Перейти к содержимому

Фотография

Золотая клетка


  • Пожалуйста, авторизуйтесь, чтобы ответить
1 ответов в этой теме

#1
Roht

Roht
  • Был брат брит Брут

Уровень: 1280
  • Группа:Фанаты Фуллреста
  • сообщений:1 438
  • Регистрация:16-Февраль 08
  • Город:Ыал-Усуга
Предисловие: наконец-то у меня появилась возможность слегка скорректировать и выложить этот рассказ. Комментарии и критика, как обычно, приветствуются.

"Любезный друг мой Афраний,

Мой новый дом оказался лучше, чем я рассчитывал. Не верь расхожим слухам о Солитюде - этот город прекрасен, и даже долгое владычество Потемы не смогло оставить на нём отпечаток. Чудесный дворец, в котором меня поселили, достоин самого императора Тайбера. Гарнизон в две с половиной тысячи человек, любезно предоставленный дядей Кефорием, занял замок Дор. С нетерпением жду дня, когда смогу провести тебя по центральной площади, показать каменную арку и драконий мост... Знаешь, мне кажется, я смогу подарить тебе целый корабль! Что ты больше хочешь - парусник? Или большую вёсельную лодку, как принято на севере? Для дорогого друга ничего не жалко. Как там сестрица Джолетта?

Искренне твой,
Ториз"


***

- Что-нибудь существенное, Корнелий?
Старик со вздохом поправил свой значок управляющего, висевший на ленте, и покачал головой.
- Ничего, Лентул. Пелагий либо держит нас за дураков, либо действительно не интересуется ничем, кроме прогулок и развлечений. Это письмо можно спокойно отправлять. Что пишет Киродиил?

Комната эконома Мрачного замка была слабо освещена потрескивавшим в камине огнём. Тени сидевших за столом людей плясали по стенам, будто нечестивые призраки, вышедшие на полуночный шабаш.

- Цефорус по-прежнему не очень требователен. Кассий обеспечивает ему новых мальчиков каждую неделю, он и доволен. Пока всё идёт согласно задумке.
- Жаль, что мы потеряли Потему и Уриэля. Цефорусом и Магнусом было легко управлять, пока они были заняты войной Красного Алмаза. После осады этого проклятого города всё пошло наперекосяк.
- Пелагий по-прежнему отказывается от услуг курьеров?
Корнелий покачал головой, но не ответил; лишь оглянувшись и убедившись, что в комнату не зайдёт какая-нибудь случайная служанка, он сказал:
- Я не знаю, что думать об этом, Лентул, но он отправляет все свои письма исключительно с птицами. Все попытки проследить за направлением их перелёта оканчиваются неудачей - они будто растворяются в воздухе и мгновенно оказываются у адресата. Видимо, дружба с Диренни не прошла даром, и Пелагия научили чему-то полезному.
- Нет никакой возможности за ними проследить?
- Мы пытались привлечь посла из Сильвенара, но он только развёл руками.

Собеседник старика спрятал лицо в ладонях и замолчал. Корнелий встал, подошёл к буфетному шкафчику и достал непочатую бутыль красного вина, разлитого в сто двадцатом году. Наполнив два бокала, он вернулся к столу и жестом предложил своему посетителю угощение. Тот поколебался, но всё же выпил. Всполох огня осветил молодое, но совсем усталое лицо.

- Я надеюсь, Корнелий, что мы не упускаем ничего важного, - сказал Лентул, пригубив крепкий напиток.
- Не беспокойся, Лентул, - сказал управляющий, усмехнувшись.
- Скоро прибудет дипломат из Эбонхарта. Постарайся, чтобы Пелагий выглядел... презентабельно.

***

"...Пелагий - здоровый и крепкий человек с сердцем таким большим, что оно распирает ему грудь..."
Выдержка из доклада эбонхартского дипломата

***

"Верный друг мой Афраний,

Жаль, что ты не смог приехать на праздник! Сожжение соломенного короля - воистину весёлое занятие! Весь город собрался, чтобы посмотреть на это зрелище. Особенно приятно, что не было никаких неприятностей - меры по безопасности, которые предпринял мой управляющий, пришлись весьма кстати. Конечно, немного непривычно было видеть стражников, оцепивших кварталы вокруг центральной площади - мне лично гораздо приятней, когда они ходят парочками и никому не мешают. Учитель риторики из коллегии бардов написал для меня целую балладу, представляешь? Как приятно слушать рассказы о своих подвигах! Не волнуйся, когда-нибудь и до тебя дойдёт очередь! Впрочем, был и неприятный инцидент - представляешь, прямо перед выступлением кто-то украл мою меховую шапку. Следи за головой! Приветы Джолетте.

Искренне твой,
Ториз."


На сей раз престарелый Корнелий и усталый Лентул встретились в частных покоях последнего, на втором этаже бардовской школы. Обстановка в квартирке способствовала творческой деятельности - выписки стихов и песен, лежавшие на всех ровных поверхностях самым беспорядочным образом, разнообразные музыкальные инструменты, сложенные неаккуратной горкой в углу комнаты, исторические книги, испещрённые пометками. Словом, всякий предмет в апартаментах напоминал о роде деятельности хозяина.

- И что за балладу ты написал? - с любопытством спросил Корнелий.
- Так, баловство. Парочка четверостиший о безрассудстве Пелагия при осаде Солитюда. Как видишь, он более чем доволен.
- Ещё бы. Какой король не любит россказней о себе.

Перед приходом Корнелия его молодой приятель велел заколоть поросёнка, и теперь зажаренное животное лежало на серебряном блюде посередине стола, распространяя аппетитные ароматы по всему помещению.

- Передавай кухарке мои приветы, - сказал старик, отрезая преизрядный кусок и укладывая его себе на тарелку. - Воистину, ты знаешь, чем порадовать человека, повидавшего в этой жизни всякое.
- Какое долгосрочное планирование проводится на голодный желудок, верно? - улыбнулся Лентул. - Что касается нашего следующего шага... Есть предложения?

Старик с аппетитом умял мясо и запил его бренди. Губы Корнелия были измазаны свиным жиром; сальные капли стекали по бороде и падали на шёлковую салфетку.

- Перепиши стих, который ты посвятил нашему питомцу. С этой его украденной шапкой может выйти неплохая история...
- Может, написать, что украденную шапку надели на соломенное чучело короля Олафа? Как по мне, получится весьма знаково. И обидно, - молвил Лентул. - Или у тебя есть идея посвежее?

Управляющий с хитрым прищуром посмотрел на учителя риторики.

- Пусть наш король голым выступит перед народом. Это вызовет такой всплеск народной любви, что он ничего не сможет с этим поделать. А для подстраховки... Пусть в Солитюде об этом не поют. Сам понимаешь, то, о чём Пелагий не будет знать, ему не повредит.

Лентул громко расхохотался; от его смеха чуть не потухли свечи, стоявшие на столе.

- Прекрасная идея. Безумный король Солитюда, племянник императора и сын владыки Вейреста!

Корнелий кивнул и подмигнул собеседнику.

- А я тем временем помогу ему с созданием образа. Скоро приедет его родственница из Фестхолда... Пусть она убедится, что Пелагию тут прекрасно живётся.

***

"... Король пожал мою руку, и у меня появилось чувство, будто меня схватил скелет! Пелагий невероятно похудел..."
Отрывок из письма принцессы Фестхолда, адресованного её брату

***

"Драгоценный друг мой Афраний,

Когда мы с тобой увидимся? Думаю, до тебя дошли новости о смерти дяди Цефоруса; батюшка, наверное, сильно расстроился? Слышал, теперь он станет императором всего Тамриэля, но не думаю, что ему это по нутру. Стар он уже для таких дел, да и корона не под него кована. У нас всё хорошо - мой эконом Корнелий в полной мере исполнил приказ матушки, и организованная им диета всяческим образом способствует развитию моих способностей. Приезжают гости из Сильвенара, я хочу показать им недавно построенную гробницу Потемы. Во время моей последней прогулки туда я промёрз до костей - внутри очень сильно дует, будто в крипте есть открытый проход в горы. Ходят слухи, что меня хотят женить и уже подыскивают подходящую невесту. Думаю, ты не сильно обидишься, если я не буду уделять тебе достаточно времени, когда стану семейным человеком, верно? Надеюсь, увидимся на коронации батюшки. Привози сестрицу.

Искренне твой,
Ториз."


Свернув бумагу, Корнелий передал её Лентулу и, приподняв бровь, ожидал, пока его молодой приятель ознакомится с содержанием письма.

- Женить? Пелагия? Это Кассий придумал? - наконец ответил бард.
- Это всего лишь следующий шаг по закреплению образа нашего безумного птенца. Невесту уже нашли.

Задняя комната за тронным залом Синего дворца была украшена не очень богато. В небольшом закутке со сводчатыми потолками поместились только небольшой столик и пара обитых плетёным шёлком кресел. За окном, украшенным разноцветным витражом, мягко садилось весеннее солнце.

- И кто же это? - с нетерпением спросил Лентул.
- Тёмная эльфийка, из благородных. Кажется, Кассий называл её Катария.

Учитель риторики выронил из рук бокал. Пахучая бордовая жидкость растеклась по каменному полу.

- Корнелий, я всё понимаю, но это уже перебор. Женить короля одного из старейших холдов на Серой? После такого весь Скайрим сочтёт Пелагия конченым безумцем! Он не усидит на троне!

Старик яростно хлопнул кулаком по столу.

- Усидит! Норды молчали, пока Потема творила здесь кромешный ужас, помолчат и сейчас! К тому же, я посмотрю, как ты, такой молодой и горячий, заговоришь, когда увидишь её - Кассий пишет, что таких баб в Империи можно сосчитать по пальцам одной руки!
- А ты, старый дурень, прослышал про ветреность этих эльфийских девок и рассчитываешь, что тебе что-нибудь перепадёт? - хмыкнул Лентул. - Нет уж, взялся - играй до конца.

Корнелий часто дышал, опустив руки на стол в бессильной ярости. Казалось, что он вот-вот пустит в своего собеседника столовым ножом; впрочем, он сдержался.

- Брось, старик, - уже менее уверенно сказал бард. - Давай не будем отвлекаться на всякую ерунду - в конце концов, у нас есть задание Совета Старейшин. Магнус уже, можно сказать, взошёл на трон, а от него одними милыми мальчиками не откупишься. Лишнее действие может сыграть не впрок, если мы хотим использовать Пелагия - он очень беспокоится об отце.

Управляющий шумно выдохнул и в несколько глотков выпил остаток медовухи прямо из кувшина.

- Полно. Отец не беспокоится о нём. Он же ничего не сказал по поводу наших последних шуток над его отпрыском? То-то же.
- О гостях из Сильвенара позаботились? - осторожно поинтересовался молодой заговорщик.
- Да, они заперты в подвале крыла Пелагия.
- Отлично. Я приготовлю фальшивый ультиматум. Нужно добавить идее размаха...

***

"Известно, что однажды Пелагий заперся в комнате с молодыми принцами и принцессами Сильвенара, и отпустил их только тогда, когда ему под дверь подсунули документ, объявляющий ему войну..."
Тсатенес, "Безумство Пелагия"

***

"Добрый друг мой Афраний,

Свадьба назначена через неделю. Если ты не приедешь, я очень, очень обижусь! Моя невеста - Катария Ра'атим из Эбонхарта. Чудесная девушка, я уверен, вы прекрасно с ней поладите. Её рыжие волосы свели меня с ума! Она очень отличается от тех эльфиек, что мы видели дома на Балфьере - у неё прекрасное чувство юмора и множество скрытых талантов. Ты бы видел эти красные глаза... Прибывай вечером в день свадьбы, тогда у нас будет возможность поговорить. Возьми с собой письма, а то я забуду, что тебе обещал. Ночь обещает быть длинной!

Искренне твой,
Ториз."


- Если приедет Афраний, Кассию это очень не понравится, - уверенно изрёк Лентул.

Очередная встреча приятелей произошла в небольшом трактире близ Драконьего Моста, в пяти часах езды от врат Солитюда. Над крепко сбитым деревянным домиком уютно поднимались клубы тёплого дыма.
Корнелий довольно уплетал мягкий отрез хлеба, испечённого из озимой пшеницы. Погода радовала безоблачным небом и лёгким прохладным ветерком; после долгой дороги ничто так не грело душу, как на совесть приготовленная пища.

- Пускай приезжает, нашему птенцу нужны друзья, а то совсем скиснет. Впрочем, вон он как обрадовался красивой невесте.
- Его можно понять. Такому дураку такую-то девицу... - глаза молодого барда мечтательно поднялись к небу. - Как идут приготовления к свадьбе?

Управляющий молча вытащил из заплечной сумки свернутый листок бумаги и протянул его Лентулу. Тот осторожно вскрыл печать и пробежался глазами по списку.

- Итак, "Приглашённые"... Ни одного гостя из столицы, явно дело рук Кассия. Родственников Пелагия я здесь тоже не вижу. Видимо, нас ожидает очередной сеанс клоунады?

Корнелий вытер губы тканой тряпочкой и изрёк:

- На сей раз нужно быть крайне осторожными. Катария - доверенное лицо Совета Старейшин, и Пелагию она отдана приказом, подписанным рукой его отца Магнуса. Она в курсе наших замыслов, но всё же лучше не портить с ней отношения.

Учитель риторики неопределённо кивнул.

- Тогда тебе снова придётся заняться Пелагием. Сделай из него настоящего короля. Пусть он бросает свои звенящие побрякушки и музыкальные инструменты, ему пришло время стать истинным государем. Безумным государем.

***

"Браки с тёмными эльфами редко повышали популярность северных королей. Магнус пытался упрочить отношения с Эбонхартом, откуда происходил клан Ра'атим..."
Краткая история Империи Стронаха К'троя III

***

То был турдас первой недели месяца Второго Зерна. Солнце медленно опускалось над заливом и Каменной Аркой Солитюда. Синий дворец шумел - подготовления к свадебной церемонии, назначенной на поздний вечер, шли полным ходом. Дворяне и простолюдины собирались на площади перед коллегией бардов, готовые приветствовать короля и его жену.

Корнелий сновал по дворцу и раздавал приказы многочисленным кухаркам, мажордомам и стюардам. Древняя крепость гудела, будто разворошённый муравейник. Эконом постоянно уворачивался от пажей, торопившихся донести огромные блюда с яствами до праздничного стола, и попутно пробовал угощения на вкус. Особенно охоч он был до подносов с вином; за вечер управляющий перепробовал содержимое около пятидесяти бутылок, прибывших с самых разных концов Тамриэля.

В узком и пыльном коридоре, что вёл от переполненных паром кухонь в тронный зал, старик столкнулся с учителем риторики, который явно прибыл во дворец на его поиски.

- Лентул, клянусь Восемью и Одним, что ты забыл здесь? Я же отправлял тебя развлекать толпу, пока она не разнесла ворота замка в щепки, - недовольно сплюнул Корнелий, потирая ушибленное место.

- Мне интересно, как наши успехи, - так же сердито ответил бард. - Где Пелагий? Где Катария? Где этот пёс Афраний, ты его вообще видел?

- Молодые сидят в крыле Пелагия, и мне что-то не кажется, будто им нужно чьё бы то ни было общество, - буркнул старик. - Что до дружка нашего питомца, он не всплывал. Если у него есть мозги, он не полезет прямиком в лапы льва - я передал командующему гарнизоном Мрачного замка, чтобы держал ухо востро.

- Тогда увидимся на церемонии. Где встретимся в случае непредвиденных обстоятельств?

- Талос с тобой, какие непредвиденные обстоятельства? Я при любом развитии событий буду находиться в тронном зале. Тебе советую сидеть в Коллегии и не высовываться. Катария сама нас найдёт, если ей очень захочется, - отрезал Корнелий и побрёл назад в кухни. Лентул некоторое время смотрел ему вслед, после чего пожал плечами и направился к выходу из дворца.

***

Тяжёлые каменные двери зала Мёртвых открылись, и из гробницы, расположенной в самом центре Солитюда, вышли две дюжины по-простецки одетых мужчин. Впрочем, случайный свидетель вряд ли обратил бы внимание на широкие рукава костюмов и странно изогнутые мечи, висевшие на поясах у припозднившихся гостей. Отряд вышел на широкую улицу; коренастый мужчина с залысинами окинул взглядом своих подопечных и сделал знак рукой. Разбившись на несколько групп, они отправились к Синему дворцу. Четверо сразу полезли на крыши и с необычайной ловкостью принялись карабкаться по узким переборкам и карнизам. Вскоре вечерний воздух прорезали четыре стрелы. Двое караульных, стоявшие на воротах крепости, не успели даже вскрикнуть.

***

Просторные покои короля Солитюда были богато украшены дорогими саммерсетскими коврами с вышивкой, многочисленными серебряными и золотыми побрякушками и мебелью из красного дерева с выгравированными на ней узорами. В центре западной стены висел ростовой триптих, изображавший императоров Антиоха, Цефоруса и Магнуса в парадных доспехах; рядом с картиной на специальной подставке располагались гербовый щит Септимов и меч из вварденфелльского эбонита, рукоять которого была инкрустирована сапфирами и редким красным алмазом.
Катария сидела на кровати и наблюдала за Пелагием; тот расположился в мягком кресле, опустив ноги на шкуру белого медведя, и играл на лютне старинную баладу, услышанную им в Вейресте.

На зелёном холме стояли три седеющих вяза,
Им ветер был шкурой, они бурей оплаканы были.
И не было в мире такого ещё ни разу,
Чтоб кто-то, страдая, про древеса эти не слышал.

Им пели драконы скорбные гимны когда-то,
Им златокожие эльфы молились, богов забывая,
Но нет, век недолог, древесных идолов время,
На смену пришло им людское, лживое племя.

Я знаю, мы вспомним ещё о судьбе их запретной,
Как где-то в лесах мы плачущим вязам молились,
И сброшены будут драконы со знамён и штандартов,
И снова мы вскинем флаг с древом забытым.


Пелагий пел тихо, но эльфийка внимательно слушала его, стараясь не упустить ни единого звука. Это не прошло незамеченным для молодого короля; он аккуратно положил лютню на комод и спросил:

- Тебе нравится, моя королева?
- Я ещё не твоя королева, - с усмешкой ответила Катария. - Но я была бы не прочь быть женой человека, который помнит такие песни.

Её жених умолк. Некоторое время в его глазах плясали огоньки трёх свечей, стоявших на серебряном подсвечнике. Наконец, он сказал:

- Для вас, Серых, так просто выйти замуж за человека, которого видишь первый раз в жизни?

Уголки красных глаз чуть приподнялись, как от улыбки.

- Мы предпочитаем называться "данмеры"... ваша светлость. К тому же мы виделись... по меньшей мере, всю последнюю неделю. Некоторым и этого чересчур.
- Да, ты права, - вяло ответил Пелагий. - Мне - так точно.
- Не волнуйся, - пропела эльфийка. - Нам всем позволены маленькие слабости. А уж королям...
- Что - королям? - резко прервал её тот.

Катария осторожно приподнялась на кровати и улыбнулась.

- Королям можно всё. Даже плясать голыми на праздниках.
- Вот оно что.

Пелагий привстал и повернулся к окну. Снаружи весело пели скайримские соловьи, переливчатыми мотивами предвещая скорое наступление лета. Отблеск заходящего багрового солнца скользнул по эбонитовому мечу.

- А запираться во дворце с принцами и принцессами королям можно? - спросил молодой правитель Солитюда у эльфийки. Её певучий голос мягко, будто убаюкивающе достиг его ушей: "Можно, можно..."

Рукоять оружия легла в руку легко; в красном алмазе отражались свечи. Клинок легко рассекал воздух.

- Мой король любит хорошее оружие? - с улыбкой спросила Катария.
- Да, люблю, - сказал Пелагий. - Но я, правда, считаю, что самое лучшее оружие - то, которое отнимает меньше всего мышечных усилий для убийства.

Искорка от заклинания заплясала между пальцев. Король резко развернулся к эльфийке и протянул ладонь. Яркая вспышка тёмно-фиолетового пламени озарила комнату. Пелагий сделал несколько пассов, и попытавшаяся было закричать Серая вдруг умолкла; на самом деле он просто не давал звукам покинуть пределов её хрупкого тела.

- Бесславная смерть для Ра'атим, верно?

Кулак в шитой золотыми нитками шёлковой перчатке сжал воздух. Катария захрипела бы, если бы могла, но силы быстро оставляли её. Ещё одна короткая вспышка, и бездыханное тело несостоявшейся королевы рухнуло на кровать.

Пелагий, явно пребывая в неопределённых чувствах по поводу только что совершившегося убийства, устало сел обратно в своё кресло. Теперь оставалось только ждать.

***

Корнелий стоял у входа во дворец и нервно теребил полы расшитого кроличьим мехом камзола. Ему уже было известно, что кто-то убил стражу у врат, но он ничего не мог поделать - попытка послать за подкреплениями в Мрачный замок вызвала бы недовольство и народа, и гарнизона.

Старик взглядом искал Лентула. Тот обнаружился быстро - учитель риторики стоял во главе толпы, ожидающей новобрачных. Управляющий чувствовал себя крайне неуверенно, и бард нужен был ему, как воздух; его усталое спокойствие как нельзя лучше поднимало боевой дух.

Народ тем временем свирепел. Обещанное зрелище никак не начиналось, и кучки босяков портили вечер негодующими криками. Особенно рьяные толкали стражников и пытались пробиться во дворец. Пока охрана справлялась, но в любой момент всё могло пойти наперекосяк.

***

Коренастый мужчина с залысинами пересчитал свой отряд и в очередной раз разделил его. Оставив с собой шестерых, он велел остальным любыми способами задержать толпу.

***

Лентул стоял перед всем солитюдским простонародьем; и стар и млад смотрели на него с выжиданием, как будто от него зависел успех мероприятия. Недовольное гудение очень сильно било по ушам, и у барда внезапно взыграла мигрень. Взгляд юноши помутнел, люди превратились в размытые пятна.

- Кто тут Лентул Спинтер? - послышался скрипучий голос.

Учитель риторики попытался ответить, но язык еле-еле волочился во рту. Промычав нечто неопределённое, он попытался помахать рукой, но был остановлен чьей-то крепкой хваткой.

- Голова болит? - участливо осведомился неведомый собеседник. Лентул кивнул.
- Ну, это ничего, - продолжал доброжелатель. - Это мы быстро исправим. Помочь?

Бард затряс головой и осел на колени. Шум в ушах становился всё более и более невыносимым.

- Эй, вы гляньте! - послышался крик из толпы. - Нанюхался!
- Ритор нанюхался!
- Он не может играть нам песни!
- Как это понравится королю?
- Несём ритора королю!

Толпа подхватила Лентула; сотни рук тянулись к нему, чтобы пощупать ослабевшего барда. Каждый как будто норовил отщипнуть себе кусочек. Вскоре людское море уже несло учителя красноречия в Синий дворец.

Трое мужчин, стоявших поодаль, кивнули друг другу и отправились вслед за народом. Миниатюрный пузырёк с ядом остался лежать на мощёной улице.

***

Корнелий с ужасом смотрел, как толпа буквально стаптывает стражу дворца и врассыпную выбегает во двор крепости. Пелагий и Катария как в воду канули; все посланные за ними слуги не вернулись. Свадьба была сорвана. Старик скинул с себя ленту управляющего и попытался скрыться в толпе, но его усилия не увенчались успехом; в нём мгновенно признали постоянного спутника Лентула.

- Эй, приятель, что с твоим другом? Он и правда нанюхался?
- А может, ты нанюхался вместе с ним?
- Куда вы дели короля?
- Верни нам короля!

Эконом не выдержал и побежал в недра дворца, велев слугам забаррикадировать дубовые двери тронного зала. Впрочем, те продержались недолго - разъярённый народ буквально смёл все преграды на своём пути и заполонил святая святых королей Солитюда. Корнелий вбежал на второй этаж и встал рядом с каменным троном. Люди хлынули за ним.

***

- Афраний!
- Пелагий!

Коренастый мужчина с залысинами сердечно обнял молодого короля. Последний явно пребывал в нервном возбуждении, которое тщетно пытался скрыть. Труп тёмной эльфийки был аккуратно замотан в бархатное покрывало; сверху лежал короткий серебряный кинжал.

Афраний осмотрел комнату и выглянул в окно; здесь наружу выйти было невозможно. Испуганный король следил за действиями друга, но ничего не говорил. Вновь прибывшему гостю пришлось встряхнуть Пелагия за плечи, чтобы привести его в чувство.

- Кто заговорщики? Лентул, Катария, ещё один? - пробормотал владыка Солитюда.
- Твой эконом, Корнелий Цинна.
- Я знал, - Пелагий хлопнул себя по лбу, но слишком сильно - его ладонь оставила заметный красный след. - Он наверняка забился где-нибудь в углу тронного зала.
- Хорошо, - сказал Афраний. - Нам придётся пойти туда, если мы хотим разобраться с заговором. Спасибо за письма, мои шпионы не могли попасть в Солитюд, пока ты не сказал про тайный ход в гробнице Потемы.
- Если бы я узнал о нём раньше, не оказался бы в таком глупом положении, - сокрушённо покачал головой Пелагий. - Убийство тёмных эльфиек наверняка вписывается в заготовленный Лентулом план составления портрета безумного короля.

Мужчина внимательно посмотрел на подопечного. Тот очень быстро отошёл от испуга и теперь буквально светился каким-то неестественным спокойствием.

- Ты действительно думаешь, что за ниточки дёргал Лентул? Девять богов, я думаю, столь долгие речи о безумии не пошли тебе на пользу. Нам предстоит разобраться с ещё многими деятелями, пока мы наконец найдём руководителя. А теперь идём, Цинна не ждёт.

***

Управляющий оказался между двух огней. С одной стороны к нему подходила тройка нордов, от которых за несколько футов разило медовухой, с другой - недовольные слуги, чуть ли не более других разочарованные несостоявшимся праздником. Пройдя через боковую дверь, ведущую в левую крыло дворца, они быстро окружили Корнелия.

- Немедленно прекратите, - бормотал старик. - Я позову стражу!
- Где твоя стража, а где ты! - рявкнул светловолосый северянин. - Лучше покажи, куда ты дел короля, паскуда!

В предчувствии неотвратимого конца эконом закусил губы. Вот над ним замахивается огромный кулак... Нет, лучше закрыть глаза...

- Я здесь, - послышался голос Пелагия.

В зале повисла звенящая тишина. Её сменил рокот, затем - нарастающий гул... И вот уже весь народ Солитюда приветствовал своего короля.

Король вошёл в зал через обитые кожей двери своих покоев, сопровождаемый Афранием; простолюдины и дворяне расступились перед ним, освобождая дорогу.

- Поздно, Пелагий, - нервно крикнул Корнелий. - Поздно! Пусть свадьба и сорвана, но Магнус, твой отец, умрёт сегодняшней ночью! Ты был бы хорошим императором, но увы!

Владыка Солитюда улыбнулся и кивнул управляющему; глаза молодого Пелагия сверкнули.

- Я знаю про заговор, Цинна. И, смею тебя огорчить - я *буду* хорошим императором. Мои люди об этом позаботятся, верно, Афраний?

Последний кивнул.

- А теперь, Корнелий Цинна, я объявляю тебе приговор. За преступления перед народом Солитюда, Скайрима и Империи Тамриэля, за попытки опорочить честное имя императора Магнуса и династии Септимов и за неоднократное нарушение клятвы верности ты лишаешься всех титулов и приговариваешься к смерти.

Толпа взревела и накинулась на старика. Сотни жадных рук впивались скрюченными пальцами в податливую плоть, и вой Корнелия заглушал крики толпы... Через несколько минут всё было кончено.

***

"Верный слуга мой Афраний,

Благодарю тебя за помощь. Ты оказал мне неоценимую услугу, и будешь вознаграждён должным образом. Я назначаю тебя рыцарем-комендантом Клинков. Дабы тебе сохранить в тайне столь священный титул, ты также будешь именоваться графом Сатчским и получишь замок и надел в тех местах.

Спасибо, что вытащил меня из лап заговорщиков. Исключительно благодаря тебе я смог изобличить Корнелия и Лентула; кстати, во время нашей свадьбы у последнего случился апоплексический удар, не твоих ли это рук дело? Впрочем, даже если и так, ты все равно мне не скажешь.

В Имперском дворце не слишком-то людно. Приезжай почаще, на сей раз можно не лезть через гробницы.

Надеюсь, сестрице Джолетте нравится Солитюд. Впрочем, она пишет мне довольно часто.

Твой под Красным Алмазом,
Ториз Пелагий Септим Третий, повелитель Кирода-и-Кирода, хранитель Амулета Королей, император Тамриэля

P.S. Помнишь, я обещал тебе корабль? Выбирай любой из имперского флота и пользуйся.
"

***

"Пелагий Септим,

Ты редкостная скотина и ты знаешь об этом. Мы нашли главу заговора - им оказался Кассий Лонгин, член Совета Старейшин. Сейчас он скрывается в своём летнем поместье близ Чейдинхола, но вскоре мои ребята его как следует прищучат."


Коренастый мужчина с залысинами обмакнул перо в чернила и задумчиво посмотрел на суетливо бегавших по лагерю солдат. Штандарт с тремя серебряными вязами мерно развевался по ветру.

"Мы подавили восстание в Драгонстаре и Нарсисе. Если ещё раз придётся за неделю пересечь половину континента - ты хоть предупреждай заранее".

Подувший ветерок разбросал листки бумаги вокруг наспех сколоченного стола. Едва успев схватить недописанное письмо, мужчина велел солдатам подобрать разлетевшиеся документы и готовиться к построению. Штурм должен был вот-вот начаться.

"Не давай сестричке болеть.

Твой верный генерал,
Афраний Косадес".

Сообщение изменено: Ighar Raven, 29 Август 2012 - 12:57 .

Очень смешная и интересная подпись.

#2
Alzhbeta

Alzhbeta
  • Мимопроходимец

Уровень: 1280
  • Группа:Граждане
  • сообщений:6
  • Регистрация:20-Февраль 14
  • Город:где-то в Антарктиде
Хм, интересная интерпретация.
Немного рвано, далеко не сразу стало понятно, что к чему и кто все эти люди, но потом картинка более или менее сложилась.


Посетителей, читающих эту тему: 0

0 пользователей, 0 гостей, 0 анонимных пользователей

Top.Mail.Ru