Перейти к содержанию

Рекомендуемые сообщения

Ночи Пустоты

 

Глава 1

 

На пустынные земли сахара давно легла тень: исчез зной, сменившийся прохладой, столь долгожданной всеми не- кошками ( да и кошками тоже, которые уже устали от такой жары и молили Азуру, чтобы она смилостивилась над собственным народом); Магнус ушел, уступив свое место лунному свету нового Массера и полной Секунды - знак того, что каджитские Матери Рода и другие роженицы обретут Омов или Ом-ратов; закрылись все городские ворота, что означало для заплутавших путешественников ночь под стенами.

Обыкновенная ночь Эльсвейра.

Сутай прикрыл глаза, вслушиваясь в абсолютную тишину, изредка нарушаемую диалогами стражи. Подождав, пока один из защитников города пройдет чуть дальше, каджит набрал воздух в легкие и сиганул с городской стены.

Прыжок оказался удачным: куча сена, наваленная верблюдам в качестве корма, оказалась чистой и отлично смягчила удар. Встав и отряхнув свое серое одеяние, Сутай осторожно прошел к воротом загона, стараясь шагами не разбудить верблюдов, спящих неподалеку. Тот, кто однажды напугает верблюда, научиться переоценивать противника, и каджит знал об этом на своей шкуре.

Пройдя между домами и подойдя к улице города, Сутай накинул свой серый капюшон, дабы больше походить на монаха какого-нибудь храма, вроде Храма Двух Лун. Выглянул из-за дома: на дороге никого не было, кроме спящего пахмара, забредшего сюда, в бедный квартал, из Дворца или Высокого Квартала. Не мешкая, каджит вышел из укрытия и ускорил шаг, чтобы не стать посетителем городской тюрьмы - комендантский час Короля еще никто не отменял...

Свернув вправо у торговой площади, кот прошел еще пару домов и остановился. Постучав в хлипкую деревянную дверь, он вновь огляделся по сторонам: нет, кажется, никто не помешает ему этой ночью.

Из-за двери послышался сиплый старческий голос:

- Кто? Я сейчас стражу позову!

- Успокойся, Джирра, это я, Альтибб.

Дверь, скрипя, приоткрылась, и белая кошачья лапа схватила Сутая и резко затащила в дом, не забыв закрыть вход. Хлопок разбудил пахмара, и тот, облизываясь, побрел в сторону дворца, где его ждала еда и наложницы самого Ра'Скарра.

Резкий манящий запах скуумы в слабо освещенном лампами притоне Джирры зашевелил желания Сутая, таящиеся в его нутре. Кот вдохнул дым от трубок и выпустил через ноздри.

- Затянешься?- один из каджитов-наркоманов протянул дрожащей рукой трубку Альтиббу. Кажется, он здесь был самым постоянным потребителем сахара и всех его форм, и они с Сутаем пресекались довольно часто.

- Чуть позже, Джзарр, чуть позже,- проговорил Альтибб и повернулся к хозяйну: - Р'Таш здесь?

***

Почтенного возраста каджит Сутай-рат, облаченный в серую робу, чем-то похожую на монашескую, согнувшись, сидел за красивым коловианским столом, купленном когда-то у странствующего торговца из Киродиила. Его рука сжимала перо, которым он каллиграфически выводил каждую букву Та-агра в старой огромной книге. На этом же столе лежали другие книги, с довольно-таки потертыми переплетами: на корешке одной из них едва угадывалось "Об Обливионе".

За спиной у каджита, в двух разных углах комнаты, стояли два алтарных факела, освещавших огромный набор книг и фолиантов в полках между ними. Стол и самого кота освещала небольшая каджитская медная лампа, света которой было достаточно для продолжения работы.

Оставив перо в чернильнице, каджит откинулся на спинку кресла, потянувшись и сладко зевнув. Лампа осветила лицо кота: среднего возраста сутай-рат, темно-коричневого окраса с белыми полосами и парой темных пятен около глаз. Усталый взгляд демонстрировал, как долго писец занимается своей работой.

За дверью послышались тяжелые шаги: кто-то спускался по лестнице. Каджит положил лапу на золотую рукоять клинка, выполненную в виде вытянутого тела пахмара - его редко посещали сами, а врагов всегда было предостаточно...

Тяжелая обитая железом дверь медленно открылась, и в комнату вступил кот в такой же робе, как и у писца. Из-под одежд выглядывал небольшой прямой стальной меч, на плече крепился кожаный ремень, проходящий через тело до пояса: крепеж для наспинной сумки и метательных ножей. На самом широком кожаном поясе были закреплены небольшие подсумки.

Посетитель снял капюшон, скрывавший его облик, и писцу предстал знакомый молодой каджит белого раскраса в тонкую черную полоску. Он поклонился:

- Да будут пески теплыми для тебя, Р'Таш.

Р'Таш облегченно вздохнул и убрал руку от клинка:

- Приветствую, аалитер Альтибб.

Сутай прошел вперед, отряхнув лапы, прежде чем наступил на красивый узорчатый ковер местных мастеров. Сделав еще шаг, он задел пустой сосуд из зеленого стекла, укромно лежащий на полу. 

- Я ждал тебя к утру, аалитер. 

- Ты ведь знаешь, что я не из тех, кто спит под воротами городов.

Альтибб схватил сосуд за горлышко пальцами ног, подкинул и поймал рукой, поставил на плетеную корзину. Писец улыбнулся: ему всегда нравилась ловкость, с которой Сутай выполняет различные выкрутасы. Ловкач, тем временем, рассматривал гобелен на стене комнаты.

- Это же Черим, верно?- Сутай подошел ближе, рассматривая картину. На фоне огромных деревянных дворцов Торвала, в окружении стражи, был изображен сам Грива. Его огромные косы свисали с открытого паланкина, глубокие зеленые глаза, казалось, смотрят сквозь время и пространство. 

- Верно, Альтибб. Ты всегда разбирался в искусстве, и я знал, что тебе понравится.

- Где ты его взял? Еще при жизни гобелены Заика Черима стоили тысячи септимов, а после смерти... 

Р'Таш ухмыльнулся:

- Мне просто повезло. Я нашел его в одной из коробок ограбленного иностранного торговца - похоже, ренрижи не слишком разбираются в работах Зайка.

- В Сиродииле, конечно, такой оплошности не допустили. Говорят, тамошние приключенцы умудряются на глаз оценить цену товара. 

- Гзалзи, аалитер. Как такое возможно? Не говори глупостей. - Р'Таш вновь зевнул. - Ладно, зачем ты пришел?

Альтибб подошел к столу, подвинул бамбуковый стул с подушечкой и сел.

- Р'Таш, ты знаешь, что я недавно обнаружил в Оркресте на рынке...

-Ты об этой каменной табличке? Жрецы Храма Двух Лун помогли тебе перевести письмена на ней?

- Именно. Как я и думал, это оказался язык Пришедших-До.

Писец удивленно выдохнул.

- На этой табличке, - продолжал Сутай, - не было ничего особенного: похоже, она была просто указателем или картой для последующих пришедших. Тем не менее, на ней было указано расположение чего-то вроде лагеря для Пришедших-До. Я около недели пытался определить местоположение этого места, прочитав огромное количество фолиантов. И мне удалось. Это здесь, Р'Таш. В Дюне.

На этот раз писец действительно был ошарашен. Пришедшие-До и их артефакты - в Дюне! 

- И что теперь? Где ты собираешься искать их? Дюна - не стоянка племени, Альтибб! 

- Я знаю. Именно поэтому я пришел к тебе. - Каджит придвинулся к собеседнику. - Нужно организовать здесь поиски, и ты - единственный представитель нашего Братства в этом королевстве. Ра'Зиим уже дал согласие - мы не можем упускать такую возможность спасти и изучить что-то из останков Пришедших-До.

Р'Таш знал, как опасно искать артефакты Пришедших-До, понимал, как могут повлиять их знания на расстановку сил в Тамриэле, Нирне и выше. Он выпрямился, скрестил руки на столе и спросил:

- Тогда с чего начнем?

Сутай улыбнулся. Он знал, что писец согласился - это был его выбор.

Кот перевернул страницу и поставил дату - 4Э 98.

Ночь заканчивается.

Изменено пользователем TheNomad
Ссылка на комментарий
Поделиться на другие сайты

Почитал. Ниче, вроде, но язык хромает.

 

Дверь, скрипя, приоткрылась, и белая кошачья рука схватила Сутая и резко затащила в дом, не забыв закрыть вход

Про руку - полная жесть. Как вы вообще себе представляете то, что описано в предложении?)

 

А также:

 

- вряд ли слово "амортизировала" уместно в рассказе по TES;

- каджит, называющий своего соплеменника "кот";

- "Усталый взгляд демонстрировал" - кому?

 

Ну, и еще есть мелкие огрехи.

Ссылка на комментарий
Поделиться на другие сайты

Это первый мой высе... эээ, рассказ. Обещаю, что буду стараться:)

Про "кота" - персонаж не любит сильно зависимых наркоманов;

Амортизировала - заменить "смягчило"?

Ссылка на комментарий
Поделиться на другие сайты

Это первый мой высе... эээ, рассказ. Обещаю, что буду стараться:)

Про "кота" - персонаж не любит сильно зависимых наркоманов;

Амортизировала - заменить "смягчило"?

 

1. Похвально)

 

2. Как бы он ни относился к наркоманам, логика все равно хромает. Речь идет о пренебрежительной характеристике расы. Это все равно что китаец назовет другого китайца, пусть даже и наркомана, "узкоглазым".

 

3. Ну хотя бы. Амортизация - это слишком для фэнтезийно-средневекового мира.

Ссылка на комментарий
Поделиться на другие сайты

*смиренно поклонившись, дал коту имя*

афроамериканцы часто называют неприятных им личностей "ниггерами", что как бы намекает...

Но - лороведам виднее))

Спасибо за то, что читаете и крмментируете пост)

Ссылка на комментарий
Поделиться на другие сайты

Извините за задержку, был в разъездах. Приятного чтения!

--------------------------------------------------------

 

Ночи Пустоты

 

Глава 2

 

Топот сотен ног, лап и копыт по мощеной площади. Снедающая жара создает отвратительный, пропитанный потом и запахом чего-то тухлого, воздух. Здесь не просто душно: кто-то падает в обморок, привлекая к себе внимание стражи, расторопных воров и неравнодушных мимопроходимцев - кажется, один из них даже полуголый кочевник ом-рат, с племенным знаком на морде и копьем за спиной.

Все двигаются в потоках между деревянными торговыми лавками, пестрящими персиками из Чернотопья, винами и хлебами скинградских умельцев, узорчатыми коврами, гобеленами, шелковыми и парчовыми вещами; иностранцев привлекает лавка каджита-кондитера, делающего различные сладости из "того самого сахара, который добавляют в скууму"; на импровизированной сцене из полусгнивших досок выступает орчиха-бард, проходя мимо которой каджиты и все другие гости Эльсвейра (кроме самих орсимеров, конечно) норовят плюнуть или бросить в исполнителя протухший помидор, только что купленный у усталого седого бретонца; каждый торговец старается перекричать своего соседа, предлагая свой товар и уверяя, что "этот кабан только сегодня доспел в холодном скайримском море" (или не так? Ничего не разобрать в этом гаме...), однако этот крик только накаляет обстановку. Видно, как стража - два каджита в красных тюрбанах, легкой кольчужной рубашке, небольшими овальными щитами и с ятаганами наперевес - выводят распоясавшегося норда, пытавшегося купить прекрасную стальную секиру меньше, чем за пол-цены. И все горожане знают, что секира была украдена одним способным сутай-ратом у этого самого нордлинга, ибо ему ненавистны "белокожие пьянчуги Севера" - но кому хочется предавать своего брата? Ах да - добро пожаловать на обычный эльсвейрский рынок! Как говорится, "если люди думают о нас, как о народе воров, то зачем разрушать их мнение чем-то обратным?"

...Альтибб, распластавшийся между подушек на грязном ковре, испускавшем запах мочи и пролитой скуумы, потихоньку начал приходить в себя. Его дурманило - похоже, трубка, которую он вчера раскурил, была для него слишком крепкой. Поднявшись и чуть не потеряв равновесие, Сутай оперся о стену, выплевывая шерсть и бурча что-то на родном та-агра. Вещи расплывались, создавая в сознании причудливые картины, похожие на узоры мягких эльсвейрских ковров.

- Так вот как создается искусство...

Рядом с Альтиббом лежали другие каджиты: один оперся спиной о стену и опустил голову между согнутых в коленях ног, удерживая левой рукой практически опустевшую бутылку скуумы; другой лежал на спине и слегка подергивался, пока слюна стекала с его пасти на пол; еще один в неестественной позе скрючился в углу, издавая звуки то ли смеха, то ли плача. На полу лежали бутылки из-под скуумы, рассыпан лунный сахар и стояла трубка. Все это вызывало отвращение у Сутая, и он осторожно прошел к посапывающему на кресле Джирре, стараясь не наступить в лужи, тянущиеся от пары каджитов. Взяв сумку со снаряжением и одев робу, кот прошел в сторону лестницы, ведущей в убежище Р'Таша.

Писец, конечно же, спокойно спал на своей кровати, свернувшись калачиком. Сутай, пытаясь не разбудить его, аккуратно брел вдоль стены и не видел, как на его пути притаилась бутылка шейна.

Ба-бах!

Бутыль, на которую наступил каджит, вылетела из-под ноги, и Альтибб со всего размаха упал и растянулся на полу, в то время как Р'Таш, как ошпаренный, подскочил с кровати и ухватился за клинок, лежавший у него под подушкой. Увидев, кто нарушил его покой, писец в сердцах пнул товарища в бок. Лежащий на полу каджит застонал, уперся руками в пол и потихоньку привстал, косясь на Р'Таша.

- Ты напугал меня, аалитер,- вяло оправдался ударивший. -Приходи в себя и идем - сахар не будет сам превращаться в скууму!

- Иди в Обливион, проклятый ренри... - Не договорив, Сутай отвернулся к стене. Рвотный позыв все-таки одолел его, изукрасив стену писцу.

- Джекосиит...- Протянул Р'Таш, закрыв лицо лапой.

***

- Ненавижу, - протянул Альтибб, косясь на окружающих его жителей и посетителей города. Он и Р'Таш шагали по рыночной площади, заполненной покупателями разных мастей и просто теми, кто желал поглазеть на товары.

- Что такое, аалитер?- Насмешливо спросил писец у Сутая. - Тебе не нравятся рынки?

- Я НЕНАВИЖУ РЫНКИ,- процедил каджит. - И ты знаешь об этом не меньше меня.

- Ты вообще не любишь большие сборища...

- Сброда со всего Эльсвейра,- перебил своего собеседника Альтибб.

- Я до сих пор теряюсь в догадках - как же ты купил ту табличку на рынке в Оркресте, если ты так не любишь базары?

- Это произошло случайно. Я сидел в оркрестской таверне, "Два минотавра", кажется... - Неожиданно Сутая толкнул плечом куда-то спешивший редгард, который так же быстро пропал в толпе, как и появился. Кот попытался было догнать и схватить обидчика, но Р'Таш удержал его. - Ненавижу! - Вновь буркнул каджит и продолжил рассказ: - Так вот, там я услышал о "странной табличке, найденной у основания Оркрестского Дворца" и отданной одной местной торговке, стоящей в самом начале рынка. Любопытство возобладало, и ...

- ...И теперь мы ищем следы на песке, оставленные неизвестно кем тысячи лун назад,- подвел итог писец. 

Они прошли мимо одной из десятка овощных лавок, заваленной салатом-латуком (по запаху - времен Третьей Эры, определенно), и остановились у торговца коврами. Р'Таш начал узнавать цену одного из красивых небольших ковров в прихожую, а Альтибб начал смотреть по сторонам. 

Неожиданно он краем глаза увидел группу красных тюрбанов Ра'Скарра, местной стражи, стоявших около небольшого здания темно-желтого цвета с потрескавшейся стеной (обычный дом бедного квартала Дюн) полукругом и поднимавших пыль своим топотом. Присмотревшись, он ужаснулся: солдаты пинали кого-то, одетого в черные лохмотья, отпуская глупые шутки на та-агра. 

Время обучить уважению.

Сутай быстро прошагал к тюрбанам, и, когда один из них занес ногу над жертвой, будто желая раздавить, без промедления ударил правой ногой в промежность. Кот пискнул, согнулся в коленях и пояснице, повалившись на бок. Пока стражники развернулись лицом к противнику, Альтибб ударил еще одного, двойным ударом лап отправив в долгий сон.

Сообразив, что происходит, солдаты повытаскивали ятаганы, криво ухмыляясь Сутаю и стараясь зайти ему за спину. Каджит принял боевую стойку Равлит Кхадж, полуприсев на правой ноге и вытянув перед собой идеально ровную левую. Левая лапа, в раскрытом состоянии, была немного согнута и держалась перед собой на уровне глаз, правая же, тоже раскрытая, согнутая в локте и удерживаемая около челюсти. Альтибб источал нечто пугающее, пара стражников даже покрепче сжала рукоятку меча и оскалилась.

- Именем Короля Дюн, сдавайся, мерзавец! - Прогремел голос одного из красных тюрбанов. Сутай не шелохнулся, выжидая.

Р'Таш, услышав стражника и сообразив, что аалитера рядом нет, обернулся и увидел Альтибба в окружении пяти вооруженных солдат. Вместе с письцом на храбреца глазел весь рынок, стараясь держаться на почтительном расстоянии. Каджиты начали делать ставки, спорить и выкрикивать в сторону стражи всякие ругательства; карманники и воры, воспользовавшись суматохой, начали срезать мешочки с септимами и прикарманивать товары с прилавков.

Один из стражей слева Сутая, не выдержав, бросился на бойца. Каджит бросился ему в ноги, сбив атакующего и ударив ближайшего стража лапой, выбив ятаган, после чего добил ударом правой ноги с разворота. Тот, подобно мешком с навозом, повалился на песок, а Альтибб вновь занял ту же позицию.

Еще один стражник побежал на Сутая, нанося удар ятаганом, но боец, уклонившись, схватил лапу с клинком и вывернул ее. Солдат заорал от боли и выпустил оружие, а Альтибб толкнул его вперед и пнул так, что бедняга врезался мордой в стену дома и медленно сполз.

Пытаясь воспользоваться ситуацией, еще один стражник прыгнул к Сутаю и потерял сознание, получив прямой удар ногой в челюсть. Другой солдат попытался метнуть ятаган в наглеца, но тот уклонился, прыгнул на противника и сбил его с ног. После секундного сопротивления, усевшись сверху, каджит нанес контрольный удар локтем и вырубил его. Последний стражник, бросившись на сидящего врага, был остановлен ударом в горло и переброшен через плечо, ударившись о землю и затихнув.

На рынке царила гробовая тишина. Альтибб поднялся и подошел к Р'Ташу, отряхиваясь от песка. К лежащим стражниками подбежала парочка полуголых катай-ратов и начала обыскивать.

- Это было изумительно, аалитер,- писец похлопал Сутая по плечу и продолжил:- Но теперь надо двигаться. За мной!

***

В маленьком магазине "Барахолка Ри'Ттиба", расположенном у ворот Дюн, было тихо и спокойно. Несколько ламп освещали полки, на которых стояли различные наборы посуды, лежали инструменты, кухонные приборы и другая всячина, которая обычно попадается на барахолках. За прилавком стоял молодой катай, коричневого окраса с желтыми пятнами и парой белых полосок. Он был одет в обычную бади из бежевой ткани со светло-коричневым воротником, ноги прикрывали красные выцветшие на солнце шаровары. В левом уже было золотое кольцо, волосы аккуратно уложены в небольшую косу. Опершись на прилавок, он протирал стакан из зеленого мутного стекла серой тряпкой, иногда подставляя к лампе и осматривая.

Дверь магазина открылась, и в него вошли Альтибб и Р'Таш. Продавец тут же выпрямился:

- Вам чем-то помочь, господа?

Р'Таш подошел к юнцу и проговорил:

- Нам нужен ключ от Убегающей Башни.

Молодой отшатнулся.

- Извините, уважаемые, но я не понимаю, о чем вы говорите..,

- Лгун!- Р'Таш ударил лапой по прилавку. - Видно, ты забыл, как я приносил тебе лекарства, когда ты был еще джа'хаджиитом! И теперь, когда мне, твоему исцелителю, нужна помощь...

Глаза продавца округлились, он нырнул под прилавок и достал старый железный ключ. 

- Так это были вы! Мой отец никогда мне не рассказывал, кто вылечил меня! Спасибо вам, заберите ключ! - Он протянул ключ писцу.

Тот взял его, и быстрым шагом вышел из "Барахолки", потянув за собой Альтибба.

- Ты вылечил этого катая? - Спросил Сутай, когда они вышли.

Р'Таш одарил вопрошающего насмешливым взглядом:

- Конечно нет, аалитер. Его вылечила бродячая целительница, которая была главой отделения Гильдии Магов в Анвиле. Я просто воспользовался магией внушения,- улыбнулся писец.

- А для чего нам ключ? И что это за башня?

- О, Убегающая Башня - это одна из первых построек первых королей Дюн. Именно через нее правители города покидали Дворец в случае осады. Позже о ней прознали воры, и из драгоценностей Короля пропала пара безделушек.

В итоге, лет так сто пятьдесят назад, один из королей публично засыпал выход и вход в башню, сказав, что не собирается бежать в случае угрозы своей жизни. Доверчивые жители поверили, и все стали считать Башню простым памятником Дюн. Только вот никто, кроме королей, не знал, что у Убегающей Башни, как минимум, ДВА выхода и ДВА входа.

- И ты хочешь пробраться в Дворец через эту Башню. Но зачем?

- А ты знал, что в Оркресте нашли ДВЕ таблички, мой друг? Одна - у тебя, а вот вторая...

Р'Таш резко свернул в переулочек, потянув собеседника в тень. По улице промчались красные тюрбаны, выкрикивая что-то.

- Идем здесь, на улицах небезопасно,- сказал писец и пошел дальше в переулок. 

- Так вот, вторая табличка попала в руки талморским ученым. Скорее всего, кто-то во главе высоких эльфов тоже знает о существовании Пришедших-До и их наследии в Дюне.

Вчера, буквально перед тобой, к Ра'Скарру -нынешнему Королю Дюны - приехала делегация в плащах и капюшонах темно-синего цвета с золотыми элементами. Талморская делегация, Альтибб. И похоже, они ищут то же, что и мы.

Аккуратно обойдя несколько нищих каджитов и их спальники, парочка вышла к притону Джирры. Р'Таш постучался, хозяин открыл дверь и каджиты зашли внутрь. 

- Эти талморцы не знают, что кто-то еще ищет артефакты Пришедших-До. Однако они закрыли крыло Дворца, где расположена Королевская Библиотека - а это значит, что там что-то есть. С помощью Убегающей Башни мы попадем туда и попытаемся отыскать то, что ищет там Талмор.

Альтибб был удивлен, даже немного подавлен; кто-то ищет наследие Пришедших, причем это - Альдмерский Доминион. Откуда они узнали? Кто их направляет? Когда-то Учитель говорил ему о тех, кто также, как и Братство, ищет древние артефакты, но старается использовать из в злых целях. "Те, с кем мы боремся, имеют огромную силу и влияние в Тамриэле. Ты убивал некоторых из них, но это лишь пешки, лишь пальцы."

- Иди спать, Альтибб. Мы отправимся этой ночью.

 

Ссылка на комментарий
Поделиться на другие сайты

Спасибо большое за главу, очень интересно. Только немного непонятно, как у барахольщика оказался ключ от башни.
Ссылка на комментарий
Поделиться на другие сайты

Новая глава, надеюсь, понравится)

——————

 

 

Ночи Пустоты

 

Глава 3 

 

Пустыня. От горизонта до горизонта. Огромные барханы, переносимые с места на место ветрами, которые, словно осторожные воры, перекладывали лишь по песчинке, и бурями, что, подобно ненасытным ренрижа, тащили столько, сколько могли унести. Среди них бродят дикие пахмары, ползают ядовитые змеи и быстро перебирают лапками скорпионы, каждый в ожидании своей добычи. Тысячелетние пески хранят под собой множество секретов: древние города и крепости, сундуки, набитые чем-то ценным, заживо погребенные путешественники или разбойники. Они - хозяева этой земли, создающие ее облик и меняющие по первому желанию.

Но вот среди владык пустыни барханов высится камень: каджиты, дети Азуры, заявляют свои права на эту территорию, меняя ее облик более умело и разнообразно, нежели пески. Величественные города и искусный ум: смогут ли они остановить вечнотекущих рабов Акатоша - секунды? Время неумолимо, и песчинки движутся.

В эту ночь пустыня Не'Квин-Аль была ясно освещена лунами, и С'Жавв, сутай-рат медного окраса в черное пятнышко, решил не зажигать свечу в переносной лампе, а доверить все беспристрастному, мягкому свету Массера и Секунды. Поправив тюрбан кроваво-красного цвета и потрогав ручку ятагана, он, стражник Дюны,  облокотился на городскую стену и сложил руки на груди. Ночь обещала быть долгой.

Сверху, на городской стене, послышался голос и шаги: похоже, у стражи там проходит смена, а это значит, что уже два часа ночи. У С'Жавва не будет смены, его охрана будет продолжаться до самого утра. 

Зачем охранять старый тюремный вход, стоящий прямо под стеной города? Каджит, прославившийся силой среди всех городских стражников (но не среди Кровавых Шарфов, конечно), определенно не понимал сути королевского указа. Предотвращать побег пары воров или наркомана, перепившего скуумы, по закрытому на ключ тюремному коридору, ведущему на прекрасно обстреливаемую стражниками пустынную местность? Но приказы Короля не обсуждаются - Ра'Скарр очень жесток к провинившимся, а его личный телохранитель, бессердечный палач и свирепый генерал Ла'Шхул, командующий отборным королевским отрядом, известным как Кровавые Шарфы, без промедления исполнит приговор.

Страж потер глаза и вытащил небольшую флягу недавно купленного на рынке вина. Разогрев горло, каджит прикрыл глаза и потянулся. 

- Эй, дружок!..

С'Жавв резко открыл глаза и увидел стоящий перед собой силуэт: луны были за спиной незнакомца, скрывая тенью его внешность. Страж попытался схватить оружие, но лапа скользнула по кольчуге. В этот момент он получил удар в область шеи, его парализовало и он тихо скатился по стене.

К незнакомцу подошел второй:

- Живой? 

- Конечно.

Подошедший сделал шаг к С'Жавву, открыл ему рот и залил какое-то зелье. Веки стражника мгновенно потяжелели, по телу растеклась вялость, и он уснул.

- Он проспит еще часа три,- проговорил второй. - А когда проснется, то примет все за странный кошмар.

Первый незнакомец подошел к лежащему и вложил в руку бутыль скуумы.

- Ну, чтобы он хотя бы имел причину... Точнее, думал, что имеет причину спать на посту,- объяснился первый. - Выпил скуумы, вот и уснул. Отлично же придумал!

- Конечно, это хороший план, но есть одна проблема...- Второй подошел к незнакомцу и прошептал: - Откупорь ее...

***

По древнему коридору, пол которого немного засыпал песок, просачивающийся сквозь щели, тихо скользили два каджита, аккуратно шагающих по каменным плитам. Было темно, но крадущиеся умело использовали ночное зрение, чтобы избегать различных бочек, коробок или других предметов, оставленных более ста лет назад: дерево сгнило, железо съела ненасытная ржавчина, остатки еды покрылись подобием плесени. 

- Мы сейчас как будто бы в прошлом,- проговорил один из каджитов. -Представь, Альтибб, как когда-то по этому коридору бежали короли и их отпрыски, после них - умелые воры, чьи спины ныли от драгоценностей Дворца...

- Скажи мне, Р'Таш,- включился в разговор Альтиб, - Откуда у того юнца из барахолки ключ от Убегающей Башни? 

- Я принес его,- просто ответил Р'Таш. - Я давно дружил с его отцом, самим Ри'Ттибом. Когда я был молод, я помог одному страннику, и он рассказал мне о своем тайнике в пустыне, недалеко от одного оазиса. Сундук был набит золотом, а сверху лежал этот самый ключ, завернутый в записку. Это было письмо, Альтибб, и адресовано оно было мне.

- Что?!

- Достаточно. Мы почти на месте.

Перед парой возникла стена. Р'Таш подошел к ней и начал осматривать. Нащупав что-то, он повернул голову к Альтиббу и ухмыльнулся:

- Мы пришли.

Писец отодвинул кирпич-обманку, обнажив замочную скважину, вытащил ключ, вставил и повернул его. По ту сторону стены застучал какой-то хитры механизм,то и дело раздавались щелчки и звонкие удары. Стена стала понемногу сдвигаться, словно открывающаяся дверь, пока не остановилась, оставив узкий проход для каджитов. Р'Таш тут же шагнул в него, Альтибб следом.

Старая башня и изнутри выглядела старой и брошенной. Вверх вела крутая винтовая каменная лестница, не внушавшая доверия: кое-где ступени были немного потрескавшимися, кое-где осталась лишь половина ступени. Было также темно, отсутствовали окна.

Р'Таш вытащил ключ, и стена, помедлив, начала возвращаться в изначальное положение. Внимательно слушая писца, Альтибб зашагал за ним вверх по ступенькам.

- Эта дверь - дитя удивительного ученого данмера, изучавшего двемерское наследие. Да, Альтибб, не все данмеры - напыщенные работорговцы. По приглашению тогдашнего Короля он создал эту замечательную преграду, сделав от нее один-единственный ключ. Так что, если наш ключ подошел, то у Ра'Скарра либо подделка, либо просто нет ключа...

- Так он мог не подойти?

- Конечно. Но он подошел.

Прошло еще немного времени, прежде чем каджиты оказались на небольшой площадке. Проделав то же, что он проделал перед стеной-дверью внизу, писец вновь показал проход и исчез в нем. Подождав, пока рядом с ним встанет Альтибб, он вновь вынул ключ и шепнул:

- Здесь надо быть тише. Это правое крыло Дворца. Следуй за мной.

Они осторожно прошли по небольшому коридору с белыми стенами и расписными коврами на полах, покрытых золотой плиткой. Стены местами были покрыты мозаикой, изображавшей где-то солнце, где-то змей, где-то пальмы. Везде стояли красивые золотые алтарные факела, затушенные на ночь, различные растения в необыкновенно красивых вазах и горшках, столики с подушечками и другая утварь. В окна, деревянная часть которых была покрытие искусной резьбой, был виден внутренний дворик Дворца, охраняемый стражниками, другое крыло и сам огромный белый Дворец, с золотым куполом сверху и башенками. 

- К счастью, никто не охраняет это крыло: именно его закрыли для талморских ученых. Этажом выше - Королевская Библиотека.

Приоткрыв резную дверь и осмотрев комнату, каджиты прошли внутрь и поднялись вверх по мраморным ступеням. На втором этаже была красивая деревянная дверь с золотыми вставками. 

- Это здесь.

Дверь поддалась Р'Ташу, и они прошли внутрь библиотеки Дворца Дюны. Перед их взором предстал огромный зал, занявший, кажется, два или три этажа. Стены были уставленными полками из валенвудской древесины, заполненными различными книгами и фолиантами. На мраморном полу лежал большой круглый ковер, посередине которого стоял стол для чтения, покрытый росписью. Освещалось все огромной лампой, подвешенной на трех цепях; источниками света были странные красные кристаллы.

Вдоль нескольких полок стояли небольшие раскладные столы, заваленные бумагами. Р'Таш без промедления подошел к одному из них и начал перебирать бумаги, жестом показав Альтиббу делать то же самое.

- Талмор определенно имеет некие сведения, так что где-то здесь должна быть хоть какая-то зацепка,- проговорил писец, и его слова громом раздались по залу. Оглядевшись, он шепотом продолжил:- Если увидишь что-то странное - неси мне.

Кроме бумаги, на столах лежали раскрытые книги, стояли чернильницы и песочные часы. Закончив перебирать один стол, Альтибб подошел к другому и увидел занятную книжицу со свежими непонятными буквами - дневник или записная книга, мелькнуло в голове бойца. Жестом подозвав писца, он указал на книгу.

- Так, посмотрим... - Каджит деловито пролистал пару страничек. - Это эльфийский, альдмерис, кажется так. Похоже, книгу ведет один из талморских ученых.

Р'Таш облокотился на стол, а Альтибб пошел вдоль полок, рассматривая книги. Писец что-то бормотал:

- Ага... "Лунное предначертание"... "Книжный зал повелителя"... "Раскопки ни к чему не привели"... Хм, как же это... А... 

Сутай прошел уже около половины зала, когда вдруг увидел на корешке одной из книг до боли знакомый символ - треугольник с тремя точками с каждой стороны в круге. Пытаясь вспомнить, где он мог видеть его, Альтибб достал книгу и открыл ее.

- Вот оно! - Ликующе сказал Р'Таш и помахал рукой, не поднимая взгляд от книги. - Здесь написано, что нужно найти что-то под названием "Указатель". Слышишь, Альтибб! - писец поднял голову и обомлел.

Боец висел над землей, выпячив вперед грудь, в которую бил извивающийся синий луч из какой-то непонятной вещи, которую он держал перед собой. Все это происходило абсолютно бесшумно, чем еще больше пугало Р'Таша. Он побежал к аалитеру, но не смог подойти к нему ближе, чем на шаг: Сутая окружало мощное силовое поле. 

Неожиданно все прекратилось, и Альтибб рухнул на пол, выронив круглый светящийся плоский камень с выгравированными полосками из рук. Камень, немного проехав на ребре, упал и потух.

Писец ринулся к лежащему, наклонился и тронул пульс. Бедняга был жив, и тогда Р'Таш достал стеклянную колбочку с зеленоватой мутной жидкостью из подсумка робы, откупорил ее и подставил к носу пострадавшего. Альтибб тут же сморщился и закашлял, стараясь лапой отодвинуть дурно пахнущую колбу.

- Жив, ренрижа!- Улыбнулся писец, и достал небольшой сосуд:- Выпей, это зелье поможет тебе.

Не открывая глаз, боец взял сосуд и опустошил его. Почувствовав, что силы вернулись к нему, он открыл глаза и положил руку Р'Ташу на плечо.

- Спасибо, друг,- прохрипел Альтибб.

- Все хорошо, аалитер, ты бы тоже помог мне в подобной ситуации,- смущенно промолвил спаситель, и тут же осведомился: - Что это было?

- Я... Я не понял до конца, но мне кажется, это было послание Пришедших-До. Я был в какой-то пустоте, и передо мной стояла тень и говорила. Сначала я не мог ничего разобрать, но потом..- Альтибб перевел дух.-  Я стал понимать это существо, как будто язык, на котором оно говорило, я изучал с рождения. Оно назвало себя Указателем, и сказало, что Пришедшие сокрыли свое наследие за Дверью С Тремя Ключами.

- Дверь С Тремя Ключами?- Переспросил Р'Таш и тут же сказал:- В записях талморских ученых было написано о некоей двери под Дворцом Дюны. Видимо, они не смогли открыть ее, и начали искать ключи... Ты знаешь, где эти ключи, аалитер?

Альтибб потупился.

- Я не могу ответить тебе...- Промолвил он наконец. - Указатель не сказал мне, где они, но сказал, что теперь я сумею найти их.

- Странно, что же...

Неожиданно раздался скрип двери, громом раздавшийся в зале. Каджиты переглянулись.

- Мы же закрывали дверь, верно?- Обеспокоено спросил Сутай.

Писец поднял Альтибба и шепнул:

- Пора уходить. Быстро.

Р'Таш положил эльфийскую книгу в кожаную сумку за спиной, а Сутай бросил себе в подсумок камень-указатель. Добежав до двери в библиотеку и закрыв ее, оба услышали крики во внутреннем дворике и заметили свет факелов.

-Они знают что мы здесь, вперед! - Крикнул писец и ударил плечом в дверь напротив входа в Королевскую Библиотеку, таким образом открыв ее и побежав по коридору. Альтибб ринулся за ним.

Преодолев добрую половину пути, каджиты увидели, что дверь на другом конце, в которую они так стремились, открылась, и в коридор ринулись воины в красных тюрбанах под крики "Держи воров!". Сзади за ними гнались другие стражники, предвкушавшие казнь за проникновение на закрытую территорию.

Альтибб посмотрел в окна, разглядел синюю натянутую ткань в белую полоску - похоже, уличный стол на крыше дома аристократа. Хлопнув Р'Таша и показав лапой в окно, он прыгнул на стену, оттолкнулся от нее и снес деревянный узор и стекла. Писец сиганул за ним, оставив озадаченных преследователей.

... Ткань порвалась, и Сутай упал ровно на стол, разбив тот вдребезги и превратив все, что на нем стояло - керамический чайничек, тарелки и прочую керамику и глиняные изделия - в груду осколков. Каджит застонал и скатился на пол, уставившись на звезды.

Рядом, мягко скользя по воздуху, приземлился Р'Таш.

- Что... За... Магия?- Еле вымолвил боец.

- Ох, это замечательный амулет замедления падения,- отозвался писец, потирая небольшой сапфировый амулет на медной цепочке. - Я привез его из Морровинда, друг мой.

- Чего в вашем... Мм... Морровинде только нет... Может, привез бы лучше  свиток, с помощью которого мы легко запрыгнули на крышу Дворца? Тогда... Ай... Тогда бы и по твоей Башне лезть не пришлось...

- Нет, дружище. Один босмер, Тархиэль, кажется, плохо кончил, магически экспериментируя с акробатикой,- весело проговорил Р'Таш.

Сутай уставился в небо, и тихо промолвил:

- Так ему и надо...

***

- Ситуация определенно осложнилась,- проговорил писец, отпивая чай из стеклянного стакана с золотым рельефным дном и такой же половиной стакана, на которых был выгравирован орел.

- Определенно,- повторил Альтибб, рассматривая камень-указатель из Королевской Библиотеки.

Они сидели в убежище Р'Таша, периодически прислушиваясь: не крадется ли кто-то по каменной лестнице? Но пока все было тихо, и каджиты ненадолго расслаблялись.

- Как же мы теперь найдем ключи?- Прервал тишину Сутай, поглядев на собеседника.

- В записях Талмора,- Р'Таш ткнул в книгу из библиотеки,- написано, что один ключ уже в руках Ра'Скарра. Найти нужно еще два, и здесь главной нашей надеждой являешься ты, аалитер.

- Но я даже не знаю, что мне дал Указатель, какую силу,- молвил Альтибб.

- Если ты смог использовать его, значит, теперь ты сможешь отыскать ключи. Магия, заключенная в этом камне, воистину могущественна.

- Зачем они здесь?- Спросил Сутай.- Зачем они оставляют свое Наследие нам?

- Это сложный вопрос, аалитер. Ты сталкивался с противниками Братства и держал то, что Пришедшие-До оставили нам. Должно быть, раньше ты думал, что наша задача - противостоять алчным и властительным, защищать бедных и угнетенных. Однако теперь ты понимаешь, что у Братства есть и другие задачи. Изучение Пришедших, их культуры, целей, Наследия и других аспектов - то, на что я потратил большую часть своей жизни, Альтибб. 

Сутай ловил каждое слово: он действительно раньше не понимал, зачем в Братстве такие подпольные ученые, как Р'Таш, а сам писец не разрешал разговаривать о своей работе. Теперь же Р'Таш превратился из обычного представителя их ордена, выдающего задания и пишущего письма Учителю, в мудрого ученого мужа, чьи задачи намного более удивительны, чем может показаться.

- Ты смог расшифровать язык Пришедших самостоятельно - это действительно похвально,- продолжал писец. - Теперь же ты получил часть знаний этих существ: это доказывает то, что ты понял Указателя, хотя он определенно говорил на их языке. Я встречал несколько членов нашего братства, подобных тебе - они тоже контактировали с Наследием и обретали способность использовать артефакты Пришедших-До. Их судьбы были поистине удивительны, поверь мне.

Что до Пришедших...- Р'Таш вновь глотнул чая.- Нам никогда не понять их мотивы. Для меня до сих пор остается вопросом - они меняют ход истории, или делают все, чтобы мы шли по предначертанному пути? Каждый новый ответ рождает множество новых вопросов, этого не избежать.

Писец поднялся и обратился к Альтиббу:

-Иди спать, аалитер. Секунды бесценны, но иногда нужно восстановить силы, чтобы быть готовым для нового дня.

***

С'Жавв открыл глаза и обнаружил себя в лежачем положении у городской стены. Песок уже поглотил его наполовину, засыпав ноги. Болела шея, и стражник немного потер ее лапой. Во второй была откупоренная бутыль скуумы, а чуть дальше, рядом с фонарем, лежал ятаган. С'Жавв посмотрел в бутыль - она была полной.

"Ну, сама Азура велит" - подумал страж и опустошил сосуд, отправившись в путешествие по нитям сознания.

Барханы ухмыльнулись - как такие создания могут соревноваться с ними?

Ветерок же продолжил свое дело, песчинка за песчинкой. 

Секунды шли дальше, не оглядываясь.

Обычная пустыня Эльсвейра.

Изменено пользователем TheNomad
Ссылка на комментарий
Поделиться на другие сайты

Ночи Пустоты

 

Глава 4

 

Высоко в голубом чистом небе кружил орел, оглядывая огромный город в песках, словно кишащий жителями муравейник. Горожане разговаривали друг с другом, обменивались новостями о напряженных отношениях Империи и Альдмерского Доминиона, о хороших и плохих урожаях с плантаций центрального Эльсвейра, обсуждали жестокость Огра-Граз'Гула - одного из генералов Короля-Орка Оркреста, недавно публично казнившего нескольких каджитских торговцев. Однако главной темой, конечно же, осталось проникновение воров в Дворец. 

Сколько рассказчиков потрудились в этой истории! Сначала было известно о двух ворах, потом кто-то решил, что это слишком мало, и эта цифра возросла до семи, и не воров, а настоящих головорезов; информацию об отсутствии оружия и убитых со стороны городской стражи опровергли сразу, вооружив проникших целым арсеналом, от огромных нордских секир - одна из них даже принадлежала воину из Пяти Сотен Исграмора, определенно - до пропитанных ядом метательных звезд, и убив их лапами половину Кровавых Шарфов и Боевого Королевского Слона впридачу; потом обсуждались способы проникновения на запретную Королевскую Территорию: телепортация, маскировка под городских стражей, левитирование с помощью морровиндских магов и тому подобная чушь. Это вытеснило даже споры о том, кому же все-таки принадлежит трон Дюны: нынешнему королю Ра'Скарру, младшему брату предыдущего Короля, или же сыну бывшего Короля Дж'Кафте.

Альтибб сидел, опустив голову в капюшоне и скрестив пальцы, на скамье, стоящей у дома на оживленной улице Дюны, слушая споры болтливых горожан и усмехаясь. Он ждал Р'Таша, пожелавшего осмотреть одну лавку торговца книгами, гобеленами, статуэтками и прочими культурными ценностями, забыв при этом дома монеты, уже битый час - или два? Время текло то медленно, то летело сломя голову, и каджит уже успел потерять ему счет.

Со дня их маленького приключения на запретной территории Короля прошло уже около трех дней, а Сутай так и не смог определить, чем его наградил Указатель той ночью. Как он должен искать ключи от двери под Дворцом, если он до сих пор не обнаружил силу Наследия? Это сильно тревожило Альтибба, он понимал, что сейчас все зависит от него.

Ну а Р'Таш? Почему он не помогает найти способность Сутая, если сам изучает Пришедших-До? Ведь он говорил, что сталкивался с другими, кто использовал Наследие, и это значит, что он понимает, чего можно ждать. Альтибб же не понимал, и его это очень пугало.

По улице проходила большая толпа: каджиты-носильщики, нагружённые изделиями из золота, серебра, слоновьей кости и других редких и ценных материалов, шли под чутким присмотром воинов в широких белоснежных одеждах с двумя обоюдоострыми мечами на поясе и белыми тюрбанами - кажется, коринтская стража; простые граждане глазели на шествие, расступаясь перед ним. Сутай завороженно разглядывал прибывших в Дюну посланцев из Коринта, когда ему на плечо неожиданно кто-то опустил лапу.

- Идем, аалитер,- прозвучал знакомый голос.

***

Снаружи маленькое здание лавки не впечатляло, но внутри вызывало чувство восхищения. Стены укрывали удивительные гобелены и картины, повсюду стояли статуи и статуэтки, все освещалось красивыми бумажными фонариками.

За прилавком стоял каджит, породы ом-рат, с мехом медного цвета. Он был среднего возраста, с выстриженным на голове ирокезом, одетый в шелковую черную одежду, на манер одежд имперцев, и черные лаковые туфли с загнутыми концами. Шарма ему прибавлял красивый эльсвейрский черный шарф в тонкую белую полоску, элегантно обвязанный вокруг его шеи.

Увидев посетителей, торговец взмахнул руками:

- О, Р'Таш! Как я давно не видел тебя,- чуть не пропел он. - Как ты?

- Прекрасно, С'Кирр,- ответил писец, делая несколько шагов к прилавку. - Это мой друг, Альтибб, знакомься,- он показал рукой на Сутая.

- Прелестно!- Хлопнул в ладоши С'Кирр и улыбнулся. - Я рад новым знакомствам, это же так здорово!

Боец улыбнулся в ответ.

Р'Таш подошел к одной статуе, явно имперского стиля: юноша, с лавровым венком на голове, одетый в легкую тунику, сжимал в левой руке гроздь винограда, а в правой - меч, гордо указывая им вверх. Рядом висела "Азура Воплоти" Литандаса - одна из лучших работ чейдинхольского мастера, написанная в начале Четвертой Эры.

Пока писец любовался имперскими культурными достояниями, Альтибб присмотрелся к эльсвейрским гобеленам, вазам и прочим ценностям каджитской культуры. Какое-то шестое чувство, появившееся у него после той ночи в Королевской Библиотеке, приказывало подойти к уникальным работам мастеров-каджитов. Глаза Сутая округлились, он медленно, шаг за шагом, достиг манящих его разум и тело предметов.

С'Кирр, решив прервать затянувшуюся паузу, гордо огласил:

- О, эти замечательные эльсвейрские вещи я выставлял сам, в отличие от остальных, принадлежащих другим культурам.

Альтибб уже не слушал его. В его ушах было странное шипение, края обзора приобрели синее свечение. Он смотрел точно на "Небо рождения Гривы", гобелен Зайка Черима, потом поднял лапу и прикоснулся к нему.

По телу прошла дрожь, как при электрическом ударе, но слабее; перед глазами Сутая пролетели едва различимые силуэты, сопровождаемые потоком цифр; шум достиг апогея, из-за него Альтибб зажмурился и обхватил голову лапами, но видение так и не прекратилось. Он уже не чувствовал своего тела, ему казалось, что он падает в бездну. Секунда - и перед каджитом в мелькающих числах возник неизвестный, объятый тенью и сжимающий в руках тот самый гобелен. Еще секунда - цифры немного рассеялись, и фигура прояснилась: возник хвост, шарф, Сутай разглядел знакомое улыбающееся лицо...

С'Кирр.

- ...Альтибб! Альтибб!- Над лежащим Сутаем склонился Р'Таш, державший беднягу за лапу. Увидев, что аалитер пришел в сознание, писец выдохнул и тут же обеспокоился:- Что произошло? Обморок?

- Я... Снова... - Только и смог проговорить боец. 

- Наверное, ему нужно немного воды,- послышался испуганный голос.

- Да, С'Кирр, принеси пожалуйста,- ответил Р'Таш.

- СТОЙ!- Выкрикнул Альтибб, вырываясь из рук писца и вставая на ноги. Продавец остолбенел, было видно, как его лицо сковал ужас. Тем не менее, он потихоньку передвинул ногу к выходу.

- Не шевелись, или я убью тебя прямо здесь, проклятый ренриджра!- Закричал Сутай, пригвоздив устрашением С'Кирра.

- А-а-ахзисс уореджат, Р'Таш,- еле слышно промолвил ом-рат, к которому приближался боец.

- Нуоко...- Так же тихо ответил писец.

Альтибб наконец подошел к оцепеневшему С'Кирре и взял его за лапу, зажмурившись.

... Числа... Ноль-Один-Ноль-Ноль... Шипение сводит с ума... Ноль-Один-Один-Ноль... Тени проскальзывают по сознанию Сутая, растворяясь раньше, чем он поймет хоть что-то... Ноль-Ноль-Ноль... Бездна поглощает его, он падает, разбивая собой цифровые сети... Тень получает форму, но все еще слабо обозначенную... Один-Ноль-Ноль... Это снова С'Кирр?! Но он не один... Обнимает какую-то женщину-каджита, богато одетую... Белая в черное пятно, кажется сутай-рат... Один-Ноль-Один... 

Альтибб резко открыл глаза. Он лежал на эльсвейрской квадратной кровати, в подушках с узорами. Рядом, на легком бамбуковом стуле, сидел Р'Таш и потягивал какой-то напиток. 

- Что произошло, аалитер?- Спросил писец, внимательно разглядывая лежащего.

- Я получил видения. От...

- От соприкосновения с гобеленом и С'Киррой, верно?

Альтибб кивнул и спросил:

- Что вызвало эти видения? Они были похожи на встречу с Указателем... Цифры, тени... И вдруг образы...- Сутай озадаченно поглядел на Р'Таша.

Писец улыбнулся:

- Похоже, что ты нашел свой дар, аалитер.- Поймав еще более озадаченный взгляд, он продолжил:- Смотри. Предметы Пришедших-До, похоже, имеют определенную ауру, или что-то в этом роде. Такие артефакты, как Указатели, служат для поиска предметов по ауре, которую они имеют. Самое интересное, что эта аура остается на тех, кто соприкасался с предметами, оставляя "след". Вот этот "след" ты и чувствуешь, аалитер. Однако это еще не все. Прикасаясь к носителю "следа", ты видишь того, кто оставил его. В итоге, по цепочке носителей ты выйдешь к источнику - ключам, которые мы ищем.

- Это... Поразительно...- Альтибб принял сидячее положение, облокотившись на стену и подкладывая подушки под спину.

В комнату зашел С'Кирр, удерживающий в лапах железный поднос с парой глубоких тарелок.

- Тебе уже лучше?- Сочуственно спросил он у Сутая, подойдя ближе и поставив все на маленький столик из слоновьей кости.

- Да, лучше...- Смущенно ответил боец и продолжил:- Извини меня, С'Кирр, я не хотел сделать тебе больно...

- Ты и не сделал,- усмехнулся продавец в ответ. - Тебе пришлось, похоже, хуже, чем мне. Такая странная болезнь, надеюсь, ты выздоровеешь.

Альтибб недоуменно поглядел на свою недавнюю жертву.

- Какая еще...

- Да, да, С'Кирр, спасибо тебе,- перебил Сутая писец и многозначительно посмотрел на сидящего в подушках каджита.

- Ах, да, спасибо,- спохватился боец. - Кстати, скажи мне, а у кого ты приобрел гобелен "Небо рожденья Гривы"?

- Я купил его у достопочтенной вдовы Зайка Черима, Шатиры, кажется. У него было две жены, вторую он встретил незадолго до своей смерти, когда ушла из жизни его первая жена... Как же ее звали...

- Неважно,- прервал размышления Альтибб. - Где мы можем найти ее?

- Вдова Черим живет в особняке Черима, в Высоком Квартале. 

Р'Таш и Сутай переглянулись. Они поняли, где их следующая остановка.

- Спасибо, С'Кирр,- Альтибб встал, за ним встал Р'Таш. 

- Нам пора,- проговорил писец, ставя на столик стакан с чаем. - Спасибо за прием.

- Но почему так быстро?- Удивленно спросил торговец у уходящих.

- Ваба Маасзи Лхаджито,- крикнул в ответ Р'Таш.

Хлопнула входная дверь лавки.

***

Огромный зал особняка восхищал всех богачей Эльсвейра: на выложенных красной узорчатой плиткой полах лежали удивительные черно-белые ковры, поражавшие гостей своей мягкостью. На стенах висели гобелены Зайка, его любимые: среди них было даже знаменитое "Сердце Анеквины". Между гобеленами стояли книжные шкафы с красивыми столиками и креслами - одно из любимых мест отдыха сиродиильских гостей. Шатира тоже полюбила чтение книг, уделяя этому занятию по два-три часа в день. И сейчас, после обеденной трапезы, включавшей в себя абессинских крабов под соусом, она вновь за книгой. Сегодня она дочитывает "Тайну Талары".

Тяжелые шаги оторвали ее от любимого занятия: по мраморной лестнице поднимался Джа'Реб, капитан стражи особняка.

- Да, Джа'Реб? Что такое?- Осведомилась она у закованного в тяжелую оркскую броню катай-рата.

Каджит остановился:

- К вам посетители, госпожа,- прогремел капитан.

- Но ведь сейчас не приемные часы,- промолвила Шатира, поправляя очки.

- Они сказали, что это очень важно.

Каджитка захлопнула книгу и отложила ее на столик:

- Пусть войдут, если ОЧЕНЬ важно.

Джа'Реб кивнул и пошагал вниз по ступеням. Шатира же встала, поправила свое шелковое платье зеленого цвета и посмотрела в настенное зеркало. Неотразима, как всегда.

Два каджита в одинаковых робах бодро поднялись по ступеням. Добравшись до второго этажа, они поклонились.

- Я Альтибб, госпожа Черим,- представился молодой сутай и снял капюшон, открывший половину лица прибывшего.

- А я - Р'Таш, к вашим услугам, госпожа,- разгибаясь, проговорил старший каджит. Капюшон он не носил, и Шатира смогла оценить его внешний вид, который показался ей привлекательным. 

- Прекрасно. Я - Шатира Черим, вдова Зайка Черима. Чем я могу помочь двум монахам в своей обители?

Р'Таш вышел вперед:

- Мы не монахи, госпожа, хоть и носим одинаковые одеяния. Мы хотим лишь поговорить с вами, если такое возможно, конечно.

Шатира удивилась, не подав виду. Уже давно никто не приходил к ней просто за беседой, гости либо просили продать какой-нибудь гобелен, либо помочь с деньгами, либо предлагали себя на роль нового мужа. А теперь целых два каджита (один из которых очень понравился ей) вежливо просят аудиенции. 

- Нет,- отрезала она. - Что вы задумали?

- Ничего, о милейшая госпожа Черим. Мы действительно просим лишь разговора.

- О, прекрасно, тогда покиньте мой особняк. Какие вежливые воры пошли!

Она скрестила руки на груди, а Альтибб шепнул писцу:

- Я же говорил, что это не сработает! Что теперь делать, а?

- Не паникуй, аалитер,- шепотом ответил Р'Таш и обратился к вдове:- Хорошо, госпожа, мы уйдем, но можно я хотя бы поцелую вашу руку в память о нашей встрече?

Шатира не имела ничего против, она даже была за, поэтому протянула свою правую руку каджиту. Тот, улыбнувшись, подошел и приложился к ней. Госпожа почувствовала легкий укол, от которого по всему телу распространился странный холод. Каджит показал морду и оскалился - между зубов торчал тонкий дротик.

Шатира не смогла даже пискнуть - паралич овладел ей за считанные мгновения. Мысли путались, ей стало страшно. А что, если эти двое из Темного Братства? Она хотела зарыдать, но яд был особо сильным и блокировал даже это ее желание.

Альтибб подошел к Черим, посмотрел на Р'Таша.

- Готов?- Спросил тот.

- Да,- ответил Сутай и прикоснулся к вдове.

... Шипение... Тени заволокли обзор, но каджит не падал в никуда, он стоял на ногах, неуверенно, но стоял. Потоки нолей и единиц переплетались, образы мелькали. Что-то замерло - это была Шатира, точно. Но где второй носитель "следа"? В руке каджитки образовался предмет... Это была книга! Небольшая книга в медного цвета обложке с рукописными буквами, какой-то дневник... "Вар Вар Вар"...

- Ты стал сильнее, аалитер,- сказал писец Альтиббу.- Ты больше не падаешь в обмороки при видении.

- Сочту это за комплимент. Нам нужна какая-то книга, Р'Таш, скорее всего - дневник. Есть идеи?

Писец пожал плечами.

- Тогда я,- Сутай подошел к парализованной Шатире:- Слушай меня. Отвечать будешь глазами, два взгляда вверх - "да", два вниз- "нет". Ясно?

Два взгляда вверх.

- Отлично. Если будешь мне лгать,- каджит достал маленький стальной метательный нож,- это окажется у тебя в шее. Я не шучу. Ясно?

Снова два взгляда.

- У вас в особняке есть книга в медной обложке с рукописными буквами?

"Да".

- Она в книжном шкафу?

"Нет".

- Черт. Она на втором этаже?

Шатира помедлила, затем ответила "нет".

- На первом?

"Да".

Альтибб приставил нож к горлу вдове:

-А так?

"Нет".

- Джекосиит, не усложняй! - Прошипел боец, опустив оружие. - Она в одной из комнат?

Два взгляда вверх.

Сутай глянул за спину каджитки. На другом конце комнаты виднелись три двери.

- Так... В первой?

"Нет".

- Во второй?

"Нет".

Альтибб поднял клинок и грозно посмотрел на Черим.

"Как он все узнает?"- подумала Шатира и дважды взглянула вверх.

- Замечательно. Я воспользуюсь, вы не против?- Сутай взял ключи с пояса вдовы. - Посмотри за ней, Р'Таш, хватит разглядывать гобелены!

Писец, увлекшийся работами Зайка, чуть не подпрыгнул от столь неожиданного обращения. Он подошел к Шатире и тихо сказал:

- Простите нас, госпожа. Наше дело необыкновенно важное, и, чтобы сохранить много жизней, мне пришлось взять вас в плен собственного тела...

- Есть,- шепнул Альтибб, подобрав нужный ключ и открыв дверь. В небольшой комнате стоял письменный стол, заваленный свитками и нераскрытыми письмами. Корзина для бумаг была завалена скомканными листами, вдоль одной из стен стояли полки с книгами. Взяв золотую лампу со стола в зале, Сутай осветил корешки: ни одной медной. Еле слышно выругавшись, он подошел к столу и начал открывать дверцы. Из полок посыпались бумаги, но на книгу не было даже намека. 

- Проклятье!- Шепнул он в сердцах. Ну куда можно прятать книгу?

Неожиданно взгляд каджита упал на узор на стене перед письменным столом. Он казался каким-то неверным, неправильным... Поставив палец на одну из линий, он начал вести по ней, пока не нашел не сходящийся с общим рисунком кусок. Поддев за края, Альтибб повернул его, приведя в нужное положение.

За спиной Сутая раздался щелчок и звук сдвигающейся плиты. 

- Вот оно,- улыбнулся боец.

Обернувшись, он увидел открывшийся тайник, подсвеченный айлейдским камнем Варла. В нем лежала книга, завернутая в серую ткань.

- Я нашел, Р'Таш!- Весело сказал Альтибб, выходя из комнаты. Р'Таш улыбнулся в ответ и выразительно округлил глаза, посмотрев мимо каджита.

Этот сигнал означал "сзади".

Боец прыгнул вправо, уклонившись от захвата затаившегося охранника-каджита. Страж вытащил меч и крикнул " Воры!". Внизу послышался топот пяти-семи охранников, и это совсем не радовало Сутая. Совсем не радовало.

Р'Таш, воспользовавшись секундной заминкой, ударил стража, держащего его, затылком в морду. Тот отпустил писца, выплевывая кровь, после чего получил удар рукоятью меча по голове и упал на плитку. Кричащий охранник же пропустил удар ногой в живот, согнулся и получил еще один, но уже в голову. Шатира, до сих пор парализованная, даже восхитилась ловкостью пришедших к ней каджитов.

На лестнице показался один из охранников, и Альтибб запустил в него книгой с полки, попав в висок и отключив. Он упал на лестницу, и пара стражей, споткнувшись о сотоварища, кубарем скатились вниз. 

Р'Таш открыл одну из дверей отмычкой, попав в спальню Шатиры. Каджитка даже затряслась от возмущения.

В стене виднелся выход на балкон, и Р'Таш крикнул "Бежим!" Альтибб,  кинув еще пару книг под ноги преследователям и уронив шкаф, в пару прыжков преодолел расстояние до балкона. Перебравшись через ограду, он уперся и прыгнул на соседнее здание, попав ровно в открытое окно. Наложницы, в комнату к которым он попал, завизжали и бросились наутек, а Сутай, выпрыгнув в другое окно, зацепился за натянутую веревку, на которой сушилось белье, и спустился по ней на землю, прыгнув в пространство между домами и напоровшись на кого-то.

- Не устал, аалитер?- Насмешливо побеспокоился Р'Таш, протягивая руку.

- А я надеялся, что тебя поймали,- съязвил Альтибб и посмотрел на лапы - книга была у него. - Нужно бежать отсюда, прийдется прыгать.

На улице послышались крики, и Сутай тут же взобрался вверх по стене. Перед ним открылся весь бедный квартал Дюны: от такого зрелища захватывало дух, и каджит насладился этим. Приметив ближайшую крышу, он перевел дыхание и нырнул, разрезая собой воздух.

***

Единица-Ноль-Ноль... Сеть из чисел, образы, тьма... Уже привычно. Ноль-Один-Один-Один... Над книгой склонился силуэт... Зайк Черим, конечно. Один-Один-Один...

- Это Черим, черт возьми. Зайк Черим,- Альтибб пал на стул и положил книгу на стол.

- Прекрасно,- сказал Р'Таш и налил себе чая в стакан. - Будешь чай?

- Какой еще чай, Р'Таш?!- Крикнул Сутай. - Ты что, не понимаешь? Черим мертв! Мертв!

- И что? Это плохо?

Альтибб потерялся.

- Конечно плохо, конечно. Как мы узнаем, у кого ключ?

Писец сел на свое привычное место и улыбнулся.

- Альтибб, если Пришедшие-До смогли предоставить тебе подобный дар, неужто они не предусмотрели подобное развитие событий?

Сутай приоткрыл рот, посмотрел на Р'Таша и сомкнул челюсть.

- Именно так,- писец немного отпил.- Нам нужно будет найти его могилу и прикоснуться к его останкам. Все просто.

Альтибб взял в руки книгу и открыл ее. 

- Смотри, он пишет, что имеет что-то, что принадлежит могущественным существам. Может быть, он имел ключ от Двери? 

- Возможно, аалитер.

- Но Шатира... Ведь она тоже читала ее? Что, если она свяжется с Талмором?

Р'Таш улыбнулся:

- Посмотри на буквы, аалитер. Неужели ты не видишь?

Сутай внимательно посмотрел на рукопись и обомлел.

Это был язык Пришедших-До.

Ссылка на комментарий
Поделиться на другие сайты

Ночи Пустоты

 

 

Глава 5

 

 

Свисающий с балкона флаг королевской династии, красная ткань с золотым львом, едва колыхался. Отсюда был виден весь город, и даже отсюда он чувствовал, насколько глубоко погряз в отбросах каждый житель Дюны. Сахароманы, воры, убийцы, бедняки - вот все достояние каджитской культуры, традиций, воспитания. Все эти низы общества, вылезающие из бедных кварталов, тянули на дно "Жемчужину Анеквины", как и его самого.

Дать пламени стереть с лица Тамриэля этот рассадник тьмы, а затем отстроить его заново? Когда-то так спасли Сенчал, и теперь он один из лучших городов Эльсвейра. Но это слишком затратно и чересчур просто, а ему не нравились легкие пути.

Покорность граждан - вот что требовалось ему для превращения города в истинно великую Западную Столицу Не'Квин-Аля. Покорность же достигается только уважением и страхом. Поэтому он был жесток. Очень жесток.

- Мы привели ее, владыка.

Сутай-рат, в расшитом золотом красном шелковом халате, оторвался от своих мыслей и бросил взгляд на слугу. Его глаза сверкнули:

- Веди.

- Да, мой Король,- поклонился слуга и выбежал из комнаты.

Сутай-рат же, медленно пройдя к золотому трону по выложенной мозайкой дорожке, сел и потер подбородок. К трону подошел высокий каджит, стоящий до этого у двери. Этот катай-рат с коричневой шерстью и желтыми пятнышками был одет в широкие парчовые штаны кроваво-красного цвета с мифриловыми наколенниками, покрытыми засохшей кровью. На торсе ничего не было, кроме ужасных шрамов, вокруг шеи была мифриловая подвеска с рубином, а половину морды скрывала тканевая бордовая маска. За спиной, на подвеске, крепились две сабли, а в руках он сжимал огромное копье. Ла'Шхул, хранитель Ра'Скарра.

В зал к Королю вошли трое, одетые в сине-зеленые мантии с капюшонами. Это были высокие эльфы, их выдавал рост, желтый цвет лица и походка, присущая только высокомерным альтмерам. Остановившись перед троном, один из них снял капюшон и поклонился:

- Долгих лет жизни, владыка Ра'Скарр.

- И тебе, Арбаддон. Что, уже услышал весточку о пойманной птичке?

Эльф лишь выпрямился и улыбнулся.

Ра'Скарру не нравился этот альтмер, и даже не из-за расовой принадлежности. Арбаддон, лысый высокий эльф в годах, имел множество странных атрибутов темных сил. На серьге в его левом ухе был изображен череп с открытой пастью, от шеи начиналась жуткая череда мистических татуировок, кольца на средних пальцах были изображены в виде змей. От него за версту несло черной магией, особенно некромантией, а в суеверном Эльсвейре, практически растерявшем все знания после распада Гильдии Магов, подобное совсем не приветствовалось.

В коридоре послышались шаги, и вскоре в зале появились двое стражников, волочащих каджитку в зеленом изорванном платье. Альтмеры отошли в сторону, и солдаты бросили на их место пленницу.

- Госпожа Шатира Черим, прекрасно,- постепенно произнес Король, сузив глаза и рассматривая женщину. Та стояла на коленях, без вольно опустив руки, а один из стражей держал ее за волосы, лицом к Ра'Скарру. - Я рад, что вы посетили мой Дворец, прелестная госпожа.

Шатира молчала, еле дыша; Король сделал знак рукой, и пленницу ударил ногой в бок один стражник. Лицо вдовы застыло в стоне, по щекам потекли слезы, а владыка продолжил:

- Так вот, госпожа Черим. Буквально вчера к вам проникли двое, с целью, известной только вам. Что они искали?

Шатира посмотрела на тирана:

- Ты... Сдохне...

Не успев договорить, вдова получила еще один удар, но теперь в шею. Арбаддон сбросил мантию, оставшись в одних черных штанах и оголив свое татуированное тело, сделал несколько шагов к госпоже и обхватил руками ее голову.

- Отпусти ее, колдун!- Крикнул Ра'Скарр, привстав с трона.

- У нас нет времени на твои развлечения, старик!- Ответил альтмер. - Талмору и Храму нужен результат, а не твое бездействие!

Договорив, он склонился над плачущей Шатирой и начал смотреть прямо в глаза пленнице, произнося шепотом какие-то слова. Та начала истошно кричать, биться в конвульсиях и рыдать пуще прежнего, но колдун не останавливался. Татуировки начали сиять белым светом изнутри, ослепляя всех стоящих, глаза Арбаддона также засветились. Некоторые уже зажмурились, не выдержав сияния, а те, кто продолжал смотреть, разглядели, как некромант открыл рот и начал словно высасывать что-то из своей жертвы. Закончив, он выпрямился и сделал глубокий вдох. Бедная Шатира повалилась на пол, и один из солдат потрогал ее пульс.

- Жива,- сказал воин, увидев пытливый взгляд Короля.

Альтмер поднял и одел брошенную мантию, повернувшись к Королю спиной; Ра'Скарр в ярости закричал:

- Да как ты смеешь, проклятый некромант?! Твои внутренности изукрасят стены моего города, если впредь ты не будешь слушать меня!

Арбаддон остановился, после чего резко обернулся и взмахнул рукой. Вспышка зеленого света - и стражников буквально вынесло из комнаты, а некромант сделал несколько шагов к трону. Ла'Шхул, зарычав, бросился на него, но тот легко поднял хранителя Короля в воздух одной рукой, окружив зелеными эфемерными путами, напоминающими змей, и сомкнул пальцы на горле Ра'Скарра другой.

- А теперь слушай меня, старик,- спокойно проговорил колдун. - Я здесь главный, прыщ. Ты - жалкий палец нашего Общества, разве ты не понимаешь этого? С твоей помощью я выполню задачу более важную, чем жизнь любого из подобных тебе, Ра'Скарр. Вы - короли только для этих бедных умов, не для Храма, ясно? Так что,- глаза альтмера налились кровью,- не смей мне указывать.

Задыхающийся Король сделал что-то похожее на кивок, и некромант опустил руки. Змеи растворились в воздухе, Ла'Шхул рухнул на пол и тут же поднялся и побежал на альтмера, но Ра'Скарр остановил его. Арбаддон рассмеялся и исчез в вспышке света, вместе с остальными альтмерами. Тиран в сердцах плюнул на пол:

- Проклятый талморский пес... Принеси мне вина,- приказал он слуге, но тот стоял с широко открытыми глазами.

Король мгновенно рассвирепел, вскочил с трона, вытащил маленький золотой нож и всадил в беднягу по самую рукоять. Слуга упал, а Ра'Скарр вытащил оружие из его тела:

- Я - твой Король, мразь!- кричал он, избивая ногами свою жертву. - Слышишь? Я - твой Король!

Когда его жертва распласталась по полу, он повернулся к остальным слугам и тихо сказал:

- Вина.

Слуги мигом вылетели из комнаты, спотыкаясь и падая, а Ра'Скарр улыбнулся и сел на трон.

Именно так. Жестокость рождает страх, страх рождает покорность.

Все просто.

***

- Ты слышал о каджите-кочевнике?- Задал вопрос Альтибб, проходя по узким улочкам Дюны, избегая посторонних глаз. - Говорят, он недавно пришел в город и пишет рассказы, показывая их всем желающим.

- Нет, не слышал. - Ответил Р'Таш. Они обходили лежащих на пути каджитов-бедняков и скуумозависимых наркоманов, стараясь не наступить ни на одного из них. - И как он, хорошо пишет?

- Не знаю, я не читал.

- А те, кто читают? Что они говорят?

Пара резко остановилась: прямо перед ними вывернуло каджита, который со смешным звуком плюхнулся в собственное произведение искусства.

- А вот ничего они не говорят,- продолжил Сутай, когда они прошли "опасный" участок. - Одна каджитка, вроде большая шишка в городе, иногда высказывается о его творчестве, но она вообще очень доброжелательна ко всем.

- Альтибб, если его читают - значит, им интересуются,- писец посмотрел за угол - все чисто.

Был уже поздний вечер, и двое самых разыскиваемых преступников Дюны чувствовали себя в относительной безопасности. Ни один свидетель не смог дать четких указаний страже, и та продолжала искать кольцо в пустыне. Р'Таш же знал Дюну, как свой хвост, хоть и был, как казалось Альтиббу, затворником, и прокладывал всегда самые безопасные пути по ней, умело обходя стражу, широкие улицы и людные места.

- Так что,- Альтибб вновь обратился к своему проводнику, - Черим был захоронен в усыпальнице, верно? И туда мы сейчас направляемся?

- Да. Заметил?- Нагибаясь под просевшей из-за белья веревкой, проговорил писец. - Зайк Черим, изготовитель гобеленов про каджитские традиции, ценности и особенности жизни, строит себе усыпальницу и желает быть похороненным в ней.

- И что?- Заинтересовался Сутай.

- И то! Традиционно всех каджитов, не принадлежащих к королевской династии, бальзамируют и оставляют в пустыне, а ярый приверженец традиций Черим неожиданно отрекается от этого исконного и уважаемого обычая.

- То есть он знал, что за ним прийдут?

Р'Таш обернулся и с улыбкой посмотрел на Альтибба:

- Он не мог знать о нас и твоем даре, ведь он умер. Значит, ему хотелось что-то сохранить, аалитер.

- Ключ!- Тут же догадался Сутай. - У него был ключ от Хранилища Наследия!

- Именно, аалитер. За несколько лет до своей смерти он перестал плести, занявшись изучением каким-то непостижимым образом попавшего к нему ключа. Он долго путешествовал, и никто даже не знает, где побывал. Собирал древние книги, искал различные предметы Пришедших-До. У Зайка это настолько хорошо получалось, что он частично выучил язык Пришедших, ведя записи на нем и та-агра в той самой кни...

Р'Таш резко остановился, подняв согнутую руку с одним торчащим когтем - знак "остановись". Альтибб замер и начал внимательно осматриваться.

- Впереди стражники, свернем сюда,- шепнул писец и шагнул в проход справа, уводя за собой бойца.

- Так вот,- продолжил ведущий,- Зайку, бедняге, не хватило немного времени - он скончался. Чтобы не передавать свою тайну в чужие лапы, он решил унести ее с собой.

Улочка вывела к тупику.

- Теперь придется лезть. Не отставай!- Ухмыльнулся Р'Таш и запрыгнул на стену, ухватившись за выступ оконной рамы.

- Не волнуйся за меня,- бросил Альтибб, прыгнул на стену, оттолкнулся от нее и зацепился за крюк для белья на противоположной стене.

Через пару минут оба каджита уже были на крыше: Р'Таш разглядывал крыши и искал быструю дорогу, а Сутай посматривал на городские стены, с которых их могут увидеть.

- За мной,- шепнул писец, и оба исчезли в прыжке.

***

Усыпальница снаружи абсолютно ничем себя не выдавала, имея тот же стиль, что и остальные дома бедного квартала Дюны. Небольшое одноэтажное здание на окраине, покрытое желтой глиной, не привлекало к себе никакого внимания. Это очень нравилось Чериму, так сильно обеспокоенному вопросами безопасности. Дверь была каменной, с врезанным имперским замком, но обитая старыми деревяшками так хорошо, что была абсолютно неотличима от легких деревянных дверей. Лишь одно могло смутить - оно было без окон.

В эту ночь у двери усыпальницы Черима, выплевывая каджитские ругательства, стояли двое: один, сжимая отмычку, осторожно поддевал и фиксировал механизмы внутри замка, а второй смотрел, нет ли лишних глаз.

Наконец-то замок поддался, и взломщик промолвил:

- Готово, Альтибб. Заходим.

- Отлично, Р'Таш, а то я думал, что мы здесь третьей луны на небе ждем.

Внутри все было совсем по-другому: грубые камни, без глиняного покрытия, являлись стенами, у входа стояли два потухших факела, а единственным путем была лестница, ведущая в неизвестность.

Закрыв дверь, каджиты потихоньку спустились, рассматривая все своим ночным зрением. Им открылся большой зал с такими же каменными стенами и полами. В центре стоял пьедестал, на котором расположили красивый деревянный гроб. На стенах было несколько потухших факелов, у гроба стояли еще четыре.

- Вот оно,- тихо сказал писец и подошел к гробу.

Взявшись с двух сторон, Р'Таш и Альтибб сняли тяжелую крышку, отложив ее в сторону, и ахнули.

- Все-таки дань традициям он отдал,- констатировал Сутай, разглядывая заполненный доверху песком гроб.

...Спустя полчаса половина песка устилала пол, а двое каджитов продолжали ковыряться в гробу. Они "оголили" череп Черима и часть обветшалых одежд, в которые он был похоронен, но ключа так и не нашли.

- Почему меня не посетило видение при прикосновении к останкам Зайка?- Прервал тишину боец, посмотрев на рядом стоящего собрата.

- Видимо, он является как бы обладателем ключа, поэтому видение не требуется.

- Знаешь, я чувствую себя некромантом, Р'Таш,- пропыхтел Альтибб, проверяя песок около туловища покойника.

- Ты просто никогда не видел настоящих некромантов, аалитер,- ответил ему писец, копающийся в районе ног. - Нашел хоть что-то?

- Не-а. Пусто, как в кувшине с пивом в нордской таверне,- подвел итог Сутай и отряхнул руки.

- У меня то... То... Тож-ж-е, Апчхи!- Оглушительно чихнул Р'Таш и потер лапой нос.

Альтибб тут же вытащил кольцо-печатку, с которой сдул песок своим чихом писец.

- Смотри-ка, кольцо!- Обрадовался боец и показал Р'Ташу. Повертев в лапе, каджит натянул его на указательный палец.

Неожиданно все в глазах Сутая потемнело, словно усыпальницу заволокло дымом от пожара. Не было видно абсолютно ничего, кроме горящей ярко-красным цветом точки на стене.

Альтибб попытался стянуть кольцо, но то словно уменьшилось в размере и не поддавалось.

- Р'Та-а-аш...- Неуверенно протянул боец.

- Да? Что такое?- Послышался ответ откуда-то слева. Сутай мотнул головой, но так ничего и не увидел.

- Похоже, оно зачарованное,- испуганным голосом подвел итог боец.

- В смысле? Что с тобой?

- Я... Я ничего не вижу, Р'Таш,- обреченно сказал Альтибб. - Кроме...- Лицо каджита исказилось в догадке.- Я вижу горящую точку на стене, слышишь? Возьми меня за руку и веди так, как я буду тебе говорить, хорошо?

- Да, конечно,- Сутай почувствовал, как его взяли за правую руку.

- Так... Идем прямо, шага четыре.

Пара медленно преодолела расстояние и остановилась. Альтибб видел горящую точку слева, и скомандовал:

- Теперь чуть левее, два шага.

Каджиты вновь начали движение, но Сутай заметил, что они отдалились от точки.

- Куда ты идешь?! Я же сказал - левее!

- Я так и сделал,- оправдался писец, причем его голос прозвучал четко в левое ухо.

- Как ты это сделал?- Удивился Альтибб и посмотрел налево. - Ты ведь держишь мою правую руку!

- Куда ты смотришь? Я здесь! Справа!

Сутай замер, обдумывал происходящее.

- Так вот оно что!- Рассмеялся писец. - Это кольцо дезориентирования! Лево для тебя - право, и наоборот. Гениальная вещь!

- И что теперь?- Взволнованно спросил Альтибб, смотря на красную точку.

- Где точка?

- Ну... Слева...

- Значит, мы идем вправо!- Решил Р'Таш и сделал несколько шагов вместе со "слепым". Сутай увидел, что точка становится больше.

- Точно! Иди туда же!

Они подошли к стене, боец нащупал метку и приложил кольцо. С пальца спало давление, и Альтибб вытащил его. Кольцо же словно прилипло к стене, и к нему подошел Р'Таш. Недолго думая, он потянул за него, и кусок стены открылся, словно дверца шкафа.

- Ну наконец-то,- произнес он, улыбнувшись.

Внутри стояла небольшая деревянная шкатулка с опущенной крышкой. Каджиты смотрели на нее, не отрывая глаз, не решаясь открыть.

Р'Таш положил руку на плечо Сутая:

- Это твой плод, аалитер. Возьми ключ.

У Альтибба блестели глаза, он дрожащими руками прикоснулся к шкатулке и открыл ее.

Внутри лежала свернутая бумажка. Без ключа.

Сутай медленно взял ее и раскрыл, после чего протянул Р'Ташу:

- Я... Мне...- К горлу подступал ком, слова путались. - Я не понимаю ничего, прочти...

Писец прокашлялся и начал читать:

- "Приветствую, искатель. Ты, скорее всего, прошел долгий путь сюда, и ожидаешь найти здесь одну вещицу. Так вот - я ее уже нашел.

Я случайно столкнулся с Зайком Черимом на своей родине. Мы вместе исследовали родовые гробницы, сдружились. И однажды я прочел его дневник. Похоже, что артефакт, которым он завладел, довольно-таки ценный, верно? Узнав о том, что он умер и построил себе усыпальницу, я сразу понял, где нужно искать. Все твои усилия зря, мне жаль. Всего хорошего, твой друг В. Р."

Закончив, Р'Таш взглянул на Альтибба. Тот сидел, обхватив голову лапами и смотрел перед собой.

- Что теперь делать, а?- Обреченно спросил Сутай. - У нас нет ни единой зацепки. Кто-то обставил нас.

Писец промолчал. Он не знал ответа, все догадки вылетели из головы. Кто бы мог это быть? С кем подружился во время путешествия Черим? Как отыскать его? Вопросы повергали в уныние.

Боец поднялся и захлопнул дверцу тайника. Кольцо тут же отпало, ударилось несколько раз о пол и остановилось.

- Надо уходить, Р'Таш,- тихо проговорил Альтибб. - Похоже, что дар оказался бесполезным теперь...

- Дар... Дар!- Осенило писца. - Еще не все потеряно, аалитер! Давай подумаем: если ты можешь найти кого-то, кто оставил "след" ключа, неужто ты не сможешь найти того, кто оставил СВОЙ "след"?

- Ты цепляешься за соломинку,- ответил ему Сутай.

- Но ты же ничего не теряешь! Хотя бы попробуй, даэдрот тебя сожри!

Альтибб развернулся к Р'Ташу и взял из его рук записку.

"Покажи мне, покажи мне, покажи..." - думал он.

Писец внимательно следил за аалитером, ловя каждое движение мускула.

В ушах Сутая постепенно появлялось то же шипение, что он слышал перед видениями. "Покажи мне, покажи!" - наливался гневом каджит. - "Давай!"

... Ноль-Один-Один... Цифры выстраивались в ряды, ряды связывались в сеть... Бесформенные образы туманом обволакивали его разум... Ноль-Ноль-Ноль... Ш-ш-ш... Субстанция принимала форму... Это был данмер, проклятый темный эльф! Один-Ноль... Он писал записку, рыжий данмер с усами и бородкой, волосы были уложены в хвостик... На лице, чуть ниже правого глаза - черная татуировка в виде метательной шестиконечной звезды, ага... Ноль-Ноль-Один...

...Р'Таш с надеждой смотрел на Альтибба, когда тот открыл глаза. Сутай смял записку в лапе:

- Это был данмер. Рыжий данмер с бородкой и усами, под глазом - татуировка. Черная шестиконечная звезда.

Писец улыбнулся:

- Это уже что-то.

***

Король стоял но балконе, рассматривая ночную Дюну. Луны нависли над городом, освещая его; в некоторых местах были маленькие светящиеся точки - стражники с факелами или лампами; Высокий Квартал был освещен фонариками, расставленными вдоль улиц. Не было видно черни, но это не значит, что ее не было.

Ра'Скарр вытащил из кармана своего одеяния небольшую треугольную пластину с кругами и линиями, излучающую еле заметное свечение. Он сжал его в руке и, приложив ко рту, поцеловал. Эта маленькая вещь изменит жизнь всех жителей города, откроет обладателю безграничные возможности. Именно с ее помощью Дюна, а затем и весь Эльсвейр, вступит в новый век - в век просвещения! Не будет преступников, бедняков и прочих, все будут законопослушны и равны. Он, Король Ра'Скарр, построит идеальное общество, и будет мудро управлять им, как и завещали Высшие мира сего...

Каджит улыбнулся, бросил взгляд на город и пошаркал в свои покои. Днем ему нужно быть сильным и бодрым, а в его возрасте и при его режиме это дается очень тяжело.

Зачем ему быть сильным? Сила позволяет быть жестоким. Слабый не может быть жестоким, и поэтому слабый умирает. А живет сильный, живет за счет слабых.

Простая пищевая цепь.

Изменено пользователем TheNomad
Ссылка на комментарий
Поделиться на другие сайты

Ночи Пустоты

 

 

Глава 6

 

 

- Похоже, пусто,- Р'Таш потер покрасневшие глаза и захлопнул книгу. - Зайк не записал ни одного имени в своем дневнике, как и любые другие сведения о своих путешествиях.

- Да,- протянул Альтибб.- Он позаботился о сохранности своей тайны, проклятый хитрец.

На огне алтаря закипала вода, и писец, поднявшись со своего кресла, взялся за длинную деревянную ручку светло-коричневой металлической кастрюльки, дно которой было немного почерневшим.

- Передержал немного,- прокомментировал он, наливая воду в белый маленький чайничек.

- Что теперь?- Спросил Сутай, почесывая шею и задумчиво глядя в потолок. - Как мы найдем этого данмерского ублюдка, если мы даже имени его не знаем?

- Зато мы имеем хороший отличительный знак, аалитер,- Р'Таш опустился на свое привычное место, сжимая чашку с чаем. - Найти темного эльфа с татуировкой на лице гораздо легче, чем найти просто темного эльфа.

- Но ведь он может быть уже далеко, даже в Морровинде...

Писец округлил глаза и посмотрел на собеседника:

- Ты что, думаешь, что этот данмер отправился через пол-Тамриэля за непонятным артефактом каджита-старика, чтобы продать его и вернуться на разграбленную аргонианами и загрязненную Красным Годом родину? Не смеши меня, аалитер,- Р'Таш отпил чай из стакана и продолжил:- Я почти уверен, что он остался здесь, в Эльсвейре. В Валенвуде его вряд ли ждет теплый прием от босмеров и Талмора, в Чернотопье - тем более. Может быть, он отправился на север, в Сиродиил или даже Скайрим, но я что-то сомневаюсь, учитывая нынешнее состояние Империи.

- Даже если так,- начал Альтибб, скептически глядя на своего собеседника.- Даже если этот данмер здесь, то как мы его найдем? Перекопаем весь Эльсвейр вдоль и поперек, а?

- Ох, аалитер, ты слишком редко общаешься с окружающими, а потому представить не можешь, как много можно узнать от них,- сочувственно улыбнулся Сутаю писец. - Слухи и сведенья распространяются, передаются из уст в уста простыми жителями, поверь мне.

- Меня не учили этому,- заворчал боец. - Я посвятил свою жизнь рукопашному бою и службе Братству, а не болтовне с прохожими. Все, что мне нужно было знать о своих заданиях, я получал из уст Наставника. Мне этого было достаточно.

- Откровенно говоря, ты был просто инструментом, аалитер,- подытожил Р'Таш, отставляя пустую чашку с гущей на дне. - Тем не менее, что-то ты уже понимал, в отличие от остальных фанатиков, которыми пользуется Братство. Сила нужна для свершения, знание - для выбора того, что следует совершить, а что нет. Учись красноречию - это откроет тебе множество дверей. Когда мы выспимся, я покажу тебе.

Альтибб скривил морду и потянулся, ясно показывая, что этот диалог ему не интересен, после чего улегся на стол и сладко зевнул. Писец пожал плечами, лег на кровать и пробормотал, поворачиваясь на бок:

- Как знаешь, аалитер, как знаешь...

***

В пустыне дул легкий ветер, иногда преподносящий порцию песка прямо в лицо зазевавшимся, заставляя их чихать, кашлять и промывать глаза. Альтмеры, не привыкшие к подобному, ругались всеми известными словами и вытряхивали песчинки из своих легких доспехов, отправляя в Обливион весь каджитский народ и Эльсвейр заодно. Двое лесных эльфов, определенно более опытных, сидели посреди лагеря, укрывшись темно-зелеными плащами и капюшонами. Лицо босмерам закрывали шарфы, и никто не видел, как они усмехаются, видя прыгающих и высыпающих из сапог песок своих сородичей-гордецов.

Лагерь талморцев стоял на бархане, с которого хорошо просматривалась Дюна. Среди маленьких одноместных палаток со спальниками и пары навесов стоял большой шатер цвета самой настоящей грязи. У входа в него стояла закутанная в мантию фигура, отпугивающая любых желающих проникнуть внутрь, где проводил свой ритуал Арбаддон. Вокруг кострища переговаривались солдаты талморской фракции - те самые альтмеры и босмеры.

- Вот когда время придет - я уж этим каджитам покажу!- Горячо высказывался один молодой лесной эльф, потрясая кулаком. - Спуску не дам, ни одному! Стрелы им по шеям рассую, ха-ха!

- За что же так, Лартир?- Поинтересовался высокий эльф с длинными светлыми кудрями, выглядывающими из-под шлема. Он стоял и с интересом наблюдал за бьющим себя в грудь юноши.

- Возьму реванш за свой народ! Заберу долг Пятилетней войны, так-то!

- А, это та война, когда у вас забрали восточные земли?- Подал голос другой альтмер с традиционно уложенными волосами коричневого цвета с черной родинкой под правым глазом, сидящий на коробке.

Лартир тут же завелся:

- Да что ты можешь знать, Савокулис?! Империя ничего не сделала в этом конфликте, бросив нас против превосходящих сил этих дрянных кошек!

- Ох, а вам нужно все время помогать?- Вновь заговорил длинноволосый, улыбнувшись. - Ну ничего, теперь вы в Доминионе, в обиду мы вас не дадим!

- Заткнись, Олтемар, иначе я всажу тебе в голову пару-тройку стрел!

- Да? Ну давай, покажи нам, чего стоит твой лук!- Крикнул третий высокий эльф, с рыжим ирокезом и хвостиком на конце, вытащив меч правой рукой и подготовив заклинание левой.

Глаза босмера сверкнули, он тут же вытащил лук и натянул стрелу, целясь точно в голову третьему:

- Что, испугался, а, Нурилит?! Страшно свою смерть видеть?

Ситуация накалялась, определенно. Закутанный в мантию смотрел за бурно развивающимися событиями абсолютно флегматично: эти солдаты уже достаточно надоели ему, и ему было абсолютно все равно, сколько из них умрет.

Бездейственное противостояние продолжалось: ни Нурилит, ни Лартир не предпринимали никаких действий, ожидая противника. Неожиданно

кусок ткани, служивший дверью шатра, откинуло, и вспышка зеленого цвета сожгла стрелу босмера, опалив руку и заставив того истошно кричать. В руке альтмера же раскалился меч, и тот выронил его, после чего его сбила с ног эфемерная змея.

Все тут же повернулись лицом к шатру и увидели Арбаддона, раскинувшего руки в сторону забияк. Он, нахмурившись, опустил руки и гневно закричал:

- Жалкие грязекрабы! Что вы здесь устроили?! Олтемар!

Олтемар вышел вперед и виновато посмотрел на некроманта:

- Арбаддон, мы... Они просто...

- Хватит!- Вскричал колдун. - Ты, являясь командиром этого отряда, не можешь уследить за действиями своих подопечных и предотвратить конфликты, пока рядом не появлюсь я! Похоже, что твои глаза больше любят следить за барышнями, да, Олтемар?

Маг выставил вперед руку, и командира окутали легкие зеленые полосы. Кулак эльфа начал медленно подниматься вверх, и, остановившись напротив глаз, разогнул два пальца. Лицо альтмера исказил ужас:

- Арбаддон, прошу, не надо! Я... Я исправлюсь, обещаю!- Бедняга кричал что есть мочи, пока его лицо сближалось с указательным и средним пальцами. - Не надо, умоляю, не надо, Арбаддон!

- Хорошо,- сказал некромант. Рука Олтемара остановилась в паре дюймов от лица. - Я дам тебе еще один шанс, ясно? Последний шанс.

- Спасибо, спасибо, господи, спасибо, Арбаддон!

- Да не за что,- улыбнулся колдун и чуть взмахнул рукой. Средний палец медленно согнулся. - Тем не менее, два глаза для тебя - слишком много.

Кулак с указательным пальцем резко вошел в левый глаз: по сбитым костяшкам кулака и лицу потекла кровь, Олтемар заорал от боли. Арбаддон опустил руку, и альтмер упал на песок, согнувшись и закрыв лицо ладонями:

- А-а-а! Проклятый колдун, черт, а-а-а!- В агонии кричал командир, пальцы побагровели, облитые кровью. Эльф извивался, испытывая страшную обжигающую боль.

- Это послужит тебе уроком, больше ошибаться тебе нельзя- бросил Арбаддон командиру и обратился к остальным: - Армия уже выдвинулось, и прибудет в течении этой недели.

Договорив, он развернулся и пошел в шатер, закрыв вход тканью. Нурилит подбежал к стонущему Олтемару, поднял его и поволок к навесу. Все, в гробовом молчании, разошлись по своим палаткам, проворачивая в голове сцену с выкалыванием глаза снова и снова.

Песок скрыл под собой капли крови и поглотил куски выколотого глаза.

***

Улицы Дюны пестрили народом, как в любой другой день. Толпы выбивали своим топотом песок из камня, давая городу еще немного времени для противостоянию ненасытной пустыне. Тысячи тем и диалогов, обсуждаемых каджитами, мерами и людьми, перерастали в гул, который словно подтверждал барханам-поглотителям: Дюна жива, она не засыпана! Но Анеквина уже не раз слышала подобное в ныне погребенных городах и строениях, поэтому так просто от своей добычи она не откажется.

Стражники, патрулирующие улицы, всматривались в лица и одежды каждого проходившего мимо, иногда останавливая подозрительных личностей. После инцидента в особняке вдовы Черима поиски проникших во Дворец возобновились: описание охранников госпожи Шатиры Черим, неожиданно исчезнувшей, совпадало с описанием солдат, преследовавших воров. Это успокаивало Короля Ра'Скарра, надеявшегося содрать шкуру с еще живых преступников его закона, выяснив, что они искали в Библиотеке и что им известно о загадочной Двери, таящейся в катакомбах под Королевским Дворцом.

С'Жавв, вместе с двумя другими стражами, стоял и контролировал одну из улиц, ведущих на базар Дюны. Знойное солнце допекало солдата, даже такого крепкого и тренированного. М'Шакка и Вахж, напарники здоровяка, давно уже прильнули к стене и обмахивались отобранными у торговца веерами. Они периодически попивали из фляги, уже трижды покинув свой пост и наполнив ее у Сенжа-Водоноса, приносящего воду на рынок. Безалаберность и наглость своих сотоварищей просто поражала С'Жавву, но он ничего не говорил им и, стиснув зубы, лишь тщательнее вглядывался в прохожих.

Мимо него проходила группа монахов какого-то храма в пустыне, склонивших голову и обхвативших плечи в молитве. Все они проговаривали священные слоги, и в этом едином гимне высшим силам звучали знакомые голоса. Стражник только было приложил ладонь к бровям, закрывая солнечный свет и рассматривая священнослужителей, как вдруг в толпе зазвучали звенящие монеты, рассыпавшиеся по каменной уличной кладке. Каджиты, увидев золото, тут же бросились собирать его, рассовывая по карманам, сандалиям или заворачивая в одежды. М'Шахха и Вахж тут же сорвались со своих мест и кинулись в толпу, жадно загребая монетки. С'Жавв же, с отвращением посмотрев на своих напарников, на мгновение увидел повернувшееся лицо одного из монахов: белый сутай, идущий одним из последних, смотрел на суматоху и ухмылялся.

"Ах ты ренри..."- успел подумать стражник, прежде чем кто-то разглядел монету под его ногой и сбил каджита с ног. С'Жавв, ударившись о стену черепушкой, упал на песок и захрапел - сказалось двухдневное отсутствие сна на посту.

Один из нищих поднял монету к свету, поглядел на нее и прикусил - она оказалась железной, покрытой золотой пылью. С горечью плюнув, бедняк поплелся по переулку к своему спальнику. Ажиотаж вокруг рассыпанных фальшивок не унимался еще около получаса.

Пройдя еще несколько домов, два монаха оставили остальных и спешно зашли в таверну "Маяк Не'Квин-Аля" - старое каджитское заведение, популярное среди горожан, но не среди путешественников, больше предпочитавших "Королевскую Обитель" в Высоком Квартале или гостиницу "Купель Талоса и Восьми" имперского предпринимателя Пармия Цивитиуса у Внутренних Ворот Дюны, отделявших квартал богатых особняков от других кварталов.

Как обычно, таверна была забита каджитами разных пород, окраса, размера, возраста и социального статуса: в углу сидело множество азартных игроков, наблюдающих игру в кости черного сутай-рата в легкой бади и черных штанах, жадно оскалившегося над золотыми монетами, с молодой каджиткой породы ом, пепельно-серого окраса с белыми толстыми полосками на шерсти и длинной косой, свисающей до бедер, одетой в откровенную кожаную броню, оголяющую ее талию и приковывающую к ней похотливые взгляды мужчин; за одним из столов шло соревнование двух могучих катай-ратов - сцепившиеся руками силачи пытались перебороть соперника под крики болельщиков; за другим столом, в самом темном углу, сидели несколько фигур, чьи дела, похоже, никого не касались. Ко всему этому стоило прибавить поющих пьянчуг, простых постояльцев, разговаривающих на различные темы, торговца скуумой, неприметно стоящего у противоположной ко входу стены и другой сброд, добавляющий еще больше жизни в это заведение.

За барной стойкой, частично прогнившей и поддерживаемой свежими досками, стоял каджит лет сорока пяти, мрачный сутай с привычной для породы коричнево-белой окраски, одетый в фартук, стиравшийся, похоже, еще до Кризиса. Монахи подошли к нему, и один из них подал голос:

- Здравствуй, Джозирр!

Лицо бармена просветлело:

- О, к этому пришел друг Р'Таш! Джозирр приветствует тебя, о Р'Таш, и радуется твоему приходу!

- Я тоже рад видеть тебя, Джозирр!- ответил монах. - Скажи, отец Хадж-И-Хадж здесь? Мне нужно увидеться с ним.

- Конечно, друг Р'Таш, каджит проведет тебя к отцу Хаджу, тебя и твоего спутника,- Джозирр посмотрел на второго монаха, с интересом наблюдавшего за игрой в кости. -Идем.

... Троица поднялась по лестнице вверх на второй этаж, свернула в узкий коридор и дошла до комнаты с номеров "8". Бармен трижды стукнул в дверь и громко сказал:

- Отец, к вам два монаха, хотят поговорить.

- Пусть зайдут,- прозвучало из-за двери.

Джозирр откланялся и ушел, а монахи вошли в покои отца Хаджа.

В чистой комнате, с одноместной кроватью, письменным столиком из валенвудской красной древесины, большим книжным шкафом и бамбуковым креслом-качалкой, на котором сидел пожилой каджит медного окраса породы сутай-рат, было тепло и уютно. Поправив очки, старик хлопнул в ладоши и весело проговорил:

- Р'Таш! Собственной персоной! Сколько лун сменилось, а?- Каджит посмотрел на второго: - Твой друг, верно? Вы проходите, проходите!

- Спасибо за теплый прием, отец Хадж-И-Хадж,- молвил писец и вытащил неизвестно откуда два стула. - Это Альтибб, я рассказывал тебе о нем.

- Да-да, что-то припоминаю...- Забормотал старик, покручивая небольшой седой ус. - Ну, расскажи, как ты? Зачем пришел? Рассказывай!

Парочка уселась, и Р'Таш заговорил вновь:

- У меня все прекрасно, отец. Все также переписываю тексты... А ты как?

- Ох, неплохо, конечно...- Хадж слегка приуныл. - Но раньше было определенно лучше. Интереснее, что ли.

- Отец, мне нужна твоя помощь,- вдруг сказал писец. - Требуется отыскать одного данмера, но его имя я не знаю. Зато есть отличительная черта - татуировка в виде шестиконечной звезды на лице.

- Шестиконечная звезда? Хм...- Старик тяжело встал с кресла, медленно подошел к шкафу и открыл его.

- Так... Это не то... Не то...- Шептал каджит, листая огромную красную книгу. - Вот, кажется, нашел.

Хадж-И-Хадж с раскрытой книгой прошел к креслу, сел в него и зачитал:

- "Валор Релвис, темный эльф. Цвет волос - рыжий, на лице под правым глазом имеется татуировка - шестиконечная черная звезда."- Отец поглядел на писца: - Он?

- Он, он,- ответил Альтибб. - Но откуда вы узнали?

Отец Хадж вопросительно посмотрел на Р'Таша, и тот еле заметно кивнул.

- Хорошо,- вздохнув, сказал старик. - Альтибб, ты должен поклясться, что то, о чем я тебе расскажу, умрет вместе с тобой.

Альтибб приложил правую лапу к груди:

- Клянусь, Хадж-И-Хадж.

- Хорошо. Теперь слушай.

Ты ведь знаешь о "Двух Лампах"? Это организация, помогавшая рабам - каджитам и аргонианам - бежать из Морровинда и устроиться в своей родной провинции. Деятельность, конечно, не совсем законная, но зато достаточно благородная.

Я родился в семье двух бывших рабов, около девяноста лет назад. С молоком матери я впитал весь ужас рабства и обделенности, и потому еще в детстве решил помогать рабам, нищим и зависимым. Так я и пришел в Две Лампы, чьи задачи на тот момент были неопределенными.

Потом по Эльсвейру прокатилась волна убийств и похищений, без свидетелей и улик. Мы пытались хоть как-то помочь, но были бессильны, пока не разглядели между убитыми и похищенными каджитами связь - все они были либо бывшими рабами, либо их детьми. Проклятые данмеры-рабовладельцы не хотели оставить нас, им было противно осознавать, что "раса рабов" перехитрила их.

Тогда я предложил вести учет всех темных эльфов в провинции, записывать их въезды и выезды в Эльсвейр. Моя затея показалась безумной тогдашним главам организации - наверное, именно поэтому ее и приняли.

Это решило проблему с пропажей каджитов, и до сих пор помогает найти убийц, грабителей и насильников среди данмеров в любом городе Эльсвейра.

- Удивительно,- только и смог промолвить Сутай. - Никогда бы не подумал, что каджиты способны на подобные уловки. Но где он сейчас, этот Валор Релвис?

Хадж посмотрел в книгу:

- По последним письмам, он сейчас в Караван-Сарае, причем он там очень давно.

- Замечательно,- улыбнулся Р'Таш и встал с сиденья. Альтибб тут же встал вслед за ним. - Спасибо, отец, теперь нам нужно бежать.

- Куда же вы?- Огорчился старик, видя уходящих собеседников. - Куда вы так быстро?

- В Караван-Сарай, Хадж-И-Хадж,- шептал писец, закрывая дверь. - В Караван-Сарай...

***

- Арбаддон, верхушка Храма ждет твоего отчета, а ты тянешь с предоставлением информации.

- Я понимаю, Нумизмат, но все проходит не совсем так, как было рассказано в начале. Ситуация более сложная, чем я предпологал.

- То есть?

- Оставшиеся два ключа спрятаны самым надежным образом, я потратил уже много времени на их поиск, но пока все безуспешно. Кроме того, ключи также ищет Братство Воронов.

- Что?! Как они прознали о Двери?

- Я не знаю. Тем не менее, они собирают все сведения и знания о Наследии в Дюне, что было для меня абсолютной неожиданностью. Но не волнуйтесь, я уже нашел тех, кто позаботится о них.

- Хм. А что Талмор? Они уже направили войска?

- Их армия прибудет на этой неделе, Нумизмат.

- Прекрасно. Помни, Арбаддон - распространение влияния Альдмерского Доминиона на провинцию является твоей второй главной задачей. Храму нужна твоя активная деятельность и хороший план.

- Я приложу все усилия, чтобы успешно выполнить наказ, Нумизмат.

Образ Нумизмата исчез, золотой амулет в виде треугольника с круглым аметистом внутри потух и перестал дрожать. Арбаддон с усталым видом сел на украшенный черепами черный стул и закрыл глаза, пытаясь выстроить план на несколько шагов вперед. Его изумительный гибкий ум не раз создавал шедевры стратегического мышления, помогая обойти других претендентов на его место деятеля внешней политики Саммерсета. Однако теперь проблемой были эти щенки из Братства, которые, похоже, знали больше, чем сам Арбаддон. Некромант был бы совсем не против получить их - живых или мертвых - для экспериментов после всего этого кошмара в забытой богами пустыне, которую эти низшие существа называют своим домом. Однако все совсем не кончилось - все только начиналось.

Забив свою голову этими пессимистичными мыслями, раздосадованный альтмер лег на легкую раскладную кровать и уснул, отправившись в царство Ваермины.

Изменено пользователем TheNomad
Ссылка на комментарий
Поделиться на другие сайты

Ночи Пустоты

 

 

Глава 7

 

 

Гайс, редгард в самом расцвете сил с черными дредами, одетый в бежевые грязные штаны и легкий кожаный жилет, сидел у забора и смотрел на верблюдов, мирно пасущихся в загоне. Гайсу нравились эти животные: внешне спокойные, но очень своеобразные и своенравные, как все потомки йокудацев. Торговля верблюдами - очень прибыльное дело здесь, в Эльсвейре: лошади не могут переносить пустыню, а эти горбатые "скакуны" приучены к жизни в песке с самого детства, ведь их предки исходили вдоль и поперек хаммерфелльскую пустыню Алик'Р. Большинство путешественников используют выносливых верблюдов, но странствующие торговцы все-таки предпочитают ездовых слонов из-за их силы, позволяющей перевезти сразу много товара.

К сидящему и созерцающему торговцу подошли две фигуры, чьи тела были укрыты плащом, а лица скрыты под платками.

- Приветствую,- поздоровался Гайс. - Желаете приобрести верблюда? У меня отличный выбор, только посмотрите!

- Скажи мне, редгард,- промолвил один, глядя на торговца звериными каджитскими глазами, - у тебя сегодня покупали верблюдов?

- Ну да,- ответил тот, подозрительно косясь на пару. - А почему вы...

- Это были каджиты?- Перебила вторая фигура - по голосу стало понятно, что это была девушка. - В одинаковых монашеских робах?

- Вроде да, а что такое? Вы их ищете?

- Это не твое дело,- отрезал первый. - Куда они отправились?

- Эй, почему я должен что-то вам говорить? Не нужен верблюд - проваливайте!- Редгард встал и взмахнул руками, показывая, что незнакомцам пора уходить.

Каджит, поймав Гайса за руку, нанес торговцу удар лапой точно в середину груди. Тот согнулся и начал кашлять, изо рта покапала слюна.

- За... Что...

- Куда они отправились?- Повторил ударивший, удерживая руку Гайса.

- Они... Они что-то говорили про Караван-Сарай...

- Спасибо,- бросил он и нанес удар коленом в висок, из-за которого редгард врезался в ворота загона и потерял сознание. Каджит отпустил руку, и Гайс упал на песок, словно мешок с навозом.

- Нужно уходить,- прошипела девушка и зашагала прочь, следом за ней пошел избивший торговца каджит.

- Мы можем не успеть, Рокшас,- вновь заговорила она, проходя по улице города. - Ведь они уехали еще утром.

- Не волнуйся, Сай, они определенно что-то ищут в Караван-Сарае,- ответил идущий рядом. - Джейраш и Им'Кеза домчат нас, вот увидишь.

Выйдя из города, парочка свистнула: к ним тут же подбежали два пахмара, игравшие до этого в пустыне. Усевшись на них верхом,

каджит и девушка крикнули "Караван-Сарай!", и пахмары бросились вперед, рассекая воздух и поднимая пыль.

***

Альтибб никогда раньше не был в Караван-Сарае, поэтому, хоть и устал за весь дневной переход на верблюдах, с интересом рассматривал это красивое строение, словно выросшее посреди пустыни. Четырехэтажные стены, являющиеся также и жилыми зданиями, заключали в правильный квадрат навесы и загон со слонами. Повсюду стояли стражи с факелами, слева от ворот, на площадке, куда можно было попасть только с помощью лестницы, стояли деревянные столы с сидящими за ними торговцами, путешественниками и работниками Караван-Сарая.

- М'Зарго приветствует вас в Караван-Сарае, путники!- Помахал рукой один из стражников, когда каджиты въехали внутрь. Р'Таш помахал в ответ, после чего похлопал Сутая по плечу и показал, где привязать верблюдов.

Освободившись от животных, путники прошли мимо палаток и шатров торговцев к лестнице. Тяжело поднявшись по каменным ступеням, каджиты вышли на террасу, над которой была натянута брезентовая ткань. Здесь, за столами, сидело множество каджитов, людей и меров, имевших в Эльсвейре свои дела. Некоторые бросили взгляд на "монахов" и вернулись к своим делам, кто-то даже голову не поднял, продолжая горячо обсуждать различные темы. Пройдя по черно-белой мозаике, которой был покрыт пол, оба странника остановились у барной стойки.

- Теплых песков вам, монахи,- улыбнувшись, поприветствовала каджитов сутайка серого окраса с парой коричневых пятен. - Девушку зовут Закра, она - помощница хозяйна Караван-Сарая. Путники желают ночлег, или еды?

- Спасибо, Закра. Я Р'Таш, - представился писец. - Мы ищем одного темного эльфа, поможешь нам?

- Конечно, друг Р'Таш! - Радостно ответила Закра.

- Замечательно! Мы ищем Валора Релвиса, рыжего эльфа с татуировкой в виде звезды на лице.

- Кажется, Закра плохо помнит эльфов,- каджитка задумчиво посмотрела на кошелек Р'Таша. Тот, поняв намек, вытащил горсть монет и насыпал в карман платья девушки.

- О, вспомнила! - Радостно огласила каджитка и зашептала:-Эльф внутри Караван-Сарая, комната на чердаке, вот ключ,- она всучила железный ключ в руки Р'Таша.

- Спасибо, Закра,- поблагодарил каджитку и побрел прочь.

- Не за что, но ответь мне...- девушка подошла к остановившемуся Р'Ташу и спросила:- Этот эльф - он из Мораг Тонга? Вы пришли отомстить ему?

- Хуже, Закра,- с напускной таинственностью сказал Альтибб. - Этот эльф - древний вампир, и наша задача остановить его!

Глаза каджитки округлились, и она в ужасе побрела прочь. Р'Таш осуждающе посмотрел на Сутая, потом улыбнулся, и пара зашла внутрь Караван-Сарая.

...Лестница на чердак была очень хлипкой и скрипела так, что путники сами в ужасе подскакивали от издаваемого шума. Открыв ключом люк, Р'Таш и Альтибб поднялись наверх, в покои Релвиса.

Посреди запыленного чердака стояли чистые кровать, маленький столик и сундук. Чуть дальше висела груша для ударов, а на другом конце стоял деревянный манекен с парой стрел.

Валора нигде не было.

Сделав пару шагов, Альтибб помахал Р'Ташу и показал на одну из балок - на ней была сорвана паутина. Сутай, почти неслышно, прыгнул вверх и зацепился за деревянную балку, взобрался по ней и скрылся в тени. Писец прошел к столу и осмотрел его - на нем лежали пара книг, стояла чернильница с пером внутри. Свеча, стоявшая на столе, слегка дымила, что означало, что ее только что затушили.

- Он здесь!- Донеслось откуда-то сверху, и с балок спрыгнул темный эльф в кожаной одежде с элементами брони: наколенниками, налокотниками, защитой груди и так далее. Р'Таш и эльф, на чьем лице была видна черная татуировка, встретились взглядами. Данмер тут же побежал прочь от писца, а тот бросился за ним, перепрыгнув стол и сбив стоящий неподалеку стул.

Эльф бежал быстро, но каджит не отставал. Р'Таш видел, что данмер что-то сжимает в руках, но недостаток освещения мешал точно разглядеть вещь. Темный эльф слегка сбавил темп, резко остановился и развернулся. Теперь писец понял, что было в руках убегающего Валора - данмер держал арбалет и целился в преследователя.

Р'Таш остановился, как вкопанный, и начал тяжело дышать, не сводя глаз с оружия противника. Релвис тоже тяжело задышал, метясь в писца.

- Ни с места, кошки!- Прокричал эльф, стараясь высмотреть второго каджита. - Только попробуй что-нибудь сделать!

- Я и не пытаюсь,- прозвучало с балки справа от данмера. Валор вскинул арбалет в сторону звука, что стало его главной ошибкой - через секунду его плечо пронзил дротик, обездвиживший эльфа. "Проклятье"- успел подумать тот, прежде чем повалился на бок и потерял сознание.

Р'Таш засунул свою маленькую бамбуковую духовую трубку в сумку за спиной и подошел к лежащему данмеру. На пол спрыгнул Альтибб и посмотрел на подстреленного эльфа с нескрываемым удовлетворением.

- Надо посадить его на стул и связать, так что помоги мне,- проговорил писец и обхватил Валора вокруг груди, Сутай же взял ноги.

- Еще таскаться с ним, этим данмером,- сердито пробормотал боец, провязывая Релвиса к стулу. - Надеюсь, это того стоит.

- И я надеюсь,- Р'Таш посмотрел на Альтибба, вспомнив, как тот огорчился после произошедшего в усыпальнице.

... Валор тяжело поднял голову и его лицо скривилось - саднило левое плечо и голова. Он разлепил веки и попытался встать со стула, но ему помешали путы, крепко-накрепко завязанные каджитами.

- Р'Таш, он проснулся!- Прозвучал из-за спины крик. Данмер попытался разглядеть кричавшего, но тот сам вышел в поле зрения эльфа, поднеся две маленькие табуретки и усевшись на одну из них.

- Ну что, готов, Релвис?- Злорадно улыбаясь, спросил каджит, разминая лапы.

- Что... Что происходит? Откуда ты знаешь меня?- Валор решил сыграть в беспамятство, чтобы перехитрить противника, но каджит лишь сильнее оскалился - попытка обмануть его с треском провалилась.

К свободной табуретке подошел второй, более взрослый, и уселся на нее.

- Здравствуйте, сэр Валор Релвис,- проговорил он, глядя на данмера. - Похоже, мы для вас были не полной неожиданностью, и вы успели устроить нам "теплый" прием.

Эльф кашлянул, скорчив подобие того, что он называл "приветливая мина". Что ж, поиграем на ваших правилах, мерзкие кошки.

- Приветствую вас, господа,- сквозь боль улыбнулся данмер. - Я, честно сказать, ждал не вас, а несколько других, менее вежливых и разговорчивых посетителей. Именно поэтому я чуть не нанес вам повреждения, за что прошу меня извинить.

- Конечно, конечно,- понимающе кивнул головой Р'Таш. - Тем не менее, у нас к вам тоже есть одно дело. Одно очень важное дело, сэр Релвис.

- И какое же?- Спросил Валор, теряясь в догадках - ну за чем же пожаловали эти каджиты?

Определенно, они не наемные убийцы, так как лишить его жизни они могли уже несколько раз, самыми разными способами. Заказчики, которым он доставил фальшивки, оставив ценности и артефакты себе, обнаружили обман и решили забрать свое? Но прибывшие не выглядят чьими-то слугами, хоть и носят похожие робы. Это больше напоминало безумных культистов, вроде Мифического Рассвета, отправившего Уриэля Септима VII к праотцам, или поклонников этого свихнувшегося каджита, размахивающего костью ноги неизвестного бедолаги в Коринте. Но те определенно несли бы религиозный бред, во славу Дагону и другим интересным личностям Обливиона. Так в чем же здесь суть?

- Альтибб, покажи ему.

Сутай, со все тем же оскалом, встал с табурета и сделал несколько шагов, вытаскивая предмет из подсумка, после чего резко выкинул руку с ним к лицу эльфа. Валор зажмурился, ожидая удара, но ничего не произошло. Медленно открывая глаза, он увидел, что Альтибб держит записку с ужасно знакомым почерком. Ту самую записку, которую он, Валор Релвис, оставил в шкатулке в усыпальнице Зайка Черима...

Увидев ошарашенное лицо эльфа, боец бросил письмо на колени связанного и вернулся на свое место.

- Похоже, вы поняли, за чем мы пришли,- беспристрастно промолвил Р'Таш. - Где то, что вы забрали из гробницы Черима?

- Но... Но ведь вы все равно не сможете продать это...- Валор не верил в реальность происходящего. Он был готов ко всему, но не к двум каджитам, разыскивающим артефакт, который никому был не нужен даже на оркрестском рынке, славящемся различным бесполезным барахлом.

- Глупец!- Крикнул Альтибб. - Ты думаешь, что все делается только ради денег?! Твой поступок мог привести к ужасным последствиям, а ты даже не знаешь, что ты украл?!

Релвис действительно так и не разгадал загадку Черима, хотя и провел с артефактом кучу времени, пытаясь выявить его свойства. Какими силами он обладает и зачем понадобился этой паре?

- Где он?- Мягко спросил Р'Таш. - Где артефакт?

- Он... Он в книге... "Пять песен о короле Вулфхарте"...

Сутай сорвался с места и начал искать книгу, выкидывая вещи из сундука.

- Как вы нашли меня?- Наконец решился спросить Валор.

- Я даже не смогу тебе объяснить, правда,- писец посмотрел на эльфа, чье лицо было искажено удивлением, недоумением и любопытством одновременно.

- Здесь!- Крикнул Альтибб и подошел с книгой в руках. - Эта?- Спросил он у эльфа.

- Она, она,- тихо пробормотал тот, пытаясь придумать план действий.

Сутай сел рядом с Р'Ташем, положил "Пять песен" на колени и раскрыл ее.

Чем действительно могли похвастать представители эльфов Морровинда, так это удивительной, ни с чем не сравнимой изобретательностью. Это свойство как будто было в крови каждого данмера, и каждый использовал его так, как считал нужным. Валор умел применять это качество, связывая с еще более важной, как ему казалось, своей чертой - предусмотрительностью. Все это было просто необходимо в увлечении Релвиса - конструировании хитроумных ловушек, одна из которых была выполнена в виде книги и была только что приведена в действие.

Вспышка из книги ослепила Р'Таша и Альтибба, осветив на мгновение весь чердак. Данмер, закрывший глаза в этот момент, осмотрелся и, немного оттолкнувшись ногой, узел вокруг которой он успел ослабить за время беседы, вместе со стулом опрокинулся на спину. Хлипкое дерево не выдержало - сиденье с громким треском развалилось на части, расслабляя веревки вокруг эльфа. Валор, сморщив лицо из-за достаточно сильного удара, тут же начал извиваться, вылезая из обломков стула и привязывавших его пут.

- Чертов данмер, джекосиит!- Выкрикивал ослепленный Сутай, вставший на полусогнутые и размахивающий руками, пытаясь поймать невидимого противника. - Ты - жалкий вор, надеюсь, тебе отрубят руки!

Релвис же подбежал к одной из балок, наклонился и, оттянув деревянную доску у основания, вытащил потертый кожаный мешочек с маленькими веревочками-завязочками. Раскрыв его, он дрожащими руками достал треугольную пластину, украденную из усыпальницы Черима. Артефакт слегка поблескивал, по словно выгравированным линиям и кругам медленно текли искорки белого света. Данмер завороженно глядел за плавным танцем светящихся точек около секунды, напрочь забыв, в какой ситуации сейчас находится.

Очередной выкрик Альтибба вывел Валора из созерцания: эльф положил за пазуху пластину, подбежал к столу за своим эбонитовым арбалетом и болтами к нему. Повесив за спину стрелковое оружие, данмер вытащил из сундука два изогнутых клинка, выкованных из переплавленного двемерского металла, и вложил их в сапоги. На мгновение голову темного эльфа посетила мысль об убийстве двух беззащитных сейчас каджитов, но он тут же отмел ее в сторону: они не сделали Релвису ничего плохого, не ранили и не убили, хотя имели кучу времени и возможностей сделать это. Более того - он до сих пор чтил заветы Гильдии Воров, которые говорили, что вор - отнюдь не убийца, и убийство хорошо только для самозащиты.

... Зрение уже возвращалось к каджитам: Альтибб уже мог разглядеть предметы вокруг, с частичной четкостью. Эльф, глянув на Сутая, пытающегося осмотреться по сторонам, ринулся к люку и открыл его.

- Беги! Беги за Валором, аалитер!- Закричал Р'Таш, даже не поднимая голову - вспышка была чересчур сильной для его старческих глаз.

Боец понял, что ситуацию еще можно спасти, и бросился за скрывшимся данмером, на ходу прыгнув в открытый люк и приземлившись на пол коридора Караван-Сарая. Данмер, на бегу обернувшийся и увидевший, что его преследуют, ускорил темп и скрылся за углом, повернув направо. Сутай бросился за ним, свернув туда же.

Эльф пинком открыл дверь перед собой и вылетел на лестницу, чуть не споткнувшись. У Валора был свой, очень своеобразный способ преодоления подобных препятствий, который он выработал при совершении ограблений высоких грибов Телванни, многоступенчатых фортов и замков Имперского Легиона и лагерей, расположенных на возвышенностях. Он использовал его практически везде, однако не в Эльсвейре - не позволяло обилие песка.

Данмер снял арбалет со спины, оголив спину, на которой, помимо кожаной одежды, была нашита специальная бронепластина, имеющая определенные места сгиба и не стесняющая движений Релвиса. После этого эльф легким движением руки выдвинул из налокотников и из-под пяток сапогов по два колесика.

Альтибб ударил ногой в дверь, и та отворилась, открыв сидящего Валора и лестницу вниз.

- Все, тебе не убежать,- удовлетворенно констатировал каджит.

- Тогда я уезжаю,- весело сказал эльф, лег на лестницу и оттолкнулся, быстро покатившись вниз.

Удивлению Сутая не было предела, но он успел среагировать и бросился за данмером, перепрыгнув через перила. Релвис увидел это и понял, что по лестнице ему уйти не получится - слишком уж ловким оказался его противник.

Съехав до второго этажа, Валор свернул с лестницы и устремился по коридору, распугивая и сбивая постояльцев Караван-Сарая. Каджит не отставал, и эльф решил воспользоваться арбалетом, на ходу зарядив его и прицелившись. Альтибб не остановился, даже увидев оружие, и тогда данмер, внушая себе, что это самозащита, выстрелил. Костяной болт, с глубокими насечками по спиралевидно закручивающимся трем граням, которые затрудняют безболезненное извлечение, прошел сквозь полу робы, чуть не задев левую лапу Сутая, и влетел в каменную стену, так и оставшись в ней торчать.

Времени на перезарядку уже не было, а преследователь уже начал догонять темного эльфа, с необыкновенной скоростью преодолевающего коридор. Пытаясь найти дальнейший путь, Валор решил посмотреть вперед и увидел, что едет в тупик с одним-единственным окном.

Идея родилась тут же: данмер, резко повернув руки и ноги колесиками вправо, развернулся и сжался в комок, набирая скорость. Альтибб, увидев, что эльф несется точно в стену, решил, что Валор свихнулся от безысходности своего положения, и мысленно обрадовался окончанию погони.

Релвис же, оттолкнувшись локтями от каменного пола, мягко перенес вес на ноги и поехал в положении сидя, выставив руки перед собой. Сутай, разгадав план бегущего и подивившись его безумию, попытался нагнать данмера и схватить его, но не успел: эльф выпрыгнул в окно, оставив Альтибба с носом.

Валор, пролетев десяток-другой метров, с грохотом свалился на шатер торговца подушками. Товар смягчил удар, и окруженный витающими пухом, перьями и шерстью эльф, вернув колесики в прежнее положение, спрыгнул на песок и осмотрелся: преследователей нигде не было.

Улыбнувшись Караван-Сараю в последний раз, эльф гордо пошагал прочь, несмотря на боль в теле после падения. Неожиданно чья-то тяжелая лапа опустилась на плечо Валора, заставив того вздрогнуть и замереть на месте.

- Не подскажешь случайно, друг,- прозвучал грубый низкий голос, повергший Релвиса в отчаяние. - Где мы можем найти двух монахов в одинаковых робах, сегодня приехавших сюда?

Данмер медленно повернулся к спросившему: им оказался каджит, укрытый плащом и платком-маской из коричневой легкой ткани. Рядом с ним стояла девушка-каджит, в таком же наряде, внимательно разглядывающая эльфа.

- Вот ты где!- Прозвучал крик Альтибба, подбегающего к группе. - Спасибо, что задержали его, господа! Похоже, ты попался, чертов бегун!

- Похоже, ты попался, чертов бегун,- злорадно улыбнулся эльф и тут же ткнул в своего преследователя пальцем: - Это он, один из тех, кого вы ищете!

Каджит в маске и его спутница уставились на Сутая, который пытался отдышаться.

- Это он, Рокшас?- Спросила девушка, разглядывая Альтибба.

- Да, по описанию похож,- решил Рокшас и сказал: - Саи, ты смотришь за этим эльфом, он им нужен, а значит и заказчику пригодится.

- Что?!- Возмущенно воскликнул Валор, которого совсем не устраивал подобный расклад. - Я никуда не пойду с вами!

- Заткнись!- Рыкнула Саи, встав рядом с данмером и взяв его за руку. В другой лапе показался маленький кинжал с длинным и узким лезвием, которым она погрозила Релвису. Данмер тут же затих, пытаясь понять, с чьей победы в поединке он выиграет больше.

Каджит встал напротив Сутая и сбросил свой потертый плащ с плеч, и перед Альтиббом выросла фигура тренированного катая-трехцветки, атлетически сложенного. Одет он был в свободные шелковые штаны зеленого цвета и кожаную жилетку черного цвета, запястья же скрывали два металлических наруча, на которых что-то было закреплено.

- Что происходит?- Наконец осведомился Сутай, понимая, что дело запахло слоновьей мочой.

- Каджит, за твою голову и голову твоего товарища заплатили,- громко огласил Рокшас и встряхнул руками. С наручей слетели две утренние звезды, удерживаемые на цепях. - Прими смерть, или сопротивляйся, после чего прими смерть. Выбор за тобой.

Альтибб, понимая, что этот наемник совсем не шутит, встал в боевую позу, слегка присогнув ноги, закрыв правой лапой подбородок, а левую выставив немного перед собой. Наполнив глаза решимости, он взглянул прямо в глаза противнику, показывая, что готов к бою.

- Как пожелаешь,- пожал плечами тот и схватил цепи лапами, расставив ноги.

Рокшас, с полными безразличности глазами, начал медленно, шаг за шагом, описывать круг, двигая кистями и предплечьями. Морнингстары же перенимали каждое его движение, раскрутившись и со свистом очерчивая в воздухе "восьмерку". Сутай следил за ними, ожидая атаки, и сам потихоньку менял позицию, стараясь стоять лицом к свистящим орудиям убийства. Боец чувствовал опыт и холодную голову своего соперника, и в душу понемногу начал закрадываться страх.

Бах!

Один из снарядов вылетел вперед, пролетев точно у правого уха Альтибба, после чего с громким щелчком остановился и бросился назад к хозяйну. Холодный пот выступил на лбу Сутая, а Рокшас лишь быстрее начал размахивать оружием, окружая себя щитом из цепей. Очередной выпад левой рукой - и еще один морнингстар разрубил воздух над вовремя пригнувшимся каджитом и вернулся к владельцу. Боец мысленно обругал себя - круговыми движениями наемник сокращает дистанцию с Альтиббом, а он только сейчас это понял! Сутай тут же сделал шаг назад, выйдя из зоны досягаемости цепи.

- Оттягиваешь неизбежное,- бросил Сутаю воин, разгоняя морнингстары.

Попытавшись отвлечь противника, каджит ногой подбросил небольшую подушку, направив ее в Рокшаса. Подчинившись легкому движению руки, утренняя звезда разорвала "снаряд" в клочья.

В глаза бойцу бросились обрызганные кровью ворота, которые он до этого не замечал. Рядом с ними лежали искалеченные стражники Караван-Сарая, в том числе М'Зарго, с дырой посреди груди и застывшими в ужасе глазами. Удручающая перспектива.

Понемного отходя от Рокшаса, Альтибб подошел к лавке, рядом с которыми лежали маленькие коробочки. На секунду оторвавшись от наблюдения за "восьмерками", боец прочитал надпись на одной из них: "Красная пряность".

Сутай остановился, и Рокшас приготовился вновь атаковать его. Его снаряды были идеальным оружием наемника: грубые, быстрые, мощные морнингстары были средством и защиты, и нападения одновременно.

Боец чуть закопал ногу в песок, подсовывая ее под коробочку с пряностями. Соперник, жаждущий очередной атаки, сделал еще шаг, и Альтибб запустил ее в воздух, закрыв глаза и нос лапой.

Звезда расколола ящик, и все вокруг Рокшаса заволокло едкими приправами, собираемыми с одной из плантаций восточнее Коринта. У каджита заслезились глаза, он согнулся и начал чихать. Неожиданно вес на запястьях уменьшился, и кто-то пинком вытолкнул его из ржавого облака лицом в песок.

Отплевавшись и вытерев глаза, наемник встал и посмотрел на наручи: цепей на них не было, хитрый каджит лишил Рокшаса главного оружия, оставив его только с изогнутым торвальским клинком, заткнутым за пояс.

Из пряного облака вышел Альтибб, отряхнул морду и порыжевшую робу. Наемник тут же вытащил кинжал и сжал его правой рукой, оскалившись на Сутая.

- Готов продолжить?- Спокойно спросил боец, просверлив взглядом противника. Страха больше не было, и оба участника поединка почувствовали это.

Рокшас, разъярившись, с криком набросился на каджита, рассекая воздух ножом и стараясь поразить соперника. Уклонившись от рубящего наотмашь удара кинжалом, Альтибб ударил лапой в правый бок наемника, из-за которого он выронил оружие, и с криком, заставившим вздрогнуть всех наблюдателей боя, сбил ногой атакующего с ног. Однако Рокшас умело перевел падение в кувырок и схватил отвлекшегося Сутая ногами, повалив вслед за собой, после чего уселся сверху и начал наносить грубые пробивные удары с нескрываемой гордостью и радостью.

- Пора заканчивать,- прорычал наемник и нащупал в песке кинжал, отвернувшись от бойца. Альтибб, увидев это, вытащил свой клинок из-за пояса и рукоятью огрел Рокшаса по голове, попав в висок и скинув с себя его тушу.

- Ах ты, навоз верблюжий!- вновь зарычал наемник, поднимаясь на ноги и вставая в боевую позицию перед Сутаем. - Ты уже труп, ясно?! Р-р-ра!

Кинжал Рокшаса свистнул у морды Альтибба, немного распоров капюшон, после чего последовал удар лапой в грудь, который боец ловко остановил, схватив за запястье, и парировал коленом, угодив между ребер. От контратаки у наемника сбилось дыхание, Сутай почувствовал это и нанес еще несколько ударов, последним повалив на горячий песок.

- Ты... Я убью тебя... - Прокашлял кровью Рокшас.

Альтибб подошел к поверженному противнику и нагнулся над ним, тихо шепнув на ухо:

- Нет.

Заточенный металл вошел в шею наемника, из которой тут же полилась струйками теплая кровь, стекая на песок. Все тело Рокшаса задрыгалось в конвульсиях, после чего успокоилось, глаза заполнились бордовой жидкостью и остекленели. Альтибб встал и вытер о свою робу клинок, оставляя на ней кровавые полосы.

- Нет!- Вскричала Саи, до этого в ужасе взирающая на происходящее. Она оттолкнула эльфа, который просто тихо встал у стены и наблюдал за развитием событий, и побежала к Сутаю, крепко сжимая клинок.

Неожиданно в руку каджитки вошел дротик, парализовавший ее, после чего девушка упала в песок, смоченный кровью убитого Рокшаса. Из ее глаз потекли слезы, которые смешивались с еще не высохшими каплями теплой красной жидкости и растекались по песчинкам.

- Отличный выстрел, Р'Таш,- крикнул Альтибб, подходя к застывшему Валору.

- Спасибо,- ответил писец, убирая свою любимую трубку. - Вот мы снова и встретились, господин Релвис.

Сутай подошел к эльфу и ударил ему по лицу, от чего данмер заскулил, после чего вытащил из-за пазухи светящийся треугольный ключ Пришедших.

- Ты - червь, Валор,- проговорил Альтибб. - Если бы не ты и твоя меркантильность, эти честные каджиты,- он кивнул в сторону убитых стражников,- не пострадал бы. Ублюдок.

Договорив, Сутай, вложив всю злость, нанес боковой удар ногой, после которого темный эльф упал и не шевелился больше.

- Пошли,- тихо сказал Р'Таш. Боец кивнул, и они вместе подошли к своим привязанным верблюдам, все так же мирно стоящим на том месте, где они их оставили.

***

Арбаддон сидел на стуле в своем шатре и рассматривал разложенные на низком столе с слоновьими бивнями вместо ножек различные предметы. Медленно тикали зловещие деревянные часы с вырезанным на них рисунком змеи, привезенные из Сиродиила уже давным-давно, поблескивал амулет, с помощью которого он общается с Нумизматом, мирно лежала россыпь золотых монет, недавно вновь введенных Альдмерским Доминионом в качестве валюты. Раскрытая книга играла страницами, словно сама медленно перелистывала их, свеча с медным подсвечником в виде скелета постепенно таяла, капая воском на одно из писем, присланных Талмором около недели назад и не несущего важной информации для его миссии здесь. Рядом лежал один из пергаментных свитков, испещренный тайными символами и формулами, от которых за версту несло колдовством и некромантией.

- Арбаддон, Арбаддон!- Заголосил по ту сторону шатра эльф из отряда этого ленивца Олтемара. - К вам посетитель!

Посетитель? В столь позднее время? Очень странно, но что-то подсказывало альтмеру, что нужно принять его.

- Хорошо, Савокулис, пусть войдет,- крикнул в ответ некромант.

В шатер медленно зашла каджитка, поклонившаяся Арбаддону:

- Владыка, я - Саи, сестра того каджита, которого вы наняли пару дней назад...

- Да-да, Рокшас, верно? Он хочет что-то передать мне?

- Он... Он умер, Владыка...- Слабым голосом сказала Саи, и было видно, как по ее щекам потекли горькие слезы. - Каджит, которого вы заказали ему, убил его.

Жаль. А ведь Арбаддон очень надеялся на этого наемника, Рокшаса, посчитал, что ему по силам будет справиться с выскочками из Братства. Тем не менее, он убит.

Взгляд альтмера упал на статую Молаг Бала, который был покровителем некромантов, а значит и самого Арбаддона. Безумная и аморальная мысль тут же зародилась в голове колдуна. Он встал, подошел к своему обитому железом сундуку и начал выталкивать из него различные предметы: серебряный нож, черные нитки с толстой иглой, два рунных камня, перчатки...

- Ты привезла тело?- спросил некромант, не отрываясь от поиска инструментов.

- Да, я похороню его в пустыне, после бальзамирования в храме,- сквозь слезы ответила девушка.

- В этом нет необходимости,- выпрямился Арбаддон, сжимая в руках маленький чемоданчик, в который он уложил все, что вытащил до этого. - Твоего брата еще можно спасти, Саи, и я сделаю это.

- Если владыка изволил шутить...- Зло начала каджитка, сверкнув глазами.

- Нисколько. Жди здесь, эта ночь для меня будет бессонной.

Колдун вышел из шатра и прошагал к специальному ящику, в котором перевозила труп своего брата Саи. Один из пахмаров, лежащий недалеко от него, резко поднялся и зарычал на альтмера. Тот повернулся и взглядом пригвоздил рычащего к земле, после чего открыл крышку и посмотрел на тело Рокшаса.

- Ну, наемник, кто приказал умирать?- Ласково спросил Арбаддон, потрогав мертвого. - Пора вновь в строй, пора продолжать сражаться!

Пески наблюдали за мерзким противоестественным ритуалом всю ночь, ужасаясь тому, с каким маниакальным упорством высокий эльф разрезал, обрабатывал и сшивал мертвую плоть, читал заклинания, вкладывал внутрь черный камень душ и рунные камни.

Закончив собирать по кусочкам тело и разум мертвого наемника, Арбаддон торжественно сказал:

- Добро пожаловать назад в Эльсвейр, Рокшас.

Из гроба что-то захрипело, пытаясь дышать сквозь отмершие и оледеневшие легкие.

Ритуал был завершен.

 

Ссылка на комментарий
Поделиться на другие сайты

  • 2 недели спустя...

Ночи Пустоты

 

 

Глава 8

 

 

Разглядывая пластину-ключ Пришедших-До, лежащую на письменном столе Р’Таша, Альтибб впервые за все время пребывания в Дюне чувствовал, что их с писцом поиски Наследия продвинулись вперед. Да, они стали действительно ближе к цели – но какова цена? Разве то, что хранится там, под Дворцом, стоит такого количества жизней? Сутай вспомнил лицо улыбающегося и машущего М’Зарго и вздрогнул, когда он возник перед его глазами с той ужасной раной, не совместимой с жизнью, окруженный такими же мертвыми окровавленными стражниками, случайно вмешанными в это противостояние.

Кто заказчик? Вопрос был действительно простым для бойца, ведь он знал только одну действительно серьезную силу, противостоящую Братству – Орден Незримого Храма, или попросту Храм. Алчные деспоты с ярко выраженной манией величия, жестокие богачи, трясущиеся только о своих деньгах, лживые богопоклонники, управляющие человеческими массами – кровь десятков таких членов Ордена уже успела покрыть лапы Альтибба по локоть. 

Храм охотился за артефактами Пришедших-До, с помощью которых создавал события, ведущие к гибели невинных и расширению влияния фракции или государства, управляемого выходцами из Ордена. Иногда эти события кажутся такими мелкими и несерьезными, что летописцы даже не указывают их в своих работах, или же представляют их в виде сухих неинтересных фактов, якобы бесполезных при анализе того или иного периода времени. Иногда они идут бок о бок с чем-то более важным и серьезным, таким образом растворяясь в работах историков. Еще есть случаи, когда у произошедшего события находят другие, будто бы более веские причины, полностью изменяющие представление о том, что уже свершилось. Орден умеет заметать следы, создавая вокруг всех обитателей Тамриэля иллюзии, безропотно принимаемые за чистую монету. Ублюдки.

- О чем задумался, аалитер?- Раздался голос Р’Таша.

- Да так,- оторвался от размышлений Сутай. Писец продолжал штудировать дневник Черима, пытаясь понять, что еще знал гобеленщик о ключах. Альтиббу казалось это бессмысленным, но он решил не высказывать свои мысли Р’Ташу, чтобы не нагнетать обстановку - напряжение после событий в Караван-Сарае будто витало в воздухе убежища.

- Я знал, что мы рано или поздно привлечем внимание тех, кто параллельно с нами ищет ключи,- не отрываясь от книги, проговорил писец. – Храму нужны артефакты Пришедших-До, без них тяжело удерживать контроль над тысячами людей. 

- Кто здесь представляет интересы Ордена? – Спросил боец, глядя на собеседника. Его раздражало то, что Р’Таш не поднимал взгляд, отчего Альтиббу казалось, что он говорит со стеной. – Король этого города, очередной богач?

- Мне кажется, Ра’Скарр лишь выполняет волю того, кто был прислан сюда,- перелистнув страницу, продолжал писец. – Скорее всего, это посол Доминиона Альдмери, выполняющий и задачи Талмора, и задачи Храма. Не исключено, что миссия, с которой его сюда послал Доминион, была навязана этим альтмерским аристократам членами Ордена.

- Выполнение работы чужими руками… - Медленно изрек Сутай, взяв в руки треугольную пластину.

- Именно, аалитер. Даже Империя Септима имела, да и, возможно, сейчас имеет высоких чиновников, преданных Храму и представляющих их интересы. 

- Но ведь Империя – главный враг Доминиона! – Удивленно произнес Альтибб. – Как же такое может быть, что Храм поддерживает и ту, и другую сторону?

Писец вздохнул:

- Храм выше этого, выше Империи и Талмора. Выходцы из него заботятся только о сохранении идей и продолжении работы своего Ордена, просто внедряясь в государственную систему и используя ее. Наверное, именно поэтому Орден Незримого Храма существует так долго. Так же долго, как существует наше Братство.

Комната погрузилась в молчание, лишь слегка потрескивающий огонь не давал завладеть полнотой власти гробовой тишине. Сутай обдумывал слова, сказанные Р’Ташем, а сам писец продолжал концентрировать внимание на своем деле.

- Кажется, я что-то нашел! – Вдруг заголосил собеседник Альтибба, жестом подзывая к себе, однако боец решил не покидать своего места. – Здесь есть одно изречение, на языке Пришедших, вот,- он возбужденно ткнул пальцем в строку и зачитал: - «Первый сокрыт на том же месте, где и должен быть. Второй у меня, а о третьем знает «молчаливый музыкант». К сожалению, он неграмотен.» Понимаешь?

- Нет,- честно ответил Сутай, недоуменно косясь на Р’Таша.

- Арр, аалитер! – Возбужденно взмахнул руками писец. – «Молчаливый музыкант» неграмотен, и Заик понимает, что никак не сможет узнать, где же третий ключ. Это может значить лишь одно…

- Неграмотный «молчаливый музыкант» попросту немой,- догадался Альтибб.

- Именно! – Обрадовался Р’Таш. – Я знаю лишь одного известного немого музыканта Дюны, с которым мог быть знаком Черим.

Боец встал и выпрямился:

- Тогда идем.

Похоже, следующий шаг не заставит себя долго ждать.

***

Солнце палило нещадно, и Король, дабы не испытывать неумолимый зной, отправил слугу за опахалами, оставленными в опочивальне. Сидя на любимом месте Королевской Библиотеки – за одним из столиков, стоящих вдоль стены, - Ра’Скарр читал «Игру за обедом», воображая себя в роли короля Хелсета, так ловко раскусившего предателей среди своих советников и соратников. Вообще Король Дюны всегда считал себя лучше большинства правителей Тамриэля – уж эльсвейрских так точно: другие короли каджитов представлялись ему все теми же вождями племен – просто племя выросло до размеров города, а по сути ничего не изменилось: законы древности, вроде "око за око", шаманские ритуалы, непросвещенность и дикость народа – все так и осталось на своих прежних местах. Наверное, именно поэтому он любил читать о развивающихся провинциях, таких как Морровинд ( и то - сейчас, после Красного Года и Жесткого Залива, трудно было назвать данмерскую страну хотя бы безопасной), Сиродиил - колыбель империй, или Саммерсет, мечтая когда-нибудь привести Эльсвейр к подобному процветанию.

В Библиотеке, помимо Короля и его цепного пса Ла’Шхула, копошились также альтмерские ученые мужи, вырядившиеся в робы и изучающие каждую книгу на полках. Кто-то степенно расхаживал, уткнувшись в записи, другие рассматривали книжные полки, изучая каждый лист каждого фолианта каждой серии... По их горделивым физиономиям не было понятно, продвинулись ли они в своих исследованиях или до сих пор топчутся на месте, ведь результаты они докладывали не Ра’Скарру, а этому некроманту Арбаддону. 

Несмотря на ненависть к этому эльфийскому колдуну, Королю было очень важно сохранить его расположение. Альтмер являлся его ключом к правлению провинцией – именно талморская армия должна была стать силой, с помощью которой он склонит города и деревни страны сахара, покорит пустыню и превратит ее в истинно великое государство, подобное или даже превосходящее Империю или Доминион.

Ожидание опахал уже становилось затянувшимся, и Ра'Скарром начинал овладевать гнев. Только он собирался отправиться за нерадивым слугой и заняться увлекательнейшей казнью через обезглавливание, как из ниоткуда резко подул холодный воздух, взвихривший несколько листов и пошевеливший страницы раскрытых книг. Через секунду недалеко от места, где сидел сам Король, образовался портал - рваная черная дыра размером с широкий пещерный вход, зрительно "загибавшая" в себя окружающее пространство, из которой быстрым шагом вышел Арбаддон и его спутник-каджит. Даже сбоку было видно, как лицо альтмера пылает яростью, он нахмурился и оскалил зубы, остановившись перед замершими талморскими учеными.

- Вы, грязные твари!- Начал кричать некромант, усилено жестикулируя руками. - Почему ваши исследования еще не принесли плодов, в то время как чертовы кошки, пробравшиеся сюда, уже обнаружили один из трех ключей, а?! Отвечай!- Арбаддон рукой указал на одного из исследователей, после чего дернул ладонью вниз, отчего бедняга упал на колени и заорал.

Некромант поднял вторую руку, и одновременно с ней поднял правую руку ученый, на пару секунд переставший кричать и умоляюще смотрящий на колдуна. Резкое движение пальцами - и рука с неприятным хрустом неестественно согнулась в локте, после чего альтмерский ученый муж вновь закричал и упал на спину, пытаясь выпрямить руку назад.

- Вот вам наглядный пример кары за плохую работу, черви!- Огласил эльф, после чего подошел к пришедшему с ним каджиту и приобнял его за плечо. - Ах да, это мой новый воин. Вернее сказать, обновленный воин. Представься им, пожалуйста.

Каджит вышел на свет, и Ра'Скарр смог получше рассмотреть его. Зрелище повергло его в настоящий шок: горящие зеленым огнем глаза и уродливый, жуткий оскал клыков, покрытых кровью и немного прогнивших, жесткая потрепанная шерсть, присущая только мертвецам его расы, угольно-черного цвета, местами немного седая и облезлая, сквозь которую проглядывали толстые окровавленные нити. Одет он был в черные прямые широкие штаны, а туловище скрывала черная рубашка без рукавов, у которой было две все таких же черных широких полосы из жесткой ткани, сшитых на поясе, проходящих через плечи, прикрывая наплечники, и также соединенных на спине. Кусок ткани свисал между ног с черного кожаного пояса, по центру которого была закреплена металлическая бляха в виде черепа без нижней челюсти, поверх которого был выгравирован крест. Из-за спины виднелись две рукояти мечей, а на запястьях каким-то непостижимым образом были закреплены две вычурных утренних звезды с четырьмя длинными шипами.

- Узгхаал,- глубоким потусторонним голосом представился он.

- До своего... Кхм, перерождения,- вновь заговорил Арбаддон, с гордостью глядя на спутника, - Он носил вполне каджитское имя Рокшас, но теперь он ведь выше этой принадлежности, верно?

- Да, мастер,- не задумываясь ответил Узгхаал.

Зловещая улыбка промелькнула на лице альтмера.

- Теперь Узгхаал продемонстрирует вам свои способности!- Молвил Арбаддон, отходя от своего воина. 

Отточенным движением руки воин-нежить отсоединил морнингстар от левой лапы, и все увидели, что он был закреплен на цепь, чьи кольца выходили прямо из плоти Узгхаала, которому, похоже, было все равно. 

Пострадавший от колдуна альтмерский ученый, уже стонущий, отползал в сторону, стараясь не смотреть в сторону некроманта. Глаза воина полыхнули, и он выбросил утреннюю звезду в сторону исследователя. Ржавая цепь достигла цели, преодолев больше половины библиотеки, и размозжила голову эльфа, облив окружающих ученых внутренностями его черепушки. Парочку талморцев одолел рвотный позыв, и их вывернуло прямо на чудесные полы Библиотеки.

- Все понятно, черви?! Вы должны найти ключ, ясно? Высшая раса не может оказаться глупее дикарей из пустыни! - Проговорил Арбаддон, развернувшись, сделал несколько шагов к порталу и встретился взглядом с Ра'Скарром. Король чувствовал напряжение эльфа, потому улыбнулся, раздражая того еще больше. Некромант, плюнув на пол, забежал в пространственную дыру, и каджит-нежить последовал за ним. Громкий хлопок - и портала не стало.

Король, довольный тем, что застал этого высокомерного колдуна разозленным, перевел взгляд и увидел стоящего в дверях сутая, сжимающего огромное опахало и испуганно глядящего на своего повелителя. Ра'Скарр нахмурил брови, и медленно вздохнул. Этот слуга нравился ему, но оставить его в живых значило бы потерять авторитет, который он завоевал, бродя через багровые реки. 

- Ла'Шхул, убить его, публично,- спокойно скомандовал Король. - И попроси еще чашечку холодного чая у З'Урхи - у нее он выходит отменно,- бросил он вслед своему телохранителю.

Чашечка холодного чая была бы определенно очень кстати.

***

В новой одежде - хотя новой ее можно было назвать только потому, что Альтибб впервые одел эти дряхлые штаны в пятнах грязи и пропахшую скуумой рубаху, которой обычно одаривают заключенных ввиду ее дешевизны и простоты - Сутаю было непривычно: уж больно нравилась ему роба, в которой он перенес столько радости и горечи. Тем не менее, нужно было замочить ее в воде, чтобы кровь наемника, которого боец убил в Караван-Сарае, сошла и вернула робе прежний цвет. Более того - слишком уж часто они с Р'Ташем были замечены в одинаковых одеждах, и наверняка этот внешний вид уже привлекал городскую стражу.

Они с письцом шли по улице, особо не таясь, но и стараясь не привлекать внимание. Сопровождающий Альтибба был одет в старый потрепанный халат грязно-коричневого цвета, а его голову укрывала черная квадратная шляпка без полей с вышитыми золотыми узорами, которую он достал из кармана, когда снимал свою робу. Сутая она очень позабавила, особенно тем, что она была складной и легко умещалась в маленьком потайном кармане за пазухой, и тем, что носитель приобретал внешнее сходство с работниками независимых эльсвейрских строительных групп каджитов, раздувавших трубки прямо на работе, или с бандитами-орками, которые ошивались в трущобах Оркреста - хотя трущобами там можно было назвать любой район этого орочьего города, от рынка до центральных улиц.

- Так приятно, - произнес Р'Таш, вышагивая по желтой, словно облитой солнечным светом дороге и глядя по сторонам,- так приятно просто, не прячась и не избегая случайных глаз, гулять по Дюне. Ах, какая же она прекрасная -Жемчужина Анеквины!

Здесь, у входа в Высокий Квартал, зрелище было действительно завораживающим. По обе стороны одновременно изящные и простые здания, украшенные стеклянными витражами различных цветов, отсвечивали и окрашивали однотонную массу песка и камня на улицах в яркие переливающиеся краски, будто бы только что сошедшие с палитры гениального сиродиильского художника. Не было привычных для города навесов уличных торговцев - отсюда начиналась закрытая для них территория, установленная древними королями еще в стародавние времена. Впереди же каджитам открывалась большая арка ворот, ведущих в квартал особняков, где уже побывали однажды спутники, ошарашив своим визитом гибкую и сильную, как молодую ветвь из садов Коринта, госпожу Шатиру Черим. Врата, обрамленные в резные колонны, были открыты, однако не туда сегодня лежал путь странников.

Они вышли на широкий двор, вымощенный белым камнем, посреди которого стоял фонтан, искрящийся веселыми бликами на солнце. По обе стороны от него стояли два удивительно точных изваяния пахмаров, из белого и черного мрамора. Казалось, еще секунда, и эти "стражники" бросятся вперед, мигнут, поиграют хвостом или просто улягутся на землю - столь великим было мастерство скульптора, когда-то преподнесшего правителю города эти статуи. Горожане любовались этой необыкновенной композицией, сидя на каменных скамьях, расположенных поодаль, ближе к великолепным домам и зданиям, укрывшись в тени посаженных предками пальм.

Альтибб даже не заметил, как остановился: он не сводил глаз с чудесного, будто выловленного из другого мира - великого, древнего и прекрасного, где на заре создания пели и танцевали еще юные, задорные богини, чья красота опьяняла и заставляла творить молодых и могучих богов хоть немного похожую на нее природу, которая, хоть и считается сейчас величайшим проявлением силы Всевышних и заставляет трепетать душу при одном взгляде, была лишь блеклым ее отражением, - места, поражаясь при осознании того, что все это сделали не какие-то высшие силы, а такие же смертные каджиты, со своими проблемами, заботами и надеждами. Они были создателями чуда, а время даже не сохранило их имен.

Писец окликнул Сутая, и он, нехотя оторвав взгляд, проследовал за ним в трехэтажный дом красного цвета - видимо, глина для его постройки добывалась из недр Пеллетины, где можно встретить пустыни цвета проржавевшего железа,- с деревянной отделкой, чем-то напоминающей леявиинскую архитектуру, но лишь отдаленно. Крышей являлся позолоченный купол, похожий на тот, что украшал Дворец Дюны, но поменьше; середина фасада здания полукругом выступала вперед, будто башня, а на вершине третьего этажа заканчивался балконом, закрытым навесом. Писец поднялся по трем широким ступенькам, дождался своего спутника и легонько толкнул дверь из отполированного металла, увлекая Сутая внутрь.

 

Они оказались в пустом маленьком коридорчике, между входной дверью и дверью в зал. Внутри оказалось прохладно, в отличие от обжигающей улицы, и Р'Таш снял свою шляпку, сложив ее и засунув в левый карман, после чего слегка распахнул плащ. 

- Ну вот мы и здесь, аалитер,- гордо проговорил писец. - "Жемчужная Ракушка". Это - здание аристократов, окруживших себя лучшими музыкантами города, а по сути - дом удовольствий. Мы одеты неподобающе, но сейчас исправим это.

С этими словами каджит вытащил из своей сумки, умело спрятанной под халатом, два свертка и бросил на пол. Альтибб подобрал один из них и развернул - это оказался комплект аккуратно сложенной легкой одежды из черного шелка с белыми узорами. Сутай улыбнулся и поспешил стянуть с себя одеяние нищего, заменив его наконец чем-то достойным.

- Как ты уместил это в своей маленькой сумке?- Переодеваясь, спросил боец.

- Магия, аалитер. В некоторых областях Тамриэля известна как "бездонность". Помогает не обременять себя вьюками, однако вес, конечно, никуда не исчезает. Довольно-таки старая уловка.

Уже через минуту в зал вошли два опрятно одетых и приятно пахнущих каджита, по которым совсем нельзя было сказать, что они только что стягивали с себя рваные обноски. 

Убранство зала было очень изысканным и изящным: высокие окна, задернутые красными шелковыми занавесками, деревянный пол, укрытый круглым алым ковром без узоров, стены увешаны картинами и гобеленами, а в некоторых местах стояли обнаженные мраморные и золотые статуи любвеобильной богини Дибеллы, изображенной в разных позах, возбуждающих в сознании страсть к плотским утехам. Красные диваны, которые можно было закрыть ширмой, похоже, предназначались как раз для этого.

На небольшой сцене у заднего окна стоял громоздкий белый рояль, явно из Сиродиила, но место рядом с имперским гигантом было пусто. Тем не менее, музыка лилась, и музыка эта была... неописуема. Альтибб не знал, как можно описать то, что напоминало ему легкое щебетание птиц из джунглей Тенмара, спокойные волны, накрывающие сенчальский берег, высокое пение юной девы, встреченной однажды в Леявиине, капли дождя, благодатного пустынного дождя, заставшего его после жары в Не-Квин'Але. Сутай шарил глазами, стараясь найти источник звука среди всей этой роскоши, и он нашел его.

Среди богато одетых каджитов всех пород и окрасов, с их слугами и куртизанками, за арфой стоял просто одетый ом-рат, чью шерсть уже тронула седина. Глаза его, изумрудного цвета глаза, были такими же глубокими, как и у Гривы на гобелене Зайка Черима, увиденного им однажды. Так выглядел тот самый "молчаливый музыкант" - ключ к следующему ключу.

Сутай прошагал к музыканту, который, словно что-то почувствовав, замер и неотрывно следил за приближающимся каджитом. Альтибб, остановившись, посмотрел в глаза старику и выставил ладонь вперед. В тот же миг ладонь музыканта с его огрубевшими от постоянной игры пальцами коснулась мозолистой лапы бойца.

Поток цифр, так непривычно теперь... Ноль-Один-Один... Пространство заволокло туманом, или дымом? Пролетели уже десятки чисел, и появились две фигуры, постепенно принимающие форму. Музыкант, да, с широко раскрытой пастью, а рядом... Рядом был Король. Нет, не Ра'Скарр - это был его брат, которого Альтибб видел лишь однажды. Да, боец, тогда еще совсем молодой, прекрасно запомнил Короля...

 

... Воды вроде еще хватало, а вот с едой у У'Трада были проблемы. У него уже второй день сосало под ложечкой, а до монастыря было два или три дня пути. Его роба уже насквозь промокла, но снять ее - значит получить солнечный удар, и тогда точно умереть, став добычей зверей или песка.

У'Трад оглянулся через плечо и посмотрел на сына. Тот, совсем понурый, медленно брел за отцом. На голове ребенка был платок, а тело укрывали укороченные штанишки и жилет из парчи. Бедняга еле шел, и сердце каджита обливалось кровью, когда он вспоминал, что сын, хоть и не ел столько же, сколько он сам, безропотно продолжая движение.

Любой, кто взглянул бы на эти две фигуры даже издалека, безошибочно определил бы, что они в очень плохом состоянии. Даже просто потому, что они шли пешком по тропе в пустыне, длинной и полной опасностей. Если бы кто-то приблизился, то увидел бы, что одежды были изорваны, кое-где пропитаны засохшей кровью. Сквозь дыры в робе на теле У'Трада проглядывали затянувшиеся ( а кое-где и сочащиеся) раны, но ему нечем было обработать их, и потому каджит лишь прижимал лапой там, где болело больше всего. Сына, к счастью, никто не тронул.

Преодолев несчетное расстояние, где-то через часа три У'Трад поднял голову и разглядел пыльное облако. "Песчаная буря," - пронеслась в голове страшная мысль. Он пристально начал вглядываться в даль, пытаясь опровергнуть свой совсем неутешительный прогноз. Для него и его мальчугана песчаная буря означала бы погребение под толщей песчинок и, скорее всего, скорую смерть, поэтому он облегченно вздохнул, увидев, что источниками такого облака стали скачущие на верблюдах всадники.

Когда стал слышен топот, У'Трад вновь поднял голову и остановился. Сын, следовавший за ним, уткнулся головой в спину каджита и поднял усталый взгляд на отца.

- Кажется, там добрые люди, Альтибб,- проговорил У'Трад и закрыл рукой солнце, присматриваясь к скакунам и их наездникам. Это были рослые воины, одетые в бордовые одежды, с кривыми мечами на поясах и копьями в правых лапах. Они улюлюкали, кричали и размахивали оружием, будто показывая небесам и барханам, что они есть настоящая сила в этих пустошах. За ними медленно шла какая-то большая тень, неразличимая в облаке пыли.

Один из алых всадников заметил каджита, и вся орава бросилась к ним, поднимая гул еще более громкий, чем стоял до этого. У'Трад начал сомневаться в том, что это была для него с сыном удача - встретить сих скакунов здесь, в безлюдной пустыне, где никто не узнает об их грязных делах.

Наездники уже прискакали, и, остановив верблюдов ( кое-кто даже поднял верблюда на дыбы, пытаясь запугать странников), громогласно окрикнули бредущих:

- Что здесь, в центре губительной пустыни, делают два пеших каджита, один из которых еще даже когтей толком не отрастил, а?

Всадники засмеялись, а У'Трад решился заговорить:

- Приветствую вас, великие воины! Мы с сыном лишь бредем домой из дальних краев, на верблюда нам не хватило монет, поэтому пешком. Надеюсь, мы не омрачили вашего путешествия.

Воины переглянулись, и один спешился, ударив копьем в землю и оставив его там торчать, после чего подошел к У'Траду и приказал:

- Встань на колени, смерд. 

Бродяга, хоть и был готов на все, что угодно, лишь бы избежать неприятностей, понял, что живым ему, если он подчинится, не уйти. Всадники определенно хотели расправиться над путниками, случайно встреченными здесь, поэтому действовать нужно было быстро. Однако У'Трад все же надеялся на бескровный финал, и потому попросил:

- Воины, мы лишь бедные странники, мы ни в чем не виноваты. Простите нас за то, что вы встретили меня и моего сына, мы обещаем никогда больше не тревожить вас.

Солдат, оскалившись, схватился за рукоять меча. Ему, Кровавому Шарфу Короля Дюны, не хотели подчиниться жалкий бедняк с его отпрыском! Это было неслыханно, и подобное неповиновение должно быть смыто кровью. Он зарычал и резко вытащил свой огромный широкий меч, больше подходящий для охоты на великанов Севера.

Воин моргнул. Зря. Альтибб знал своего отца, поэтому знал, что такая оплошность обойдется его противнику в жизнь, не меньше.

Его рык оборвался в следующее мгновение, превратившись в хрип умирающего: У'Трад, воспользовавшись секундой, молниеносным движением проткнул лапой горло воина, погрузив когти в теплое и мягкое мясо.

Всадники не сразу поняли, что произошло. Крики затихли, затих и смех, звучащий все это время. Бродяга вытащил лапу, и струя крови обрызгала его, а солдат с разорванной глоткой повалился на спину. 

- Убить его!- Наконец закричал кто-то из наездников, и пустыню вновь оглушили крики. Но это были уже не крики хозяев судьбы, нет: это были крики ярости и злобы, крики отмщения, которые предвещали только одно - смерть.

Несколько солдат спрыгнули с верблюдов, вытаскивая на ходу свои ятаганы, другие же решили разобраться с непокорным каджитом верхом, покрепче сжав копья и пронзая взглядами путников.

- Стой за моей спиной, Альтибб, - промолвил отец сыну, пока алые воители сокращали дистанцию. Сын лишь еле заметно кивнул, испуганно глядя на озлобленных солдат.

 Один из алых воинов сделал выпад, пытаясь пронзить У'Трада, однако острый клюв клинка оказался менее проворным, чем каджит, и лишь немного скользнул по левому плечу. Точный удар по обвивающей рукоять лапе солдата - и тот, вскрикнув, выпустил меч, а бродяга, не теряя ни секунды, подаренной Алкошем, обхватил обвитую тюрбаном голову своего противника и нанес пробивающий удар коленом, разбивая нос и ломая челюсть. Потом еще и еще, пока тело обезоруженного не обмякло и не повалилось на горячий песок.

- Р-р-ра! - Громко рыкнул один из Красных Шарфов и взмахнул ятаганом, очертив круг у самой груди У'Трада. В этот же момент всадник отряда замахнулся копьем, прицеливаясь точно в каджита и стремительно приближаясь на своем верблюде. Лапы бродяги вцепились за шиворот промахнувшегося солдата и потянули его на себя, подставляя под удар наездника. Наконечник копья, которое держал воин на бегущем верблюде, проломил череп Шарфа и застрял, а У'Трад ухватился за древко и дернул его изо всех сил. Всадник не удержался, и его на полном ходу вырвало из седла: он с громким хрустом упал вниз головой в песок и больше не поднялся.

- Что происходит здесь?! Кровавые Шарфы, что за бойня?! - Властительным, твёрдым голосом раздалось над побоищем.

Бродяга оглянулся и увидел, что к верблюдам присоединился огромный белый слон, на котором в богато украшенном золотом седле расположился тучный бежевый сутай с черными полосами от носа. Одет он был в шелковые белые одежды с огромным тюрбаном того же цвета, напоминавший золотой и блестящий на солнце купол Дворца Дюны. Все солдаты в алом, пытавшиеся до этого окружить бедняка, выстроились перед слоном и его хозяином в одну линию. Было видно, как их лицо исказил страх.

- Король спрашивает вновь!- Пристукнул кулаком толстяк.

- Бродяга напал на нас, повелитель!- Тут же дрожащим голосом ответил один из Кровавых.

- Он? Напал?- Недоверчиво протянул Король, разглядывая У'Трада. - И вы, доблестный отряд самого Короля Дюны, понесли потери?! Неслыханно! 

Тучный каджит похлопал слона-альбиноса, и тот неторопливо подошел к бродяге.

- Значит, ты,- начал Король,- убил четырех солдат из моего личного отряда и до сих пор стоишь на ногах?

- Похоже на то, владыка,- пожал плечами У'Трад и бросил быстрый взгляд на мертвых воинов.

На лице толстого и влиятельного каджита промелькнуло удивление. Однако! Какой-то бродяга разобрался с Кровавыми Шарфами Дюны, которые слыли одними из самых лучших бойцов Эльсвейра. И если хоть кто-то узнает об этом, то его репутации, репутации всего города достанется от завистников и соперников, и по всей стране поползут гнилые слухи о том, что элитных воителей Дюны сможет отделать, как котят, даже ребенок! 

- Что ж, каджит,- вкрадчиво заговорил Король, прищелкнув пальцами. Слуги осторожно сняли своего повелителя со слона, а он ,между тем, продолжал: - Ты оказался способным, и я желаю принять тебя в свой отряд.

- Я не желаю...- начал было У'Трад, но осекся, осознав, что это пока его единственный выход.

- Итак,- толстяк проковылял к бродяге. - Встань на одно колено и склони голову перед своим новым повелителем!

Каджит нехотя повиновался, упершись своим разодранным правым коленом и пустив взгляд на песок под ногами Короля.

- Я, великий владыка города Дюна, - раздалось над бродягой,- провозглашаю тебя своим служителем и теперь... лишаю тебя жизни!

У'Трад увидел блик на земле, и в следующий миг почувствовал, как в шее застряло что-то холодное. Он упал на бок, пытаясь руками убрать причиняющий ему столь сильную боль предмет, и нащупал рукоять короткого ножа. В глазах потемнело, жидкость - кажется, кровь - потекла по телу. Издав  свой последний, полный отчаяния и сожаления хриплый вздох, У'Трад умер.

 

... Картина смерти самого близкого Сутаю каджита встала перед глазами Альтибба настолько явно, что по щеке потекла маленькая слеза. Он заморгал, стараясь скрыть ее, поспешно отвернулся от музыканта и посмотрел на писца.

- Это был Король, брат Ра'Скарра...

- И мой отец, так или иначе!- Во внезапно наступившей тишине раздался звонкий голос, и спутники, обернувшись, увидели молодого ома, облаченного в черный вычурный костюм на манер имперского, но с элементами каджитской культуры - штаны были более широкими к низу, как и рукава, элегантный черный шарф в темно-красную полоску, узорчатость там и тут - словом, этот аристократ смог объединить в этой одежде и высокую культуру Сиродиила, и дань эльсвейрским традициям.

Новоявленный был окружен двумя стражами, чья кольчуга была мифриловой, штаны и ботинки кожаными, а платок на голове, удерживаемый веревочным обручем - зеленого цвета, как и короткий плащ на плечах, едва прикрывавший спину. Два коротких клинка на поясе, прямых и обоюдоострых, были в черных кожаных ножнах, украшенных какими-то знаками. Это были определенно не королевские стражники, нет: это была другая сила, которая, похоже, считала, что она должна решать то, что произойдет в городе.

Ом махнул рукой, повелевая паре последовать за ним по лестнице из красного валенвудского дерева, и каджиты подчинились. После недолгого преодоления закрученных спиралью ступеней, все, кроме оставшейся в коридоре стражи, зашли в просторную комнату с задернутыми шторами, посреди которой стоял длинный и тяжелый стол, заставленный едой и всякой утварью.

- Это сын бывшего Короля и племянник Ра'Скарра, Дж'Кафта,- шепнул Альтиббу Р'Таш, увидев вопрошающий взгляд. Они сели за два соседних кресла, ожидая действий собеседника.

- Именно так,- улыбнулся аристократ, усаживаясь во главе стола,- хотя в народе я сейчас больше известен как Король-Без-Престола, Забытый Принц или Зеленый Дракон,- при последних словах бойцу показалось, что у юноши сверкнули глаза. - Однако мое истинное имя - Дж'Кафта, и, надеюсь, когда-нибудь именно оно станет обозначением Короля Дюны. И вы, два монаха, поможете мне в этом.

Альтибб нахмурился:

- С какой это стати? Мы не инструменты в руках правителей!

- Однако и у вас есть интересы, хоть и до сих пор неведомые мне,- Дж'Кафта вытащил из-за пазухи светящуюся пластину. - Вы ведь охотитесь за этим, верно?

Ключ. Еще один ключ от Наследия Пришедших-До. 

- Откуда?- Округлил глаза Сутай, рассматривая вещицу.

- Ох, это долгая история,- вздохнул Принц. - Одна из таких пластин долго валялась в сокровищнице Дворца, пока мой любезный дядюшка не решил провести осмотр и пересчет того, что осталось после моего отца. Сейчас она в его руках, именно это удерживает с ним поддержку от Талмора.

У меня, как вы видите, тоже есть подобный треугольник, но достался он мне далеко не так легко, как Ра'Скарру. Мой дед, великий Король, правящий еще в Третьей Эре, владел им, оберегая от лишних глаз и лап, и я подозреваю, что первые вожди, обосновавшиеся со своими племенами здесь, на этом месте, имели все эти пластины, для кого-то или чего-то хранив, просто потом потеряв их значение в вихрях времен и перестав беречь. Однако потом он, видимо, решил навсегда расстаться с этой загадкой, еще и оградив от нее всех других. В последний раз его видели живым - и с пластинкой, разумеется,- перед походом во Врата Обливиона, на битву с полчищами демонов.

Как я догадался об этом? Ха, вопрос интереснейший, - он откинулся на спинку кресла, уставившись в белый потолок, с которого свисали пара красных стягов, в то время как его слушатели ловили каждое слово. - Знаете, трудно не заметить принцу - и претенденту на трон, разумеется, - указ своего деда, который гласит об отрезании языка своему бывшему слуге и его сыну. Мой отец выполнил это жестокое повеление, лишив языка Джо'Фахха, музыканта, с которым вы познакомились внизу. Я же решил найти причину подобного наказания, и нашел дневник слуги моего деда, оказавшегося, по счастью, грамотным. Он провожал Короля в этот последний поход и знал, что он хотел унести с собой.

Найти волшебника в Эльсвейре, который сумел бы открыть мне врата в царство тьмы, оказалось очень трудно. Найти там, в костях моего предка, эту вещицу - еще труднее.

- Но зачем?- Заговорил наконец Р'Таш. - Для чего вам нужна была эта пластина?

- Мой дядя сумел с ее помощью привлечь к Дюне око Талмора, - ответил Дж'Кафта. - Я думал, что смогу вернуть себе трон, если покажу, что обладаю той же вещью, что и мой... соперник.

- Что вы хотите от нас?- Прямо спросил Сутай, сосредоточив взгляд на Принце.

- Вашу поддержку при моем восхождении на трон. Мне не нужны всякие артефакты и древности - их вы можете забрать себе, но только после того, как я лишусь претендентов на мое королевство.

- Почему мы? - Задал вопрос писец, сложив руки на груди.

Принц опустил голову, посмотрел на каджитов и, вздохнув, промолвил:

- Больше некому. О вас говорят, вы стали примером для угнетенного Ра'Скарром народа, разве вы не заметили? Режим моего дяди кровав и ужасен, и все знают, что я не такой, но никто не осмелится восстать против него, если не будет яркого примера. Пустота в душах простого люда заполнится, придавая им сил на свержение тирана. Да разве каджиты хоть раз шли против своих господ-королей?! У них нет опыта, но есть сила, которую они скрывают или считают никчемной и бесполезной. Так будьте же светом луны, который укажет путь!

Мысли сплелись слизистым клубком прямо в голове Альтибба. Если третья печать действительно была в руках Ра'Скарра, а вторую сжимал этот жаждущий власти Король-Без-Престола, то эта неожиданная встреча - действительно подарок богов. У молодого принца были войска и влияние в городе, спутники же лишь обладали одним из ключей: ясно, что в одиночку противостоять тирану в погоне за Наследием не получится, и Дж'Кафта являлся очень нужным союзником. Однако подарок утром может оказаться погибелью вечером - каковы истинные мотивы Принца? Не вступил ли он в сговор со своим дядюшкой, решившим заманить их в ловушку?

- Мы согласны,- громом в уме Сутая раздался голос Р'Таша. Альтибб выдохнул, выгоняя все свои догадки, и посмотрел на писца.

- Прекрасно,- просветлел Принц, и взял со стола бокал с вином, поднимая его. - За союз, который определит судьбу Дюны!

- За союз!- Донеслось в ответ, и вкусная полусладкая жидкость мигом отправилась в каждого сидящего в комнате.

***

- Забавно, правда?- Спросил Король, больше бросив слова в пустоту, чем адресовав кому-либо.

Ла'Шхул, усевшийся на полу, скрестив ноги, перестал затачивать свои клинки и поднял удивленный взгляд на сидевшего у балкона, за своим маленьким столиком, Ра'Скарра. Никого больше не было рядом, и он подумал, что его величество просто поразмыслило вслух. Лязганье снова заполнило зал.

- Забавно, что Арбаддон завел себе воина, да еще и нежить, не так ли, Ла'Шхул?

Без ошибок: это был действительно вопрос, и он действительно был задан воину. Изумляясь и пытаясь припомнить последний раз, когда с ним вот так просто говорил его повелитель, он решил спросить сам:

- Что же забавного, владыка?

- Ну как же,- стряхнув крошки от сахарного печенья с ворота одеяния, продолжал Ра'Скарр, - такой великий колдун делает себе охранника. Неужто тебя испугался, а, цепной пес?

- Вряд ли, владыка,- честно ответил воитель, положив на пол и меч, и точильный камень. - Скорее всего, у него были другие причины создать этого... Эту тварь.

- Например?- Не унимался Король.

- Для поиска тех двух каджитов, владыка, - промолвил Ла'Шхул. - У него, некроманта этого, достаточно сил, но недостаточно времени и терпения для своих планов. А может и нет, возможно Ла'Шхул ошибается.

- Скорее всего,- поправил своего воина тиран, усмехнувшись. 

- Да, быть может, он вступил в сговор с ними и теперь водит вас за нос,- пожал плечами воитель.

Ра'Скарр, свирепым взглядом прострелив Ла'Шхула, возмущенно произнес:

- С чего бы ему обманывать меня?

- А зачем вы Талмору?- Глаза воина встретились с глазами Короля. - Может, он лишь тянет время, и когда придет эльфийская армия, то разнесет наш гарнизон в пух и прах. Этот эльф очень умен и хитер, он мог даже подкупить Ла'Шхула, цепного пса Короля, и тот предал бы своего владыку, пронзив ночью в постели копьем. Забавно, не правда ли?

Застыв и обдумывая слова, сказанные только что, Ра'Скарр с тревогой бросил взгляд на своего слугу, которому он доверял больше всех остальных, хотя бы из-за того, что считал его безвольным.

- Забавно, что у никчемных хозяев иногда стоят на службе выдающиеся слуги, более великие, чем те, кто якобы ими управляет. Цепные псы, сознательно посадившие себя на цепь, да? Забавно?

Договорив, Ла'Шхул встал, подобрал оружие и камень, бросил взгляд на трясущегося от переполнящих его гнева и страха Короля и вышел из зала, оставив тирана наедине со своими мыслями.

В эту ночь великий Ра'Скарр, Король Дюны, не сомкнул глаз, прислушиваясь к каждому шороху; с этой ночи его душа не знала покоя.

Ссылка на комментарий
Поделиться на другие сайты

  • 3 недели спустя...

Ночи Пустоты

 

 

Глава 9

 

 

Принц хорошо позаботился о Р'Таше и Альтиббе, выделив им одну комнату на третьем этаже "Жемчужной Ракушки", которая, как оказалось, являлась его собственным заведением. Комната была просторной, обставленной изысканной нибенейской мебелью - две широкие кровати из черного дерева, укрытые шелковыми зелеными покрывалами, черный рабочий стол с ножками из слоновьей кости и полками по обе стороны от сидящего, высокое деревянное кресло, больше напоминающее трон, пара шкафов, отделенных друг от друга старинным длинным зеркалом, в которое каджиты видели себя в полный рост, а с потолка свисала золотая люстра с десятками малых и больших восковых свечей, которая обращала темную ночь в яркий день, словно приглашая само солнце в окно. Сами же окна, узкие и длинные, можно было закрыть черными занавесками, укрываясь от жары.

Р'Таш и Альтибб нашли себе занятие по душе: писец, в тишине и спокойствии, изучал книги, найденные в этом публичном доме, частенько забираясь на чердак, расположенный прямо внутри купола, где он разглядывал небо в телескоп, подаренный Дж'Кафтой. Сутай же, напротив, облюбовал внутренний дворик за "Жемчужиной", где для него повесили грушу и мешок для битья, а также отыскали жесткий деревянный манекен, перемотанный тканью, который боец крушил часы напролет.

Пропаганда, в которой теперь участвовал Альтибб, вербуя новых членов, привлекала все больше и больше каджитов-горожан, уверенных в несправедливости Ра'Скарра, и со временем у принца набралось достаточно людей для заявления своих прав на трон.

Пару раз Альтибб, под прикрытием ночи, проникал в Высокий Квартал, где изучал режим стражи, охранявшей подходы к Дворцу. После этого он, Принц, Р'Таш и Авентус Лавий, седой имперец, командующий солдатами Дж'Кафты, собирались вместе в том зале, где каджиты когда-то пили за союз, склонялись над картой города и, при танцующем свете свечей, предлагали свои идеи по взятию Обители Королей Дюны. Так, в спорах и решениях, был составлен план захвата, который все восприняли как наиболее верный и безопасный.

- Здесь,- показывал когтем Р'Таш, - мы оставим первый отряд. Когда нам откроют ворота Высокого Квартала, мы займем эту стену и эти башни,- каджит выразительно ткнул в карту, немного продырявив ее. - Сюда, ко вторым вратам, подбежит отряд со щитами, который отвлечет на себя основные силы Ра'Скарра.

- Их поведу я,- выпрямился Авентус. Этот хмурый сорока пяти-пятидесятилетний имперец, с короткой стрижкой, присущей солдатам Имперского Легиона, одетый в кожаную броню на заклепках, украшенную ромбами с Драконом Септима, поверх которой лежал легкий красный плащ с тем же знаком черного цвета, явно имел большой опыт в военном деле, приобретенный на службе у своего государства.- Раньше, когда я служил в Легионе, мы могли долго стоять под обстрелом противника, не теряя никого из состава.

- Прекрасно,- продолжал писец. - В это время, пока Лавий и его отряд займет врага у ворот, часть солдат из этой башни отправятся к нему на помощь и ударят королевскую стражу в спину. Другие же пройдут сюда и поднимутся на крышу, с которой спустятся по веревке ровно на балкон Дворца, здесь.

- Как это - по веревке?- Спросил Принц, с интересом разглядывая чертеж.

- Я залезу на балкон,- пояснил Альтибб,- и мне кинут веревку. Я обвяжу ее, и ваши воины этим воспользуются. Быстро и просто.

- Тогда я поведу их,- решил Дж'Кафта. - Хочу посмотреть, как это нам удасться.

- Отряд, что пойдет за мной,- произнес Сутай, недоверчиво посмотрев на юношу,- будет малочисленным. Он не сможет защитить вас в случае неожиданной атаки укрывшихся Кровавых Шарфов.

- И плевать!- Горячо заговорил Принц. - Я хочу лично расправиться с этим лжекоролем!

- Хорошо, хорошо,- привлек к себе внимание Р'Таш, - вы поведете этих солдат. 

Альтибб недовольно фыркнул.

- После того, как Лавий возьмет вторые врата, мы уже откроем ворота Дворца, и солдаты займут его, а вы, Принц, провозгласите себя Королем, - подытожил писец. - Ну что, как вам?

- Прекрасно,- сквозь зубы процедил Сутай.

- Идеально,- улыбнулся аристократ, счастливым взглядом окинув собравшихся.

- Будем надеяться, что все пойдет так, как мы хотим,- мрачно, но все же твердо молвил имперский офицер.

- На том и порешили,- кончил Р'Таш. Он свернул карту, взял ее в левую лапу, а правой поднял канделябр с двумя свечами, почти растаявшими под натиском времени, и вышел из зала. Все последовали его примеру, тоже взяв по канделябру перед уходом, и уже через минуту все погрузилось во тьму.

***

Альтмер сидел на песке, положив руки на согнутые в ногах колени. Его единственное око - пустую глазницу, образовавшуюся на месте левого глаза, уже больше недели скрывала повязка,- было обращено на запад. Там, вдалеке, виднелись зеленые деревья, юные и древние, высокие и низкие; там, вдалеке, начинался Валенвуд, провинция его союзников-босмеров, а за ним, через голубые и бездонные просторы Абессинского моря, уже его дом - Саммерсет, где вечно царит лето.

Он уже перестал считать дни, проведенные в этом бессмысленном походе в Эльсвейр, больше походящего на стояние. Зачем они, Высокие Сыны Альдмеров, ушли так далеко от родины? Что за войну затеяли эти высшие семьи высшего народа? Почему Талмор молчит об их целях здесь, а Арбаддон дает приказ лишь ожидать? 

А теперь еще и эти.

Эльф присмотрелся, но теперь не к горизонту; его взор привлекло пыльное облако, по пояс скрывавшее в себе воинов Талмора. Изнуренные солдаты Доминиона, вооружившись стеклянными оружием, медленно, но верно сокращали расстояние, словно долго поглощающий свою добычу удав, смакующий каждый дюйм лакомства. "Им еще около часа марша," - подсчитал альтмер, после чего свесил голову между рук. Еще час ожидания.

- С тебя хоть картину пиши, Олтемар, - послышался за спиной знакомый доброжелательный голос.

- Ага, "Альтмер на привале в самой глубокой зад..."- отозвался воитель с торжественным тоном.

- Ну-ну, полегче,- перебил Олтемара подошедший, после чего уселся рядом. Это был босмер, не тот юнец Лартир  из-за которого его лишили глаза, а второй, более опытный и молчаливый воин по имени Даблот. За его спиной был красивый колчан с железным орнаментом в виде листьев и деревьев, словно тонкой паучей сетью покрывавшего всю коричневую кожу, из которой он был сделан. Из него торчали стрелы, разного оперения и с разными наконечниками: где-то был серповидный, где-то - с шипами, на других стрелах были простые трехгранные концы, на иных же вообще отсутствовали. Их объединяло только одно - все они были костяными.

Там же, за спиной, тетивой на груди был закреплен лук из белой кости, с маленькими узорами на нем. Там, где лучник держался за оружие, была намотана тонкая кожица - для смягчения и облегчения пользования, скорее всего. Лук был обычного размера, ни огромный, для поражения огромных бронированных противников, вроде закованных с ног до головы в металл паладинов Девяти, ни крошечный, которым пользуются ассассины, пронося такие орудия на балы, после чего занимали нужную позицию и - бах! - вычеркивали очередного беднягу из своего списка смерти.

Босмер был закутан в плащ цвета хаки, скрыв лицо капюшоном и шарфом. Так он предстал и в первый раз перед Арбаддоном, Олтемаром и его солдатами, и до сих пор ничего не изменилось. Первые пару дней никто не знал, как зовут ведущего их в губительные пустыни лесного эльфа, и потому его окрестили Проводником. Лишь потом он рассказал свое истинное имя, однако оно совсем не вытеснило привычное название.

- Тебе придется еще долго ждать, час уж точно,- промолвил Проводник, бросив взгляд на марш талморских сил, неумолимо приближающихся. - Зачем они здесь, в этой глуши?

- Известное дело,- присвистнул Олтемар, подняв голову. - Арбаддон пообещал армию союзнику Доминиона, Королю Дюны, для покорения провинции. Упорный он, этот Ра'Скарр, даэдра его побери, если смог вытребовать такое у одного из самых жестоких Послов Воли Талмора.

- Да уж, - задумчиво сказал Даблот. Его одеяние маской скрывало личину, и не было даже понятно, куда направлял свой взор этот босмер. - Король слишком широко раскрыл свою пасть: ему вряд ли удастся управлять всем Эльсвейром.

- Конечно! - Вскрикнул альтмер. - Такая большая земля... Его просто не хватит на нее! Никого бы не хватило!

- А вот тут ты ошибаешься,- поучительным голосом произнес Проводник, смахнув налетевшие песчинки с робы. - В истории есть примеры, когда огромные земли управлялись одним-единственным великим героем. Как минимум Тайбер Септим...

- Этот человечишка?! Не смей при чистокровном высшем эльфе даже упоминать его!

- Ох, Олтемар...- с укором посмотрел на собеседника Даблот. - Высшие расы должны, наконец, посмотреть правде в глаза: аргониане, хаджиты и тем более люди ничуть не хуже эльфов!

- Ты рассуждаешь так только потому, что ты босмер! Вы отдалились от Предков, ушли с Островов и стали жить среди сброда этих недорас! - Альтмер знал, что он прав, и потому горячо отстаивал свою точку зрения перед этим лесным эльфом. - Будем надеяться, что хотя бы в союзе, при возрожденном Доминионе Алдмери, наша культура разбавит валенвудскую, сделав ее более возвышенной и утонченной,- высокомерного бросил эльф.

Даблот явно хотел возразить, но не успел: рядом слохпнулось пространство, и на песке появился довольный Арбаддон.

- Встречайте грозные силы Талмора, воины!- огласил некромант, оскалившись в жуткой улыбке. - Интересно, видели ли хоть раз эти коты-сахароманы столь могучую армию? Ха-ха-ха!- удовлетворенно захохотал он. От этого смеха у Олтемара пробежали мурашки, словно ледяное дыхание северных бурь ударило ему в спину.

- Я думал, сэр, - заговорил Даблот, обращаясь к колдуну, - что Послы Воли несут мир в провинции, прибегая к жестокости в последнюю очередь.

Колдун без злобы посмотрел на босмера, почесал грудь своими иссиня-черными ногтями, царапая бледную кожу, и ответил:

- Запомни, Проводник: хочешь мира - готовься к войне. Кроме того, Король Дюны сам попросил войска, это была не моя инициатива. - Арбаддон повернулся к сидящему альтмеру: - Жди их, Олтемар.

Некромант щелкнул пальцами, и портал поглотил его, оставив небольшую вмятину на песке и хлопнув, как и во время появления.

Даблот встал, выпрямился над пустыней и замер, постояв так с секунд пять.

- Конечно, может, этот Ра'Скарр и сам попросил Талмор помочь ему силой, однако я сомневаюсь в их честных и бескорыстных намерениях,- наконец молвил лесной эльф, после чего развернулся и пошел обратно в лагерь. Олтемар посмотрел эльфу в след, завидуя тому, что он может покинуть это пекло по первому своему желанию.

- Грядет битва, - крикнул вдруг Проводник, неспешно удаляясь от альтмера. Высокий эльф вновь свесил голову, приготовившись к ожиданию.

Грядет. Он и так знает.

***

- Пора, - раздалось в комнате, и дверью хлопнули. Альтибб и Р'Таш не спали, они не могли заснуть, хотя то, что должно было произойти, действительно казалось каким-то сном, нереальным и даже кошмарным. Каджиты подскочили с кроватей, Сутай накинул капюшон на голову, писец же повязал темный шарф, скрыв половину морды.

- Оружие с тобой?- спросил боец, проверяя свой клинок и метательные ножи. 

- Да, - последовал короткий ответ, а в лапе сверкнул золотом нож.

- Сегодня оно пригодится, - сказал Альтибб и посмотрел в зеркало: из него на каджита смотрела грозная фигура, фигура воина-монаха.

- Надеюсь, что нет, - со вздохом молвил Р'Таш. - Воины там, во Дворце, не виноваты, что служат тирану, аалитер, поэтому не стоит убивать их. Смерть - последнее дело.

- Золотые слова, друг! - игриво улыбнулся Сутай. - И наша задача - стать деятелями, а не результатом деяния. Вперед!

 

В коридоре, заполненном воинами с зелеными плащами, друзья расстались: Р'Таш отправился вниз, к ожидающему Дж'Кафте, а Альтибб - на крышу "Жемчужины", с которой начнется его "путешествие" к первой точке - вратам в Высокий Квартал.

Окно купола стало выходом для Сутая, который ловко вылез на узкий деревянный выступ. Ночной воздух был свежим, может даже прохладным, что было довольно-таки редко в этой пустыне. Свет Джоуд-И-Джоуна совсем немного освещал город, и поэтому стражники Дюны, не желая использовать свое ночное зрение и исполняя королевский указ, факельным огнем выдавали свое присутствие. Вон, один стоит на стене, облокотившись на башню - спит, доблестный защитник горожан; еще двое стоят рядом, обсуждают сплетни, иногда отхлебывая - караул ворот осуществляют сегодня они, поэтому запаслись изрядно; дальше, по стене, огонек медленно плывет, останавливается, с три-четыре секунды горит на одном месте, а после вновь отправляется в путь, чтобы через десять-двенадцать шагов вновь замереть - видимо, этот воитель города вправду несет службу своему королевству. Если бы все были такими ответственными, как этот каджит, то восстание Короля-Без-Престола потухло, даже не начавшись, словно пламя поджигаемой на улице свечи при необузданном ветре.

Поняв, что сегодня дежурство осуществляется также, как и во все другие ночи до этого, Альтибб присмотрел удобную для прыжка террасу соседнего дома с небольшим садом, разнообразие растений в котором могло бы поразить даже цаэски-флориста из Коринта. Тем не менее, расстояние было внушительным, и падение могло поставить точку на всем, что сегодня было задумано. Чуть присогнув ноги на тонком выступе, ощутив напряжение икр и верхних мышц ног, каджит отогнал страх, выдохнул и замер. Внутренний взрыв адреналина - и, словно отпружинив, он взмывает в воздух, тело покрывается мурашками, выдавая весь всплеск эмоций. Ну, хоть шерсть дыбом не встала, и то хорошо.

Приземление было удачным: привычный кувырок по жесткому полу ( а для кого-то - потолку,) - и Сутай вновь на ногах. Даже не сбил вазу с торчащей изнутри растительностью, кувыркнувшись в дюйме от нее.

Почти неслышно Альтибб забежал на стенку, ухватившись уже за настоящую крышу цепкими лапами, и вскарабкался наверх, подобно взбирающимся на деревья белкам. Конечно, сам каджит ни разу не видел этих юрких рыжих зверушек, с пушистыми хвостами, но о них ему рассказывал писец, увидевший их в Имперской Провинции во время путешествий. Изумительное проворство!

Между тем боец уже прыгнул на другую крышу, и, пролетев по ней, словно тень охотящегося ястреба по песку, подобрался вплотную к воротам, а точнее - к стене, в которую входили эти врата. Уже слышался голос тех самых караульных, рассказывающих разные истории:

- ... Вахж точно тебе говорит, М'Шакка! - донеслось сверху возбужденным голосом. - Грива отыскивает и убивает себе подобных, чтобы сохранить власть и не допустить распрей, аррр!

- Нет, друг Вахж, - послышался в ответ спокойный голос, - Грива - один на все время его жизни, М'Шакка знает. М'Шакка ходил в храмы в Торвале, и там мудрые, Джо'Кражда, мастер Ассаби, Дж'Ватра и другие, рассказывали о священной миссии Гривы на этой земле.

- Ох, каджит не желает слушать! Он уперся и ...

Под непродолжительную брань, перетекшую в спор вновь, Сутай пробрался по камням стены почти вплотную к говорящим, растянувшись над огромной высотой, и с интересом наблюдал за болтливыми стражами, выставив лицо над стеной на уровень их лап.

Обсудив Гриву, оба каджита решили, что пора подкрепиться, и склонились над мешками. Один из солдат - М'Шакка, кажется, - подошел к краю, за который держался ловкач, и начал рыться в своем, отыскивая необходимый провиант. Альтибб глянул вниз - прямо под ним был огромный стог сена, наваленный, похоже, для верблюдов богатых каджитов, кормящихся здесь - сваливать сено в Высоком Квартале и уж тем более во Дворце строго запрещено. Недалеко копошились воины Принца, ожидая открытия врат.

Пора.

Из ниоткуда появилась лапа, схватила присевшего и отпившего скуумы стража, потянула на себя и отправила в полет. М'Шакка даже не смог сопротивляться - неожиданность и сахар, помутивший рассудок, сделали свое дело. Каджит без вскриков и стонов приземлился на сено, и внизу его, похоже, сразу связали.

- И вообще, М-М'Шакка, - заплетающимся языком еле вытянул из себя Вахж, поворачиваясь. Стеклянные глаза стражника уставились на мешок его неожиданно исчезнувшего собеседника. - М'Шакка? - тупо повторил он и икнул.

 Заподозрив что-то неладное, каджит вытащил меч из ножен и начал размахивать факелом. Альтибб, понимая, что такие действия привлекут внимание других солдат, торопливо достал небольшой камушек из подсумка на поясе и слегка зашвырнул его. Камень ударил о стену, и Вахж, услышав звук, тут же дернулся и одним движением повернулся направо, взмахнув зачем-то клинком.

Сутай быстро взобрался на стену, избегая света факела, и одним точным ударом в шею свалил стража, выхватив из лапы горящую смолой палку. Меч же выскользнул и упал на камень, зазвенев, и звон этот среди ночи был подобен колокольному. Боец сморщился, словно увидевшая гниющий труп домохозяйка, даже уши немного приопустились, а хвост под робой свернулся кольцом. 

- М-м-м, что? - зашевелился воин, мирно спавший у башни на другом конце ворот. - Что-то случилось, М'Шакка?

- Нет, нет, - поспешно отозвался Альтибб, старательно скрывая морду среди теней. - Все в порядке, не волнуйся.

- Ну хорошо, - успокоился было стражник Дюны, пристроившись поудобнее для сна стоя, если конечно можно назвать подобный отдых хоть немного комфортным. Сутай облегченно выдохнул - его уловка удалась.

- Хотя подожди, - осенило вдруг каджита-воина, он мотнул головой, отогнав сон, и посмотрел на Альтибба, сощурив глаза, - А где же Вахж?

Не дожидаясь, пока солдат забьет тревогу, боец мигом метнул в него метательный нож, угодив в ногу. Каджит широко  открыл пасть, словно воздух, которым он только что дышал, весь испарился, закатил глаза и вырубился. "Неплохой у Р'Таша яд," - смекнул ловкач, подходя к уснувшему на боку стражнику и скинул его факел вниз - знак того, что ворота вот-вот будут открыты.

 

Напряжение внизу нарастало с каждой секундой отсутствия Альтибба. Некоторые рослые воины уже начали говорить о предательстве, немало смущая принца Дж'Кафту, но Р'Таш и Лавий были полностью уверены в честности Сутая.

Защелкала цепь, и с победоносным для солдат в зеленом скрежетом ворота начали открываться. 

- Отряд! - вскричал Авентус, крепче схватившись за башенный щит и указывая клинком ровно в проход. - Вперед! За мной!

Тяжело вооруженные каджиты с большими щитами ринулись в Высокий Квартал, выкрикивая "Во Имя Истинного Короля!", а за ними бежали Р'Таш со своими людьми и Принц с каджитами, что будут штурмовать Дворец.

 

- Ну наконец-то,- притворяясь утомившимся, поприветствовал Сутай Дж'Кафту и письца, вместе с солдатами вышедшими из башни на стену. Несколько каджитов несли длинную и тяжелую штурмовую лестницу, и Альтибб указал, где следует поставить ее. 

- Ты так долго открывал ворота, аалитер, - с наигранным укором проговорил Р'Таш, приближаясь к бойцу.

- Ну ты мог их подтолкнуть, если бы тебе от этого стало бы легче, - улыбнулся ловкач, после чего мигом залез по лестнице на другую стену. Все последовали за ним.

- Лавий прекрасно справляется, - удивленно и радостно объявил Сутай сверху, не дожидаясь, пока все попадут к нему. - Похоже, обман действительно удался, ха-ха!

Там, у других ворот, уже бушевало сражение: крики и гул, лязганье оружия, топот лап - все прелести битвы, такой, какая она есть. Жестокость, ненависть, ярость, беспощадность - все это витало в воздухе над солдатами обеих сторон, проникало в легкие, пронизывало, словно метко пущенная стрела, разбивало сознание на части и превращало каджитов в стадо диких животных, орущих и убивающих себе подобных. Они уже захлебывались в крови, со слезами просили у богов пощады, сжимая отрубленные конечности или вытаскивая копья из животов, чем раздирали внутренности еще сильнее, пытались бежать и неизменно получали стрелу в спину, гадая перед смертью - чья же она?  Вражеская, ловко пущенная или попавшая случайно, или же от своих, усмотревших дезертира и решивших определить его судьбу прямо здесь? Падая на землю, глотая песок, они уже сожалели о своем желании, ведь в бою еще был шанс остаться в живых, вернуться к женам и детям, слушать мудрую матерь рода, разглядывать луны в ночном небе... Но их выбор уже был сделан, и побоявшиеся смерти умирали.

Но вот те, кто не цепляются за жизнь! Они врываются прямо в гущу, расталкивая всех на своем пути, размахивают, колют, режут, убивают своим оружием, и кричат. И крик их полон храбрости, он наполняет души более слабовольных товарищей смелостью и силой, отбирая все это у противников, с ужасом глядящих на этих героев, взявшихся из ниоткуда. Они, те самые герои, погибают от лихой стрелы, длинного копья или острого ятагана также, как и другие: у них такая же текучая кровь, такая же хрупкая для меча кожа, да - но их выживет больше, чем тех, кто убегает или боится. Их мало, верно, но и потери в их составе мизерны. Тому, кто прошел горнило сражений, кто вылез из безвыходной ситуации, кто выжил там, где другие пали, известна истина: тот, кто цепляется за жизнь - умирает, а тот, кто не боится смерти - живет.

Все уже взобрались, и места на стене стало так мало, что лунному лучику было негде упасть. Писец подошел к Альтиббу и обнял его, прошептав:

- Надеюсь, мы не погибнем в этой мясорубке, аалитер.

- Еще слишком рано, друг мой, - ответил ему боец. Р'Таш виновато улыбнулся, потом нахмурился, и перед Сутаем возник настоящий воин - грозный, сильный, великий.

- Отряд! - громогласно скомандовал писец. - Нашему другу нужна помощь у ворот! Давайте же проучим всех этих джекосиитов! Ар-р-р!

 

Десяток. Ровно столько ловких солдат отобрал из всей гвардии Принца Альтибб для штурма Дворца Дюны, полностью полагаясь на неожиданность и скрытность, а не на боевое ремесло. Тем не менее, все эти каджиты оказались умелыми, обладающими опытом закаленных вояк, солдатами. Дж'Кафта настаивал на большем количестве, но осекся, когда увидел гневные глаза Сутая.

Двенадцать каджитов крались по крыше крыла, в котором располагалась Библиотека, иногда посматривал в сторону ворот. Гул не утихал, а, казалось, начал нарастать, оглушая отряд. Так и было - крыло было совсем недалеко от места сражения, и, приближаясь к Дворцу, они все ближе подходили к сердцу битвы. 

Внутренний дворик Королевского Дворца был усеян стрелами, а кое-где и телами убитых стражников в бордовых одеждах. Каджиты сооружали баррикады, устанавливали пики и колья, будто ощущая, что удержать врата им не удастся, что глыба рухнет, погребая каждого из тех, кто принял не тот режим, не угадал с королем. С горечью стражи смотрели на пробивающихся по стене зеленых воинов, спешащих к воротам, и понимали, что ничем не могут их остановить.

А вот и балкон Дворца, с которого свисает алый стяг, цвет кровавого режима Ра'Скарра, ни больше, ни меньше. Альтибб поднимает раскрытую ладонь, и все останавливаются.

- Это здесь, - показывает лапой боец.

Один из воинов - очень темный каджит, с обрезанным левым ухом, одетый в кожаные доспехи и укрытый все таким же зеленым плащом, - протянул длинный моток веревки, который нес на плече. На конце Р'Таш закрепил "якорь" с тремя загнутыми в разные стороны шипами, чтобы Сутай, метнув его на балкон, сумел забраться и закрепить веревку для остальных.

Удачный бросок, и "якорь" цепляется за выступы и резьбу. Подергав веревку и проверив крепкость зацепа, боец берет ее в обе лапы и обхватывает ногами. Убедившись, что никуда не падает, Альтибб начинает взбираться вверх, и чем выше он оказывался, тем больше была уверенность в летальности падения и тем глубже закрадывалось в душу чувство страха. 

- Ну, Альтибб, - говорил он себе, стараясь не опускать взгляд, - ты же прыгал в бездну с еще большей высоты, не так ли?

" Только у бездны было дно, с водой, сеном или чем-то другим, смягчающим твое падение," - заговорили мысли каджита, отбирая надежду и спокойствие.

Сутай отогнал голос в голове, помотав ей, и совсем рядом, после быстрого свиста, щелкнула о стену стрела. "Случайность'" - подумал ловкач, продолжая лезть вверх.

Вторая стрела, посвистевшая у самого уха и сломавшаяся от удара, разубедила его.

- Дж'Кафта! - что есть мочи крикнул боец, высматривая стрелка. - Дж'Кафта! - вновь заорал он, помахав левой лапой. Увидев, что кто-то внизу зашевелился, он указал на каджита с луком, расположившимся в дворике, за одной из статуй. Третья стрела свистнула много выше головы Сутая, задев, похоже, веревку. Уши Альтибба уловили зловещий треск лопающегося троса.

Смекнув, к чему сейчас может привести его бездействие, каджит немедленно начал взбираться вверх. Под весом ловкача веревка рвалась все сильнее и сильнее, и его нервы натягивались, словно струны лютни, угрожая лопнуть ко всем обливионским чертям.

Альтибб лез быстро, но все равно немного не поспевал за ситуацией. Он висел уже на маленьком куске, который вот-вот оборвется, отправив каджита в полет. В последний полет, ровно до каменной кладки Королевского Дворика.

Он не успеет, не успеет, надо действовать. Соединяющий кусочек уже почти исчез, а до спасительного продолжения совсем немного... А-р-р, джекосиит! 

Решив рискнуть, боец поджал ноги в присед, на полную длину вытянул обхватившие веревку лапы, оскалился и прыгнул вверх, выпрямившись, словно тетива отличного эльфийского лука. Трос тут же лопнул, и его кусок улетел вниз, а Сутай схватил конец, висящий с балкона.

Удалось.

Переждав с пару секунд, осознавая себя живым и не парящим, каджит, тяжело дыша, полез наверх, и через минуту уже был на месте.

***

Из Дворца было ясно слышно, как гремит битва у ворот. Слуги докладывали ему о каждом успехе и каждой неудаче, которыми наградила судьба армию правителя Дюны, и с каждой новой весточкой положение солдат было все более и более пагубным. В ярости Ра'Скарр уже обезглавил одного из таких гонцов, но тем не менее он был полностью уверен в непобедимости, тем более что скоро появятся Арбаддон и альтмерская армия.

Дворец, кстати сказать, был практически неприступен: единственный вход в него - через огромные врата, запертые на засов, который невозможно сломать или открыть снаружи. Только в случае предательства враг мог попасть внутрь, но подобное  Король постарался искоренить жестокостью. Если твои подданные боятся тебя больше, чем захватчиков, то они просто из страха не решатся помочь им, вспоминая те казни, которые проводил их повелитель.

Здесь, в Белом Зале, где на мраморных полах стояли белоснежные кресла, кровать с балдахином, пара вычурных столов и прекрасный трон из белого камня и слоновой кости, расположились сам Ра'Скарр, Ла'Шхул и с десяток-два Кровавых Шарфов, которым Король повелел охранять его.

Слуги не было уже давно, и это заставляло нервничать тирана, восседающего на троне с короной на голове, как бы показывая, что вот он - истинный Король, Владыка Дюны. Он теребил в руках треугольный Ключ, не отрывая глаз и ушей от двери в зал, которая, как ему казалось, должна вот-вот распахнуться, и слуга объявит, что враг отступает, бежит, сдается, побросал оружие и сдался в плен, на милость ему, повелителю и победителю. Тогда он расправится с каждым, да еще как! Публично, медленно и ужасно болезненно, о да! Медленно варить в чане с кипящим маслом? Посадить на бамбук из Чернотопья и ждать, пока он пройдет наказанного насквозь? Бросить в логово к возбужденным минотаврам, которые уже месяц живут без самок? Постепенно погружать в воду с рыбами-убийцами и их бритвенно-острыми зубами? Или сиродиильское колесо, разрывающее на части за тяжкие преступления?

Созерцая, как накажет он тех, кто посмел восстать против него, Ра'Скарр не сразу понял, кто вошел в зал. Это определенно были воины, да, но не его: зеленые плащи, легкая кожаная броня, мифриловая кольчуга, клинки, похожие на листовидные торвальские мечи стражи и полубезумный блеск в глазах. Возглавляли их монах в серой робе с кожаным поясом и сумками и разодетый в зелено-серебряную броню сын его умершего брата, Дж'Кафта.

- Племянник! - воскликнул Король, прихлопнув в ладоши. - Так вот кто решил побеспокоить меня столь неподобающим образом! 

- Заткнись, Ра'Скарр, - с отвращением бросил Принц, сверля взглядом старика, - и спасибо, что нагрел мне место, но я вернулся за тем, что мое по праву!

- Да? - сверкнули глаза тирана. - Ты думаешь, что ты заслужил этот трон и эту корону? Ты еще сопляк, Дж'Кафта, поэтому не смей так разговаривать со своим Владыкой!

- Ты не повелитель, ты незаслуженно завладел королевством! - закричал молодой Король-Без-Престола, чуть рванувшись вперед. Монах сразу схватил за руку вспыльчивого, как и его отец, каджита, продолжавшего: - По древнему обычаю и указу Я должен был стать Королем, как и мой отец, а не ты, пожиратель падали!

- ДОВОЛЬНО! - разъяренно огласил Ра'Скарр, привстав с трона. - Указ? Указ этих выживших из ума, неграмотных и грязных каджитов, которым посчастливилось управлять этой землей? Ты воюешь для собственного обогащения, совокупления с лучшими девушками и употребления лучших яств, не так ли?! А кто будет, наконец, развивать королевство, увеличивать его мощь и вес в Эльсвейре? Ты?! Все Короли до меня занимались лишь потреблением, Дж'Кафта, и ты будешь таким же! Скоро этот никчемный эльф, Арбаддон, придет сюда со своей армией, и тогда твой бунт закончится, так ничего и не добившись, а я, - выпрямился тиран, - стану великим владыкой всего Не-Квин'Аля, а потом и Эльсвейра!

- Или же нет, - раздался чужой голос, и все обернулись.

В зал, величественно шагая, вошел Арбаддон, а вслед за ним и Узгхаал, осклабившийся при виде монаха. Каджит в робе сжал кулаки и немного присогнул ноги, а Ла'Шхул положил лапу на один из ятаганов, слегка ощетинившись. Принц же уставился на альтмера-альбиноса, словно был с ним когда-то знаком.

- Ох, здравствуй, Арбаддон, - затараторил Король, чуть сгорбившись. - Все хорошо? Армия уже здесь?

- Да, - без интереса ответил некромант, дойдя до центра между обеими группами. - Однако тебе она уже не понадобится.

Дж'Кафта, не отрываясь и даже не мигая, смотрел на альтмера, и наконец выдавил:

- Так это же вы... Вы помогли мне найти эту... эту...

- Именно так, - переключился на юношу Арбаддон. Его голос стал мягче, лицо чуть просветлело. - Я знал, кто ты, и кем ты можешь стать. Я знал, в какой ситуации ты тогда находился, и поэтому я решил помочь тебе в восхождении на трон, друг мой. С этой пластинкой ваши права на трон уравниваются.

- А ты, - вновь повернулся к обомлевшему Ра'Скарру колдун, - не смог ничего сделать для нас. Ни Талмор, ни наш Орден никогда не простят тебе твои оплошности. Ты потерял в моих глазах даже тот жалкий авторитет, которым обладал, и я, как Посол Воли Талмора и его эмиссар, отказываюсь от твоих услуг, а как Рука Храма - объявляю тебя с этого момента лишенным статуса в Ордене. 

- Ха-ха-ха! - рассмеялся старик, натянув улыбку. - И ты думаешь, что я поверю тебе и испугаюсь твоих слов? Ты - пешка в чьих-то более сильных руках, и лишить меня моего статуса - значит потерять союзника и исполнителя твоих дел здесь!  Кто будет следовать твоим приказам? А?!

- Ты очень глуп, Ра'Скарр, если не видишь очевидного, - устало произнес Арбаддон. - Пойми, если у нас есть задача, то мы исследуем не один путь, не одно решение. С разных сторон мы подбираемся к цели, и добиваемся результата, - некромант повернулся к Принцу и продолжил: - Ты можешь занять трон, Дж'Кафта, но только приняв мою сторону и убив своего старикана дядю. Выбор за тобой.

Юноша склонил голову, и Сутай в ужасе закричал:

- Что?! Принц! Вы не можете так поступить! Вас используют, используют также, как и вашего дядю! Да что же вы, наконец!..

Дж'Кафта посмотрел на Альтибба, сделал едва заметный кивок, и один из солдат в зеленом схватил монаха. Остальные воины также обхватили пытающегося вырваться бойца, получая серьезные удары от отчаявшегося Сутая. Арбаддон улыбнулся, увидев, как зашагал Зеленый Дракон к замершему на месте Ра'Скарру:

- Прекрасно, Король.

Кровавые Шарфы безучастно стояли, понимая, что сейчас корона и их судьбы перейдут в руки этого юного и амбициозного каджита. Вдруг лязгнуло оружие, и Ла'Шхул встал перед троном, закрывая своего Владыку:

- Предательство - это последнее, что может сделать настоящий Король, принц! И я докажу, что верность сильнее денег или счастливой жизни!

Принц остановился, испугавшись было, но альтмер быстро указал рукой, и вперед вышел Узгхаал, чьи глаза загорелись зловещим зеленым светом.

- Докажи делом, - прохрипел со смрадом каджит-нежить, и его морнингстары сорвались с запястий.

***

Битва была в самом разгаре, словно только-только загоревшиеся дрова исполинского костра, которые и не собирались тлеть и ломаться. Красные стражи на стене упорно, но безуспешно обстреливали "черепаху", которую из щитов выстроил Лавий, а пехота тем временем пыталась остановить их, рвущихся вперед воинов из отряда Р'Таша. Ни стрелы, ни мечи, ни огонь - ничто не останавливало этого бесстрашного, как оказалось, воителя, который раньше считался лишь ученым мужем, случайно угодившим в это восстание. Он рубил мечом, дрался, метал сюрикены и плевался дротиками, уничтожая противника со страшным криком, а сам до сих пор не получил ни единой царапины.

- Вперед, каджиты! За Дюну! - воодушевлял он своих солдат, вытаскивая клинок из очередного прихвостня Ра'Скарра, обрызгивая себя кровью. Вся роба уже была в алых следах, и это лишь еще больше опьяняло письца, уже забывшего, что такое вкус битвы и запах смерти. 

Некоторые "красные" в ужасе бросались со стены, стараясь не убиться о землю, ломая ноги и с торчащими костями отползая подальше от поля боя и каджита-безумца. Стрелы летели мимо, словно боги благословили Р'Таша перед сражением, а мечи неизменно проигрывали в скорости и умении.

Наконец, ворота! Воодушевление охватило весь отряд, и каджиты, закричав пуще прежнего, побежали вперед, и ничто не могло остановить эту силу, сравнимую лишь с огромными волнами в морях, разбивающих в щепки корабли и дома на берегах. Авентус и его щитоносцы обрадовались еще больше, увидев, что ворота заняли союзные солдаты.

А писец и не думал останавливаться, разбивая головы, ломая ребра и рассекая кожу и мясо вражеских солдат. Кровь, о, кровь! Этот запах застилает глаза, пожирает мысли, требует смерти, смерти, еще крови! Да! Одно движение - и рука стражника рассечена надвое, лапа с мечом падают на каменный пол башни, а красная жидкость брызжет во все стороны, каплями орошая морду и одежды Р'Таша. А как они кричат!.. Словно беспомощные куски гумуса, словно навоз, будто они не воины, а фермеры или пекари, честное слово! Мужчина не плачет над утерянной ногой, рукой или пальцем, нет! А они плачут. Плачут, визжат, рыдают над изуродованным телом, молятся и проклинают. Жалкие тени от истинных воителей.

Ворота открыты, и тяжелый костяк армии врывается в Королевский Дворик, сметая заслоны и убивая стражу. На плитку полилась ручьями кровь, столько крови, что поскользнуться было практически невозможно. И эти трусы убегали и падали, и умирали лежа на земле, даже не видя противника. Их пронзали, обезглавливали, топтали, запинывали... 

Лязганье  мечей, свист стрел и дикие крики- как песня для ушей Р'Таша, давно забытая и открытая вновь. 

Вдруг над полем боя высоко прозвучал рог, которым, похоже, воспользовались у ворот в Дюну. Писец отвлекся от убийств, вскинул взгляд на балкон и увидел уходящего внутрь Дворца высокого эльфа и каджита. Рог продолжал петь, и рог был эльфийским.

Воин замер, обдумывая ситуацию, а время вокруг него словно замерло. Эльфийский рог в пустыне, в самый разгар битвы сил Принца и Короля города? Альтмер во Дворце, где сейчас и Принц, и Король? Армия Доминиона, не иначе. Совпадение? 

Нет. Скорее предательство.

Дрожащие от кипящей внутри крови лапы выудили из бездонной сумки свиток с печатью школы Изменения. Не обращая внимание на идущую вокруг него битву, каджит прочитал магические слова и воспарил в воздух. Воины обеих сторон бросили взгляд на Р'Таша, остановившись на пару мгновений - левитацию в провинции не видели уже около сотни лет. Писец же рванулся к балкону, бросая взгляд через плечо. В лунном свете в город входила бледная армия, словно армия призраков. В лунном свете в город входил Доминион.

 

Ночи Пустоты

 

 

Глава 10

 

 

Тишину разорвал чудовищной силы удар утренней звезды об ятаган, изогнувшийся настолько сильно, что казалось, что он сейчас переломится. Тем не менее, огромный Ла'Шхул, хоть и немного пошатнулся, удержал свой меч и парировал второй рукой, рассекая воздух у самого носа Узгхаала. Тот увернулся и оскалил зубы, уже давно сгнившие и кровоточащие у основания, пробивая взглядом мертвецких глаз своего соперника. Живые зрачки отразили зрительный удар, а их владелец непоколебимо сделал несколько быстрых шагов в сторону. 

Нежить кувыркнулся вперед, в процессе выпустив морнингстар, но промахнулся и пробил кровать, стоящую неподалеку, насквозь. Ла'Шхул с рыком бросился на врага, но получил второй звездой точно в грудь и упал навзничь. Морнингстар описал круг в воздухе и приземлился ровно на то место, где мгновение назад лежал каджит. Морду Узгхаала исказила злоба.

- Ты все равно умрешь, тварь, - прошипел он, поднимаясь. Откатившийся и также вставший на ноги Ла'Шхул хищно улыбнулся, пытаясь еще сильнее раздразнить своего соперника. Уловка не подействовала - похоже, самообладания ему не занимать, проклятый труп.

Бросок, удар, - лязгнули мечи обоих, скрестившиеся в едином порыве. Локтем каджит ударяет по оживленной туше Узгхаала, рассматривает его морду. Он знал Рокшаса - прекрасный наемник, разбивший немало голов своим морнингстаром, - но также знал, что это совсем не он. Лишь его оболочка, лишь его тело...

Мощный удар массивной лапы, под шерстью которой скрываются огромные разработанные мышцы, обрушивается на задумавшегося Ла'Шхула, и тот еле-еле остается на ногах, немного попятившись. Еще один удар пролетает мимо цели, и каджит умудряется полоснуть Узгхаала по ноге и отпрыгнуть.

- Ты думаешь, я почувствовал это? - с хриплой усмешкой спросил каджит-нежить, повернувшись лицом к противнику. Видимо, альтмерский ублюдок лишил своего пса чувствительности, черт возьми!

- Р-ра! - вскричал каджит, бросаясь на это порождение больного разума некроманта, ударяя мечами крест-накрест. Удары блокировали морнингстары, а голова Узгхаала бьет точно в грудь воина, сбивая дыхание.

- А-ах! - чуть не разрывая легкие издает Ла'Шхул, лапой схватившись за шерсть на ребрах. Вдох ему дается ужасно тяжело, но он его делает, не смотря на резкую боль. Звон цепи раздается откуда-то снаружи... Это же моргнингстар!

Отшатнувшись и вернувшись в реалию боя, Ла'Шхул в последнее мгновение отбивает взмахом ятагана летящую в него утреннюю звезду. Неожиданно идея посещает воина, и он обеими лапами хватает цепь, на которой закреплен морнингстар. Словно огнем кольца цепи обжигают лапы воителя, но он не отпускает своего соперника, собирается с силами и рывком тянет на себя. Узгхаал падает и проезжает прямо к ногам Ла'Шхула, мордой в пол.

"Эта ржавая цепь не может быть прочной, она держится лишь на темной воле эльфа-колдуна!" - думает каджит. " Нужно попробовать лишить его своего любимого оружия!".

Нога придавливает каджита-нежить к земле, а руки, обжигаясь пуще прежнего, напрягаются, пытаясь разорвать цепь. Бицепсы наливаются кровью, раздуваются и чуть не лопаются от перенапряжения, сам Ла'Шхул с ревом тянет морнингстар вверх.

- Давай! - рычит он, прикладывая все возможные силы. - Давай!

И цепь не выдерживает. Разорванные кольца разлетаются и со звоном рассыпаются по каменному полу. Жжение исчезло, и воин теперь спокойно сжимал утреннюю звезду с частью цепи. Узгхаал начал медленно подниматься.

- А вот и НЕТ! - вскричал Ла'Шхул, двумя руками обхватив цепь и со всего размаху ударив по спине соперника звездой. Послышался неприятный хруст, а нежить прибило к земле.

За первым ударом последовал второй, третий, четвертый... Голова превратилась в бесформенное месиво, запах гнили распространился по залу.

- Прекрасно, прекрасно, - кисло проговорил Арбаддон, с сожалением посмотрев на останки своего воина. - Ты заменишь его место, недосущество, - с улыбкой глянул на победителя некромант.

Ла'Шхул бросил морнингстар и взялся за ятаганы, бросившись на колдуна. Он знал, что погибнет теперь, он усвоил это еще после первой встречи с этим альтмером, но сейчас это не имело значения. Ничто не имело значения, кроме мести за Рокшаса.

Эльф спокойно, даже немного лениво, поднял ладонь, и воина подняло в воздух. Колдун сложил две руки вместе, закрыл глаза, сконцентрировался.

- Нет! - закричал Альтибб, пытаясь вырваться, но бесполезно.

Альтмер резко раздвинул руки - и Ла'Шхула разорвало напополам, обрызгав кровью весь зал. Половины упали на белоснежный пол.

- Убей Ра'Скарра, Дж'Кафта! - скомандовал Арбаддон. 

Время словно замедлило ход для Сутая, и он ясно увидел, как Принц, сверкнув глазами, подбежал к старику, обреченно сидящему на троне. В глазах тирана можно было усмотреть, как рухнул весь его мир, все то, что он хотел создать, все то, что должен был он сделать. Он закрыл глаза, приготовившись, и юноша всадил в его дряблое горло клинок. Без единого вздоха, без единого звука он повалился с трона, распластавшись перед ним.

Юноша жадно стянул корону с головы убитого и натянул на себя:

- Я теперь Король! Я!

- Теперь то, что нужно мне, Король, - вновь заговорил эльф, подходя к трону. - Пластины, они мои.

- Держи, конечно, - ответил Дж'Кафта, протянув два треугольника - свой и Ра'Скарра. Руки альтмера ласково сжали добычу, а Сутай задергался еще сильнее.

- Теперь ты, монах, - резко обернулся Арбаддон к Альтиббу. Быстро прошагав к связанному каджиту, некромант запустил руку за пазуху бойцу и вытащил оттуда третью печать.

- Ну наконец-то, - облегченно вздохнул эльф, сложив вместе все три пластины и поцеловав их. - Ну наконец-то!

***

Сокровищница, расположенная под Дворцом, имела много запутанных ходов, но Арбаддон точно знал, где находится нужное ему место. Он вел за собой связанного Альтибба, желая показать ему, как начнется новая эпоха для всего Эльсвейра, и еще трех Кровавых Шарфов на всякий случай.

Наконец коридоры кончились, и перед группой возник огромный каменный зал с металлической дверью, на которой были выгравированы различные символы и знаки - язык Пришедших-До, не иначе. Рядом были запыленные стол, стулья и различные инструменты, в большинстве своем сломанные - попытки открыть дверь вручную оказались провальными. 

- Надеюсь, тебе понравится, каджит, - довольным голосом проговорил альтмер. - Наследие, прямо здесь, за этой дверью...

Кляп в пасти помешал высказать Сутаю то, что он думает о проклятом эльфе. Самодовольный и напыщенный ублюдок, помешанный на черных магических искусствах и служении своему Храму.

- Знаешь, что мы, Орден Незримого Храма, сможем сделать с артефактами, которые здесь найдем? - спросил эльф, вставляя ключи в нужные отверстия. - Мы воспользуемся Наследием для улучшения жизни своих подданных, для усиления влияния ордена, для контроля над массами, в конце концов! Никто не знает, что ему нужно делать, пока ты не укажешь ему цель, новую работу. Я не понимаю целей вашего Братства - зачем препятствовать прогрессу, развитию? Вы считаете, что каждый волен сам выбирать свою судьбу, но ведь это приведет к хаосу, понимаешь? Толпа останется без цели и правителя, и тогда она станет безумной.

Скрежет. Такой громкий, что кажется, что кто-то медленно ведет лезвием острого ножа по черепу изнутри. Дверь зашевелилась, по узорам растекся свет.

Все стояли и смотрели, как металлическая дверь световыми линиями делится на части и ее куски постепенно разъезжаются в разные стороны, открывая новую комнату. 

- За мной, - проговорил альтмер, бросаясь вперед.

 

Металлический пол, ступени и стены были золотого оттенка. Где-то на этаж выше была небольшая площадка с двумя лестницами к ней, а внизу, куда вела дверь, светились различные предметы. На синих полупрозрачных эфемерных стеклах плыли цифры и слова на языке Пришедших, рядом лежали пара пластин с узорами, напоминающие тот самый Навигатор. Арбаддон ринулся к металлическому зеленому сундуку, одному из десятков, медленно открыл его и достал шар, испещренный узорами. 

- Ты видишь это, каджит? А знаешь, что это? Это шар с концентратом магической энергией. Я поглотил уже три таких шара, и сегодня будет четвертый. Наверх!

На площадке открылась совсем странная картина. Над небольшой трубой парили две уменьшенные копии лун, Джоуд и Джоун, а вокруг витали какие-то шарики, быстро наматывающие круги. Потрогать это чудо альтмеру не удалось - рука прошла сквозь луны, не задев их вовсе. 

Рядом стоял еще один сундук, но на нем были пластины синего цвета, с различными значками. Эльф прикоснулся к ним, и значки тут же поменялись, выдав другие, все на том же языке.

- Проклятые Древние... - плюнул некромант, отойдя в сторону. Там, чуть дальше, парили в белом свете продолговатые овальные предметы, с теми же знаками и узорами, что и шар.

- Сторожите его, - крикнул Арбаддон и прошел к свету, оставив Альтибба одного с тремя Шарфами.

"Думай, каджит, думай. Что же теперь? Тебя предали, оставили без друзей. Гениально спланировано, гениально. Этот альтмер сумел оставить тебя одного и захватить, а теперь он изучает артефакты Пришедших-До, с помощью которых усилит Храм. Проклятие на проклятии."

Уши вдруг уловили едва слышные шаги в зале: перекатывание с пятки на носок, как хороший вор или ассассин. Кто-то подбирался все ближе и ближе, стараясь не издавать лишних звуков. Даже дышал через раз.

"Надо подать знак,"- пронеслось в голове бойца, и он задвигался, выразительно глядя на одного из стражников. Тот, поначалу делая вид, что ничего не видит, все же подошел и вытащил кляп, вопросительно посмотрев на пленника.

- Что, Шарф, - погромче заговорил с ним Сутай, - готов?

- К чему? - недоуменно спросил его стражник, подозрительно глядя прямо в глаза.

Свист дротиков, выпущенных почти одновременно, нарушил тишину и музыкой спустился на Альтибба. Стражники, не успев даже пискнуть, с широко раскрытыми глазами попадали на площадку.

- К этому, джекосиит, - прошипел Сутай.

 Торопливый топот по лестнице - и к связанному каджиту выбежал Р'Таш.

- Ты жив! - радостно прошептал Альтибб, и, как только освободился от пут, обнял своего друга. - Как же я рад! Ты шел за нами?

- Да, аалитер, но сейчас не время обсуждать. Пора разобраться с корнем всех проблем здесь, в Дюне, - ответил писец.

Да уж. Давно пора.

Каджиты достали оружие и начали медленно подходить к альтмеру, который, похоже, и не слышал, как упали стражники. Альтибб обошел ящики с пластинами, подобрался к эльфу...

Удар под дых оглушил Сутая, отбросив назад. Арбаддон все же услышал.

- Ха, так даже лучше! - вскричал некромант. - Сразу два свежих тела для меня!

Р'Таш прыгнул вперед, на лету нанося удар, и получил магический толчок в грудь, отлетев точно также, как его друг пару секунд назад. Альтибб же кувыркнулся назад и начал метать ножи, но колдун взмахами ладони отбивал каждый из них, посмеиваясь.

- Глупцы! - объявил он. - Я один из сильнейших магов Тамриэля, у вас нет шансов!

Сутай, зарычав, бросился прямо на врага, желая раздавить его, свернуть шею, выдавать глаза. Легкое движение руки - и боец перелетает через ограждение и падает вниз, на нижнюю площадку. Полный боли глухой стон непроизвольно вырывается из Альтибба, в глазах темнеет, становится тяжело дышать. Проклятье...

Писец же продолжает отчаянные атаки, бросаясь на Арбаддона столько же раз, сколько и отлетая от него. Крики, полные решимости, и злобный смех альтмера, вместе с топотом по металлическим пластинам смешались в однородную массу в голове Сутая, разрывая ее на части. И во всем этом, в творящемся хаосе звуков, бойцу казалось, что он слышит голос, знакомый голос... Но где он? 

Усилием воли Альтибб сел, боль в спине стала невыносимой. Он сжал зубы и лапой зацепился за металлический зеленый ящик, а второй уперся в пол, медленно разгибая ноги. 

- А-ар! - зарычал и зажмурился от боли Сутай, и грудью лег на ящик сверху, переводя дух. Открыв глаза, боец увидел камни, похожие на тот, что он когда нашел в Библиотеке. Голос шел отсюда, не иначе.

" Стоит ли?" - спросил себя каджит, рассматривая Навигаторы. Что произойдет с ним после контакта с Наследием еще раз? Насколько опасным это может быть для окружающих? Сомнения, опять сомнения.

Крик Р'Таша сверху ударил по ушам Альтибба, предопределив его выбор.

 

Писец уже выбился из сил, а Арбаддон не получил ни одной царапины, так и не сойдя со своего места. 

- У тебя нет шансов, каджит! Ты зря бьешься со мной, ведь я сильнее тебя даже ментально! Ха-ха! - гоготнул альтмер. - Я могу использовать Наследие, применяя его для своих целей, а вы не мо...

Эльф осекся, увидев, как по ступеням поднимается фигура в робе, с капюшоном на голове. Лапа сжимала сферу, подобную той, что взял Арбаддон, поступь выдавала могущество. Легкие мурашки пробежала по голой спине некроманта, но он взял себя в руки:

- О, ты еще не умер, а? Решил поиграться с Наследием? Но ты не сможешь ничего сделать с ним, ясно?! Нужно обладать...

- Замолчи, - не своим голосом, а голосом героя древности или могучего существа из другого плана ответил Альтибб. Шар в его лапе запульсировал, немало потревожив колдуна.

- Тебе конец, альтмерский ублюдок, - грозно сказал каджит.

- Это мы еще посмотрим, монах,- парировал эльф.

Альтибб бросился вперед, пролетев одним прыжком небывалое расстояние, и ударом лапы задел некроманта, которому не хватило магической мощи, чтобы остановить воина в воздухе. Арбаддон оскалился: его кулак просвистел у морды бойца, нога же, практически самостоятельно сорвавшись с места, обрушилась на колено Сутая, да так сильно, что он чуть не потерял равновесие. Боец, глаза которого вспыхнули на секунду белым светом, попал сферой прямо в подбородок альтмера, и в глазах у эльфа расплылось все, что он четко видел до этого.

- Получай! - взревел Альтибб и, схватив некроманта, бросил его вниз с площадки. Арбаддон звонко упал, как до этого Сутай. 

Каджит же спрыгнул к лежащему альтмеру и подошел к нему, поднимая для удара ступней ногу, но быстрый и четкий удар по опорной ноге свалил бойца. Высокий эльф лишь притворился поверженным, и вновь стоял в боевой позиции. Его татуировки полыхали сильнее обычного, глаза были полны ярости.

- Теперь тебе конец, недосущество!

Альтибб прыжком поднялся на ноги, накинул спавший капюшон и лапой показал альтмеру - мол, давай, подходи.

 

Р'Таш еле пришел в себя, чувствуя, как сильно получил от колдуна, который сейчас дрался внизу с его другом. Поднявшись и прихрамывая, каджит доковылял до ограждения площадки, откуда была видна битва двух обладателей Наследия Пришедших-До. Их силы были необыкновенны, подобны, наверное, стихиям: магический потенциал Арбаддона и усиленный артефактом до уровня сверхвоина Альтибб. Как же они могущественны!

Но вот альтмер ударяет Сутая и валит его, продолжая наносить увечья. Глаза письца округлились от ужаса, он обыскал глазами пол в поисках того, чем мог бы метнуть в обидчика аалитера. Лапа нащупала метательный нож Альтибба, глаза сконцентрировались на цели. Вдох-выдох-вдох... Бросок!

...Лезвие впивается в шею эльфа, заставляя того прекратить избиение каджита, а Сутай, вырвав секунду для себя, со всего размаху бьет по Арбаддону. Чудовищной силы удар заставляет подлететь некроманта до площадки, пробивая ограждения и сбивая Р'Таша с ног. Его бело-золотое тело в татуировках падает на панели, практически не повреждая их. Писец же вновь с трудом поднимается, и чья-то лапа хватает его за плечо.

- Тебе здесь делать нечего, друг мой, - раздается у уха голос Альтибба. - Спасибо за помощь, но теперь уходи. Если я не вернусь, то расскажи Братству эту историю.

Слезы, скупые мужские слезы текут по ободранной щеке Р'Таша. Он опускает голову и медленно спускается по лестнице, словно и не идет битва между Великими. Лишь уже стоя в дверях он бросает взгляд на друга, так выросшего за это короткое время.

- Иди! - громогласно вскричал Сутай, и писец, плача, подчинился.

***

Кольцо невидимости еще имело пару зарядов, и поэтому на улицу, обходя убитых, раненых и еще стоящих на ногах солдат, Р'Таш выходит практически не таясь. Уже скоро, через два-три часа, утро, но пока темно, и писец может спокойно идти, не боясь, что кто-то заметит появляющиеся из ниоткуда следы на песке. 

Выжил ли аалитер? Победил ли эльфа-колдуна? А если нет? Все эти вопросы пожирали каджита, и он боялся отвечать на них.

Небо... Он впервые так завороженно смотрел на небо и луны, рассматривая их, каждую неровность на твердой "коже" Джоуд и Джоун. Они были точно такие, как в Хранилище Пришедших, только больше и несоизмеримо дальше. Мягкий свет луны ласкал Р'Таша, он устало улыбнулся и закрыл глаза. А когда открыл, Массера и Секунды не стало.

***

4 Эра, 100 год.

 

- Ты уверен в этом? Ты, даэдрот тебя сожри, должен быть абсолютно уверен в этом, ясно?! - возмущенно и требовательно проговорил собеседник.

- Я не могу быть уверен, но если то, что я видел в Хранилище - правда, то это произойдет сегодня. 

- От тебя сейчас зависит судьба всей провинции, понимаешь? От тебя и твоего слова! Скажи мне, с чего ты решил, что весь этот ужас для Тамриэля и всего каджитского народа закончится именно сегодня?

- Когда я бился под Дворцом, мы случайно повредили один из тех механизмов, что поддерживали эфемерные копии лун в Хранилище. Я и не думал, что настоящие луны тоже исчезнут! 

- И что дальше?

- Там была россыпь цифр. Пять-Восемь-Ноль-Шесть-Ноль-Восемь-Ноль-Ноль. И эта россыпь начала убывать, понимаете? Это были секунды, и когда я рассчитал, то понял что это два полных года. 

- А что твой противник? Ты же убил его?

- Да, - более неуверенного голоса у него еще в жизни не было.

- Хм... Ладно. Если ты сегодня оплошаешь, то будешь непременно изгнан. Удачи.

Нумизмат исчез, оставив первого эмиссара Эльсвейра одного. Альтмер был одет подобающе для события, которое сегодня произойдет: великолепная шелковая черная роба, с вышитыми зелеными узорами, эльфийская диадема, золотые браслеты и кольца, а на шее висел серебряный амулет с круглым изумрудом внутри.

- Уже скоро, эмиссар Арбаддон, - раздалось за спиной эльфа.

Конечно, скоро. Он и так знает.

Секунды плыли, приближая величественный миг. Они начали свой ход еще два года назад, когда в Хранилище Наследия схлестнулись два представителя двух обществ. Он, Арбаддон, пытаясь спастись от неизбежной смерти, сумел разрушить своды и завалить каджита-монаха, с которым он дрался, уничтожив заодно и множество секретов Пришедших-До. Его хотели изгнать из Ордена за потерю стольких артефактов, но альтмер-альбинос, узнав, что луны исчезли с небосвода именно в ту ночь, сказал, что знает, когда они вернутся. И Талмор, и Храм решили подождать назначенного дня, и теперь этот день настал.

На его лице с той ночи осталось одно лишь напоминание - небольшой шрам под правым глазом, оставленный бритвенно-острым когтем того каджита. После той битвы на нем живого места не было, но он магически залечил раны оставив только этот рубец. Этот шрам был его гордостью, он украшал эльфа.

Дверь из отборного валенвудского дерева распахнулась, и Арбаддон вышел по красным полам на улицу, оставляя резиденцию Талмора. Ночь была темной, но не тихой - все каджиты Торвала, а также всех ближайших деревень и из некоторых других городов, собрались для того, чтобы узреть чудо - или разорвать шарлатана на части. 

Он вышел на площадку, на которой было несколько статных высоких эльфов, один из которых был руководителем армии в Дюне - Олтемар. Ох, сколько же историй о потере глаза успел сочинить этот альтмер для слабого пола! От разъяренной орды каджитов до огромного пустынного голема, которого он еле поверг. Правду, похоже, знали только те, кто видел все в живую.

- Эмиссар Арбаддон, здравствуйте, - поклонился Олтемар, взмахнув длинными волосами. - Вы готовы? Сегодня ваш день.

- Я еще пока не эмиссар, - ответил колдун.

- Но станете им, если сегодня все пройдет гладко, - промолвил, улыбаясь, генерал. - Талмор приобретет союзника, которого потеряет Империя, если луны окажутся на небосводе.

Альбинос промолчал, гадая, какому исходу событий будет рад этот эльф. Да, благодаря тем действиям двухлетней давности, он стал уважаемым воином и командующим армии, но не желает ли в душе он мести за лишение глаза? Арбаддон бы желал отомстить за подобное унижение, а Олтемар... Сегодня все будет ясно.

Тысячи глаз уставились на него, и ему стало даже как-то неловко. Время шло, приближая тот час, когда решится его судьба, а заодно судьба Доминиона здесь, в Эльсвейре. Ему уже хотелось, чтобы все кончилось, независимо от результата - ожидание было страшнее смерти.

Пора.

- Великий народ Эльсвейра, каджиты, дети пустынь! - огласил на всю площадь и ближайшие улицы Арбаддон. Дальше по улицам его слова передавали другие глашатаи, знавшие его речь наизусть. - Сегодня, в эту ночь, двухлетний страх закончится, и луны, наконец, явят нам свой лик!

Взрыв одобрения.

- Талмор использовал древнюю магию Рассвета, чтобы вновь вернуть луны на небо, и вы увидите результат нашей работы! Ура!

Очередные крики радости. Да, он определенно умел говорить на публику, даже не уверенный в своих словах.

Секунды тикали в его голове.

- Обратим же головы к небесам! Прямо сейчас они вернутся, и вы возрадуетесь!

Наступила полная, даже пугающая, тишина. Все каджиты, меры и люди по всему Эльсвейру подняли головы вверх, смиренно ожидая. Арбаддон также с надеждой глядел на чистый небосвод.

А если он ошибся? Что, если он никак не был связан с исчезновением лун? Вдруг сейчас ничего не произойдет? 

Нет. Вот они. Луны.

Джоуд и Джоун, древние символы каджитов, их устройства, быта, традиций и жизни в целом, вновь нависли над землей пустыни и сахара, осветив эту ночь мягким светом. Лица расплылись в улыбках, и ликование охватило всех до единого. Сердце альбиноса расслабилось, и он сглотнул подступавший к горлу ком. Слава Предкам!

- Поздравляю, Арбаддон! - похлопал по плечу колдуна Олтемар. - С новой должностью тебя!

Все было как в тумане. Радость, поздравления, гул... Некромант был рад, он был доволен.

Его хозяева были довольны еще больше.

***

Гуляние в Дюне было таким же грандиозным, как и во всех других эльсвейрских городах. Король повелел разливать бесплатно вино и раздавать лепешки, чем заработал еще больше народной любви. Дж'Кафта был прославленным владыкой, отбившим нападение валенвудских захватчиков, сбежавших из-под власти великого союзника Эльсвейра - Доминиона, говорили в народе. Он сверг тирана Ра'Скарра и заключил союз с Талмором в один и тот же день, чем немало помог городу, говорили в народе. Он - великий Король!

Улицы были забиты, в тавернах даже стоять было негде, и в такое время у стражников всегда много работы.

- А знаете, что меня в первую ночь кражи лун сбросил со стены демон? - рассказывал один страж новичкам, недавно заступившим на службу, а стоящий рядом, его друг, поддакивал. С'Жавву уже надоели эти разговоры, ведь он прекрасно знал, как любил М'Шакка, рассказчик, пить скууму на посту. Они сидели все вместе у фонтана с пахмарами, и следили за порядком, рассказывая друг другу истории и небылицы.

Среди веселящегося народа, шумно гуляющего, кричащего и улюлюкающего, среди ярко и пышно одетых толп внимательный взор стражника углядел медленно идущего на них в серой потрепанной робе каджита, с накинутым капюшоном. Походка была усталой, монах (только монахи и колдуны обряжаются в робы) немного прихрамывал. Он приблизился к С'Жавве и хрипло спросил:

- Что происходит? Какой год?

Голос показался до боли знакомым.

- Четвертая Эра, сотый год, - ответил страж. - Сегодня празднуют возвращение лун, украденных два года назад, мутсера.

- Два года... - повторил монах, приложив лапу к скрытой в тенях морде. - Где альтмер? - вдруг возбужденно спросил он, оживившись. - Где белокожий альтмер-колдун?

- Арбаддон? - спросил подвыпивший Вахж, услышав каджита. - Он - ик!- в Торвал-ле, там ре-зи-ден-ция, - по слогам произнес солдат, - Талмора, а он - наш эмиссар, вот так!

- Давно ли это? - голос стал ледяным, пропитанным ненавистью.

- С сегодняшнего дня! - отозвался С'Жавв, с недоверием поглядев на путника. - Он уже давно здесь наместник, но эмиссаром стал сегодня, после возвращения лун.

- Он сказал, что ОН вернул луны?! Он так сказал?! - ярость запылала в голосе монаха, он повернулся и побрел прочь.

- Куда же вы? - крикнул вслед С'Жавв незнакомцу, растворяющемуся среди толпы.

- В Торвал,- еле услышал он среди шума и гама ответ.

"В Торвал," - мысленно повторил Альтибб, сжав кулаки. 

Ночь уже кончается, начинается день. Сколько таких смен он увидит теперь, в погоне за своей целью? Неизвестно.

Путь обещает быть долгим.

Ссылка на комментарий
Поделиться на другие сайты

  • 1 месяц спустя...

Осилил)

Мне понравилась повесть. Правда она немного однообразна, яркие эпизоды-отступления украсили бы ее.

Но и так вполне так ничего :)

Ссылка на комментарий
Поделиться на другие сайты

Осилил)

Мне понравилась повесть. Правда она немного однообразна, яркие эпизоды-отступления украсили бы ее.

Но и так вполне так ничего :)

Спасибо. Здесь работал ради сюжета, да и ради набора опыта в словосложении. Вот так.

Ссылка на комментарий
Поделиться на другие сайты

Для публикации сообщений создайте учётную запись или авторизуйтесь

Вы должны быть пользователем, чтобы оставить комментарий

Создать учетную запись

Зарегистрируйте новую учётную запись в нашем сообществе. Это очень просто!

Регистрация нового пользователя

Войти

Уже есть аккаунт? Войти в систему.

Войти
  • Последние посетители   0 пользователей онлайн

    • Ни одного зарегистрированного пользователя не просматривает данную страницу
×