое вашим зубам, как и неумолимому времени. Я хочу предложить вам результат своих неких исследований из области давно прошедших дней, названный мною «Данмерский салат или Истинная история “Оливье»… результат, который, собственно, и послужил причиной моего здесь нахождения. И пусть вас, досточтимые учёные мужи, не смущает видимое несоответствие темы моего как бы «кулинарного» доклада вашим нынешним научным и гисторическим изысканиям; и я нижайше прошу отнестись к моим словам со снисхождением и терпением, подобно как сам я терпеливо нанизывал бусинки мох слов на нить мысли… потомушто мне представляется, что получившееся ожерелье удивит вас своей необычностью.
Конешно же, вам всем знакомо блюдо под названием «Салат «Оливье»; блюдо, впервые появившееся у нас в то время, когда старая Ресдайния (я произношу это слово с ностальгическим чувством) стала Морровиндом. Салат «Оливье», подававшийся к столу в основном по праздникам, стал необычайно популярным в последние э-э-э… лет триста благодаря своей значительной питательности, простоте в приготовлении, относительной доступности для всех слоёв населения, вкусовым и обонятельным качествам, способным удовлетворить как самый непритязательный вкус простонародья, так и вкус избалованного гурмана; а также благодаря своим некоторым магическим свойствам и ряду других причин. Многие приписывают распространение салата «Оливье» имперскому влиянию, равно как и его изобретение приписывают имперцам; что видно и из названия – ведь будь блюдо иного происхождения, оно было бы названо другим словом.
Но…так ли это в действительности? Справедливо ли будет называть салат «Оливье» этим именем?
Попробуем же заглянуть в глубь веков.

Итак, конец Первой Эры. В Нибенее, недалеко от устья реки Серебряная Рыба живёт некая пользующаяся уважением фамилия, династия кулинаров и поваров по фамилии Оливье, один из которых, по имени Люсьенус Оливье придумал в изобретённый ранее фамильный соус добавить горчицу и какие-то ныне неизвестные нам другие добавки, о коих мы поговорим в другой раз. Зачем это ему понадобилось, изобретать что-то новое? А всё просто, страна, по выражению недийских учёных, переживала акматическую фазу пассионарного перегрева, обыватель сказал себе «Будь тем, кем ты должен быть», каждый старался превзойти сам себя, нация бурлила… одним словом, создавалась Империя, конешно же, мечами и копьями легионов. Вчерашние голодранцы, ставшие легионерами в доспехах со вставшими на дыбы жеребцами на груди, вдруг неутомимо зашагали по Тамриэлю, завоёвывая королевства, провинции, округа, женщин, и очередной титул для своего любимца, Императора-Дракона. «Неутомимо» – запомните это слово.
И вот легионы дошагали до Ресдайнии и разразилась война, известная нам как Война Четырех Счетов. Восемьдесят лет длилось противостояние, мужество данмеров и Трибунала были беспримерными, но и легионы были поистине неутомимы. Ни одна из сторон не могла получить преимущества, пока упорство наше не получило вознаграждения.
Разведчики, засланные за линию фронта, обратили внимание на то, что легионеров перед битвами, марш-бросками и манёврами обязательно кормили каким-то неизвестным им кушаньем, отсутствующим в дневном пайке солдат других армий. Некоторые из разведчиков сумели достать это кушанье и попробовать; по их утверждениям, кушанье имело специфический вкус и вкусивший его получал необычайный прилив сил и заряд бодрости, помогающие не чувствовать усталости долгое время. Выяснили агенты и причину этого – оказалось, что означенные качества кушания приобретали после добавления в них того самого новоизобретённого соуса Люсьенуса Оливье! Конешно же, полученные сведения вкупе с образцами дневного пайка легионеров были незамедлительно доставлены в Храм, бывший сосредоточением сил и идейным вдохновителем сопротивления агрессорам; и Лорд Архиканоник попросил аудиенции у Живого Бога Вивека. Когда Воин-Поэт понял, что причиной имперских побед является не стратегическое превосходство и тактическое искусство их военачальников, не воинское мастерство легионов, а причина куда более прозаическая… то в голове его родился план.
В Имперский Город отправилось тайное посольство, официально с мирными инициативами и предложением встречи двух высших лиц противуборствующих сторон. Едва посольство перешло линию фронта и оказалось в глубоком тылу, от него отделился элитный отряд данмерской кавалерии со специальным поручением. Кавалеристы верхом на боевых гуарах вихрем промчалась по Нибенею, и, осадив животных у неприметного домика на побережье – пленили вышеупомятого Люсьенуса Оливье, а заодно и всех прочих поваров, повстречавшихся на дороге. О да, Оливье не хотел покидать родину, но… но бывший тут же аргонианин-гуарщик, взятый в отряд за свою устрашающую внешность, неделикатно рявкнул ему на чистейшем л’арготе: – «Ferme-la!» – и бедный имперец был принуждён уступить насилию. Конешно же, повара позднее были проданы в рабство. Конешно же, никто из имперцев ничего не понял, они полагали, что глупые красноглазые пастухи со своими глупыми животными отбилась от посольства и заблудилась в незнакомой местности. Конешно же, Люсьенус Оливье был доставлен непосредственно к Трибуну Вивеку, у которого было для новоприобретённого раба важное задание.
Встреча представителей воюющих сторон состоялась. Перед началом переговоров Вивек пригласил членов обеих делегаций подкрепить свои силы и с улыбкой препроводил всех к столу. Как только Тайбер Септим увидел, ЧТО ему предложили на обед… он понял, что война им проиграна. Надо отдать ему должное; он был умным парнем, тоже читал высказывания Цурина Арктуса и держался молодцом … для своего положения.
Мирный договор был подписан и вы все знаете его пункты. Единственная уступка, которую Септим выторговал у Вивека, это несколько незначительных гарнизонов на территории Морровинда, призванных охранять тайну имперского поражения, – Император-Дракон не хотел разрушения своей легенды и Вивек милостиво пошёл ему навстречу, в обмен на полное невмешательство в дела новой провинции и Трибунала.

Это первая из жемчужин в моём ожерелье, которую я вам хотел показать.

Конешно же, Люсьенус Оливье не был возвращён на родину и навсегда был оставлен на чужбине… как и его потомки. Нельзя сказать, чтобы им жилось в рабстве плохо, потомушто какой же умный хозяин будет притеснять своего повара? Но… не будем отвлекаться и перейдём ко второй части нашей гистории, которая имела место быть во времена императрицы Катарии, да будет благословенно её имя.

Один из потомков пленённого повара, которого также звали Люсьенус Оливье (вы, должно быть, знакомы с этим странным обычаем имперцев называть своих детей в честь деда?), повар-раб, пользовавшийся особой доверительностью своего господина Скаттера Брейнедена, уговорил хозяина построить новый трактир. Трактир был назван «Трактир «Оливье», каковое название добродушный Скаттер Брейнеден, отличавшийся своими э-э-э… широкими взглядами, уступил своему рабу, потомушто находил забавным и оригинальным положение дел, при котором трактир назывался именем раба, а не хозяина, известного кулинара. Надо сказать, трактир Люсьенусу Оливье нужен был не просто так, раб был одержим идеей цивилизовать «этих диких красноглазых данмеров» посредством изысканнейшей нибенейской кухни; и поэтому он с гордостью и тайной надеждой представил посетителям своё новое блюдо под названием «Майонез из дичи». Между нами говоря, дичь была полная. Кушанье представляло собой банальную мешанину из мелко нарезанных отварного филе рябчиков, домашней птицы и никс-гончей, виквита, зелёного гороха, листьев хакльлоу, вперемежку с кубиками скрибового желе, крабового мяса, и политых тем самым соусом, из-за которого предки Оливье и оказались в Морровинде и секрет которого передавался от отца к сыну на смертном одре…. а над всем этим возвышалась горка отварного картофеля с маринованным пепельным бататом, украшенная ломтиками крутых яиц и цветками золотого канета. Конешно же, по мысли повара-раба, мешанина эта олицетворяла собой аморфную дикую данмерскую массу, подлежащую исправлению, а центральная высокая горка из картофеля и пепельного батата, совершенно несъедобная, как полагал Люсьенус, долженствовала означать собой несомненное величие Империи.
Но не тут-то было! Скаттер Брейнеден глубокомысленно окинул взором сие творение и крепким задним умом прозрел коварный замысел своего раба; душа его уязвлена стала, и, будучи патриотом, Скаттер незамедлительно взял деревянную ложку и вооружённой рукой восстановил историческую справедливость, величие Империи порушил и смешал со всей прочей дичью, приведя, таким образом, имперскую утончённость и данмерскую дикость к единому знаменателю… а вслед за Брейнеденом так же поступили и остальные посетители трактира. Возмущению и негодованию Оливье не было предела, и он уже было открыл рот, чтоб крикнуть во всё горло «Да здравствует Империя, да здравствует Тайбер Септим!», но… но тут он с ужасом увидел стоящего в дверях аргонианина с ухмыляющейся физиономией, вспомнил своего далёкого предка… и заткнулся.

На следующий день раб подал блюдо уже заранее перемешанным.

Кушанье, столь счастливо изобретённое Скаттером Брейнеденом при э-э-э… некоторой, конешно же, помощи своего раба, настолько понравилось посетителям, что они с большим или меньшим успехом стали пытаться его воспроизвести в собственных кухнях, а от них кушанье распространилось всё шире и шире; и дошло, как вы знаете, и до наших дней.
Как мы видим, у салата оснований называться «данмерским», конешно же, куда больше, нежели незаконное присвоение ему непатриотического иностранного слова. Да и может ли быть по-другому, учитывая, что основными ингридиентами салата являются растения-эндемики и продукты традиционной данмерской кухни? Видели ли вы когда-нибудь нибенейца, кладущего в пищу виквит, пепельный батат, листья хакльлоу, или скаттл? Или поливающего свои блюда молочком квама? Нет, досточтимые учёные мужи, нет и нет, исследуемое кушанье может называться только «Данмерский салат» и никак иначе! Я надеюсь, кушанье послужит непостыдным украшением не только праздничного стола, но и самого данмерского имени, и прославит его далеко за пределы нашей Родины.

Это вторая жемчужина в моём ожерелье, которую я вам хотел показать.

Рассказ наш подходит к концу. В заключение я хотел бы обратить ваше внимание на то, что начался он с Люсьенуса Оливье, и Люсьенусом же Оливье и заканчивается… Оба повара-имперца сыграли в нашей истории немаловажную роль; и мне кажется глубоко символичным, что наибольшую пользу они принесли, пребывая именно в подневольном, рабском состоянии. Конешно же, это провиденциально указывает на то, что институт рабства, как таковой, не только не изжил себя, но и имеет непреходящее значение, помогая раскрывать во всей полноте скрытые добродетели и внутренний потенциал рабов, соделывая их жизнь счастливее, а нашу – радостнее.

И это третья, и последняя жемчужина, которую я имею вам показать.

Итак, такова истинная гистория знаменитого данмерского салата… Конешно же, было и продолжение гистории, когда данмерские домохозяйки пытались воспроизвести кушанье у себя дома, или когда оказавшиеся на чужбине данмеры пробовали приспособить рецептуру соуса и салата к местным условиям… но это уже было всё не то, всё не то… ибо давно уже нет среди нас ни Люсьенуса Оливье, ни Скаттера Брейнедена, их секреты ушли вместе с ними, и насладиться колоритной смесью утончённости и дикости мы не сможем уже никогда, никогда.
А жаль.

***



комментарии на последней странице

- Я перевёл, несколько сократив, этот текст для библиотеки, найдя его забавным. Переводчик.

- Действительно, забавно! Ещё бы почитать исследование об ингридиентах Данмерского Салата. Аноним.

- Невероятный бред, или, по выражению неизвестного автора – «дичь полная». Аноним.

- Это очень опасная книга и её следует немедленно запретить как подрывающую основы нашего присутствия в Морровинде, а все найденные экземпляры уничтожить. Не зря в своё время агенты Клинков настойчиво рекомендовали обратить внимание на непонятное стадо якобы диких гуаров. Капитан Имперского Легиона Стридор Импробус.

- Капитан, Вы обратили внимание, что в этом так называемом «гисторическом исследовании» нет ни одной точной даты и перепутаны исторические эпохи и события, а фантастические измышления выдаются за непреложную истину? Вам не о чем волноваться. Секретарь Верховного канцлера Софус Арроганс.

- При всём уважении, сир, Вы не можете отрицать факта набега гуаров и последующего за ним исчезновения Люсьенуса Оливье, это отражено во многих донесениях агентов! Капитан Имперского Легиона Стридор Импробус.

- Вы оправдываете свою фамилию, капитан. Говорю Вам, пока Храмовые учёные изучают свои салаты, они нам не опасны. Секретарь Верховного канцлера Софус Арроганс.

- Поразительная слепота! Народы и их вожди предпочитают пребывать в плену собственных заблуждений, упрямо не замечая грозных признаков надвигающейся катастрофы; которая, придёт время, сметёт всех с лица земли. Долорозус Оминис, библиотекарь.
  • Комментариев:
  • Участников:
  • Статистика

Обсуждение в комментариях